Чтение онлайн

Пять минут ему показались чуть ли не вечностью, за которую перед глазами пронеслись самые светлые и дорогие воспоминания, связанные с Тиной. Сомерхолдер подошел к стене и со всей силы саданул по ней кулаком. Затем он обернулся, прислонился спиной к стене и прикрыл глаза, пытаясь привести себя в порядок, усмирить вихрь чувств, рвущийся наружу. Йену хотелось разнести по камешку весь госпиталь, удушить Нину и послать к чертям съемки в сериале, забрать с собой Тину и укрыть ее от бед в каком-нибудь самом безопасном месте, которое только существует в этом мире.

– Сер, вы спрашивали о девушке, пойдемте.

Йен не заметил, как медсестра вернулась. Он в нетерпении двинулся за ней следом. Около палаты, стеклянные двери которой закрывали опущенные жалюзи, стояла внушительных размеров темнокожая женщина, облаченная в больничную униформу. Ее короткие волосы были выкрашены в белый цвет, что придавало странный контраст ее внешнему облику. Врач внимательно оглядела Йена с ног до головы и произнесла.

– Да не волнуйтесь вы так. С ребенком все в порядке.

Ноги Йена моментом стали ватными, слова застряли в горле, мысли понеслись вскачь, словно арабские скакуны. Пытаясь переварить услышанное, Сомерхолдер заплетающимся языком спросил:

– С каким ребенком?

– Ну как же, с девушкой, которую привезли. Ей же лет шестнадцать, не больше.

– Ей восемнадцать, - машинально ответил Йен, пытаясь сообразить, правильно ли он понял слова врача.

– С вами все в порядке?
– поинтересовалась женщина.
– Что-то вы побледнели. Меня зовут Мери Роджерс, я буду лечащим врачом...

– Тины Пайк, - добавил Сомерхолдер, все еще пытаясь прийти в себя.

– У нее есть родственники? Нам так же необходим номер ее страховки.

– Нет. У нее есть лишь я и наш агент. Я официальный представитель. Йен Сомерхолдер, - представился он, пытаясь припомнить ситуацию, когда же ему приходилось первым называть свое имя.

– Мистер Сомерхолдер, у Тины сотрясение мозга, мы оставим ее на пару дней в больнице. Постарайтесь ей объяснить, что надо слушаться и выполнять все рекомендации врачей. И сутки ей нельзя подниматься с постели.

– Можно к ней?
– дрогнувшим голосом спросил Йен.

– Да, - произнесла Роджерс, - но не долго. Ей нужен покой. Потом нам надо решить формальности.

– Конечно, - машинально сказал Сомерхолдер, открывая дверь палаты.

Тина лежала на кровати, одетая в больничную рубашку, укрытая до груди голубой простыней. Рядом с ней стоял прибор искусственного дыхания, но он был отключен, аппарат, измеряющий пульс, также не подавал признаков жизни. Антураж, который обычно используется киношниками, не соответствовал действительности. В руке девушке не было иголки капельницы, и Йен с облегчением вздохнул. Его самые страшные опасения не оправдались, и картина, нарисованная воображением, была совсем иной. Но Тина по-прежнему лежала с закрытыми глазами.

Йен присел на стул, стоявший рядом с кроватью, и стал вглядываться в бледное личико Тины. Девушка выглядела хрупкой и беззащитной, отчего у Сомерхолдера сжалось сердце. Он с нежностью убрал за ухо каштановую прядку, упавшую на лицо, провел тыльной стороной ладони по щеке, обвел контур пухлых губ большим пальцем. Тяжело вздохнув, Йен взял руку Тины в свою руку. Она была теплая, но лежала неподвижно, словно плеть. Девушка не реагировала на прикосновения, не пыталась сжать руку Сомерхолдера в ответ. Ее грудь тяжело вздымалась, но дыхание было ровным.

– Тина, открой глаза, прошу тебя, - произнес Йен, целуя пальчики девушки.
– Не пугай меня еще больше. Я чуть не умер на месте, когда увидел, что ты лежишь на земле. Ты была похожа на сломанную куклу. Мне никогда не было настолько страшно, как сегодня. Сладкая моя, я не смогу без тебя. Ты одна знаешь меня, как никто другой.
– Он развернул руку девушки и поцеловал ладонь.
– Я люблю тебя...

Посидев еще пару минут в тишине, Йен решил найти врача и потребовать объяснений, почему Тина так долго не приходит в сознание, и почему ей не делают никаких процедур, как прозвучал тихий, надтреснутый голос:

– Мне надо всегда терять сознание, что бы услышать это?

Сомерхолдер встрепенулся, посмотрел на Тину. Она открыла глаза, но болезненно поморщилась. У Йена отнялся дар речи, а его заноза в известном месте, как ни в чем не бывало, продолжила, правда, тихим голосом:

– Мне не разрешили подниматься и открывать глаза из-за сотрясения. Я в сознание пришла еще в скорой. Еще бы! Сирены так выли, что и мертвый бы воскрес. Но раз только так ты готов признаваться мне в любви, то я готова повторить номер на бис.

– Тина!
– удивление сменилось злостью. Йену хотелось придушить девчонку, которая даже не подумала сказать ему, что с ней все в порядке. Хорошо, относительно в порядке. Но девушка с так жалобно посмотрела на Сомерхолдера, что он ничего не придумал лучше, как наклониться к ней и поцеловать с нежностью, на которую был способен.

Отстранившись от Тины, Йен вновь сел на стул, взял ее руку, но на этот раз, девушка сжала ее в ответ. Девушка рассматривала его из-под опущенных ресниц, и произнесла:

– Ты уехал со съемок? Выглядишь, как Деймон. Сига не возражал?

– А ты как думаешь? Он хотел вместо твоего эпизода снимать меня и Эклза. Пришлось объяснить, что ты важнее всех съемок вместе взятых.

– Йен, - Тина поморщилась.
– А вдруг будут неприятности? Я не хочу, чтобы из-за меня....

– Тшш, - Сомерхолдер приложил палец к ее губам.
– Главное, что с тобой все в порядке. Я останусь здесь на ночь...

– Не надо. Все хорошо, правда. Я хочу спать, у меня голова раскалывается и глаза слезятся. Ты побудь со мной, пока я не засну.

– Я с тобой, Тина.

– Скажи еще раз, - девушка закусила бледную губку, и посмотрела на Йена, что он почувствовал, как его заполняет трепетная и одновременно горячая нежность.

– Люблю тебя, - прошептал он на ушко, попутно целуя ее в висок. Тина счастливо улыбнулась и закрыла глаза.