Чтение онлайн

— Сейчас посмотрим, — затем строго обратившись к стоящим вокруг людям, добавил: — А всех остальных попрошу выйти.

Сауд не пошевелился. Словно слова доктора его не касались. Лишь, когда за последним человеком захлопнулась дверь, он заговорил:

— Доктор Али, очень прошу вас быть особенно внимательным к этой женщине.

Пожилой врач поднял на Сауда лукавые глаза и удивленно спросил:

— Разве есть на этой земле хоть один человек, к которому я был невнимателен?

— Я знаю, вы лучший врач. Но не забывайте о моей просьбе, — резко бросил Сауд и вышел из комнаты.

С одной стороны, мне было приятно его беспокойство и внимание, но с другой — я не понимала, чем его заслужила. Видимо, доктора также заинтриговали слова Сауда, потому что он по-доброму, но бесцеремонно рассматривал меня.

— Рассказывайте. Чем последнее время болели? Какие хронические заболевания есть?

— Рассказывать нечего, — пожала я плечами.

— Значит, ничем не болеете? — открывая свой чемоданчик, переспросил доктор.

— Если не считать простуд и гриппа, то ничем.

— Очень хорошо. Последнее время редко встречаю абсолютно здоровых людей, — заметил доктор.

— Раз вы здесь, значит, я не абсолютно здорова, — предположила я.

Доктор Али глухо, по-старчески рассмеялся и сказал:

— Это мы сейчас проверим. Поднимайте вашу кофту, буду вас слушать.

Минут пять доктор меня слушал, щупал и осматривал, а затем задал, как мне показалось, совершенно неуместный вопрос:

— Девочка моя, а вы замужем?

Увидев мое растерянное лицо, доктор Али снова засмеялся и, взяв меня за руку, доверительно произнес:

— Не бойтесь, я не собираюсь к вам приставать, а тем более на вас жениться. Мне, слава Аллаху, уже семьдесят лет.

— Замужем, — неуверенно призналась я.

— Так вот, мой вам совет: сходите в аптеку и купите тест на определение беременности. А если все подтвердится, то милости просим, жду вас у себя в больнице. Буду за вами наблюдать.

Сказать, что его слова повергли меня в шок, значит, ничего не сказать. Я неподвижно сидела на кровати, с трудом переваривая только что услышанное. Не было ни радости, ни эйфории. Только оцепенение. Наверное, женщина не должна подобным образом воспринимать новость о будущем ребенке, но я ничего не могла с собой поделать. Это было слишком неожиданно и, как мне казалось, несвоевременно.

Хотя кто может знать, когда время или не время рожать ребенка? Мы планируем и расписываем свою жизнь на десятилетия вперед, однако очень часто нашим планам не суждено сбыться. Сказано же: «Человек предполагает, а бог располагает»…

В один миг мне показалось, что я еще слишком молода, ничего не знаю и просто-напросто не готова к рождению ребенка. Ведь он, ребенок, перевернет мою жизнь с ног на голову. Мои мечты и желания будут не в счет, будут лишь его насущные потребности. Все будет подчинено ему — маленькому орущему созданию.

Был еще один момент, который меня смущал: я все еще не была замужем за человеком, от которого, возможно, ждала ребенка. И это меня не просто ввергало в шок, а доводило до истерики.

Заметив на моем лице бурю эмоций, доктор Али ласково и заботливо произнес:

— Не надо бояться, девочка. Ты не первая женщина на этой земле, которой предстоит родить нового человека. Если сейчас у тебя в голове бардак и ты ничего не понимаешь, то, поверь старику, когда возьмешь своего ребенка на руки, забудешь обо всех переживаниях, — он немного помолчал и добавил: — А вообще, прежде чем говорить об этом, давай-ка сделай тест.

Доктор нагнулся и начал собирать свой чемоданчик. Не поднимая глаз на меня, он спросил:

— Шейху Сауду я не буду ничего говорить. Вы сами решите, должен он знать о ребенке или нет.

Вначале я не поняла, о чем говорит доктор, а затем меня осенило: он считает, что Сауд-отец моего ребенка. Его предположение меня развеселило. Я и Сауд! Это же смешно!

— Боюсь, вы не правильно истолковали заботу шейха Сауда обо мне. Мы с ним лишь хорошие знакомые.

Доктор Али недоверчиво посмотрел на меня и, уже подходя к двери, ответил:

— В любом случае вам самой решать, кто об этом должен знать, а кто — нет.

Он открыл дверь и вышел, оставив меня наедине с моими мыслями.

Последние слова доктора заставили меня задуматься. Если я действительно беременна, то кто должен знать об этом, а кто нет? Сказать об этом Антону сразу или подождать, пока я не удостоверюсь в истинности предположения врача. И говорить ли вообще?

Тест на беременность дал положительный результат. Однако в себе я никаких изменений не ощутила. Разве что теперь стала понимать, почему у меня по утрам кружится голова и совсем не хочется, как раньше, есть.

Целыми днями я была поглощена своими мыслями. Антон заметил мою задумчивость и отрешенность и как-то спросил:

— Варвара, ты хорошо себя чувствуешь?

Его вопрос вселил в меня панику. Я решила, что Антон каким-то образом все узнал и теперь потребует объяснений, почему я ничего ему не говорила.

— А что?

— Ничего, — Антон удивился моему испугу. — Просто ты стала грустная.

— Нет-нет, — заверила я его, — тебе показалось.

Антон ничего не знал, а я продолжала все скрывать. И чем больше тянула с признанием, тем меньше мне хотелось это делать.

Главная причина, по которой я ничего не говорила, как это ни парадоксально, заключалась в том, что мы не были женаты.

Я категорически не хотела, чтобы на мне женились из-за ребенка! Я никогда даже в самых своих страшных снах не могла представить, что на мне женятся из жалости или из чувства долга. А я не сомневалась в том, что, узнав о ребенке, Антон захочет официально оформить наши отношения. Но мне казалось таким обидным, что я стану вымученной, вынужденной женой. Будто просто так на мне жениться не очень-то и хотелось, но раз будет ребенок, то уж тогда надо…