Чтение онлайн

Хотя, отчего-то окончание фразы в попытке помянуть чей-то не прищемленный хвост, она вполне оценила. Насколько ещё могла.

— Жар высокий. Хгар, люди такие хрупкие… Слишком тощая, — пробормотал он тихо — и одним рывком взял на руки.

Было удобно. Уютно. Все ещё холодно, несмотря на тот самый жар. Он сталкивался с холодом и то одно, то другое пыталось взять реванш в измученном теле.

— Холод тебе, конечно, сейчас без надобности, но лучше уж так. Потерпи.

И чужая ладонь, вдруг ставшая совершенно ледяной, легла на лоб. Она не сразу поняла, что стало резко прохладнее, вдруг перестало знобить, и жар унялся. От чужой руки вилась снежно-голубая лента силы. Как же?! Она была уверена, что он тёмный, а не ледяной, ведь он так легко справился с Даллиригом!

Заёрзала, пытаясь выпутаться из чужих объятий.

— Нет уж, теперь мы пойдем лечиться. Мне не нужно, чтобы управляющая слегла на всё время до Отбора, а то и до Нового года.

— Я вылечусь! — хрипло прошептала, откашливаясь. — Сбегаю в аптеку, там как раз целитель принимает! Я не разболеюсь, там дети дома, лорд Аргон, отпустите, пожалуйста! — тело сотряс новый приступ кашля.

— Тебе стало легче потому, что я магией сбил температуру. Скоро всё вернется, да ещё станет сильнее. Будешь лечиться теперь моими способами, — маг перешел на “ты”, но она этого даже не заметила, смущенная и возмущенная происходящим.

Даже Морриг с его мерзкой выходкой забылся.

— Мне домой надо! — она даже испугаться успела.

Как от него сбежать, если ноги не ходят? Если ей действительно по-настоящему плохо и голова идет кругом? Никуда не сбежать. Да и так уж ли нужно?

Вернее — нужно, конечно, но сил нет совсем. Нисколечко. Голова бессильно откинулась на плечо мужчины. Он был приятно теплым. Хорошо. Уютно. Спокойно. Холод вообще успокаивал и дарил ощущение полной защищенности. Оно шло откуда-то из подсознания, как будто всё ледяное и снежное несло безопасность и покой. Что за мысли? Наверное, ей опять стало хуже. Промелькнули коридоры, кажется, крыло преподавателей, Маг не пошел к выходу — напротив, зашел в свой кабинет, плотно затворив дверь.

А потом ладонь легла ей на глаза.

— Так будет безопаснее. Не уроню, — в голосе мужчины слышалась усмешка, — но видеть тебе пока этого не стоит.

Её обожгло холодом. Под закрытыми веками расцвела вспышка — и мгновенно стало тихо. Ладонь исчезла, но открывать глаза не хотелось. Жар снова начал набирать силу, реальность стала зыбкой, голова кружилась.

Она, кажется, провалилась в забытье в один миг. Иногда сквозь него доносились звуки, тихие голоса, звон, перестук и странное щелканье.

— Слишком резко и сильно. Это совсем не обычная простуда, мессир… Возможно, это и вовсе не простуда. Слишком похоже на симптомы конфликта сил при их пробуждении. Девушка точно не маг?

В какой-то момент в горло полилась вкусная, чуть сладкая жидкость, пахнущая травами, и стало легче. Болезненная ломота отступила, давая возможность погрузиться в крепкий сон.

Глава 3. Не вороши прошлое.

Однако, и во сне никакого покоя не было. То и дело мелькали обрывки каких-то призрачных видений, мерещились отец и мать, их глаза, наполненные отчаяньем, сухие губы, что-то шепчущие сквозь вату, забивающую уши.

“Беги, дочка! Беги! Судьба такая у нас, от неё не уйти! Слишком многим твой отец помешал! Беги и никогда сюда не возвращайся! Не принесет счастье ни титул, ни наследство!”

Бредовые видения сменялись не менее абсурдными. Там она видела себя — совсем крошечную, малышку лет трех с задорно торчащей короткой косичкой. Отчего-то она сидела на ковре в строго, но очень красиво обставленном кабинете, какого у них в небольшом городском доме никогда не было, и играла с великолепной куклой. Точь-в-точь с одной из тех, которые подарил сестренке лорд. Малышка беззубо улыбнулась чему-то, захихикала, баюкая куклу. Туфелька отлетела под стол и, пыхтя, она поползла туда. Мама просила не разбрасывать вещи!

Она как раз почти справилась с трудной задачей, когда дверь кабинета распахнулась и раздались голоса. Папа. И какие-то друзья.

Малышка недовольно прищурилась, закусив губу. Будет ругаться. А если не вылезать? Подумав, девочка заползла поглубже. Шаги были все ближе, перед ногами замерли две пары сапог. Одни ей отчего-то особенно запомнились — щегольские, лакированные, со шпорой-звездочкой. Конечно, тогда она не знала, как это называется, но была зачарована тихим звяканьем.

— Зачем ты пришел, Мир? — голос папы звучал непривычно холодно, зло.

— Зачем? — этот голос оказался неприятным. Он тянул нотки, был слишком надменным. — Чтобы предупредить тебя, конечно. Ты слишком многим перешел дорогу, Искарон. Но, пока ты был верным псом императора, тебя терпели. Теперь же ты в опале. Так что… берегись. И береги свою семью…

Видение растаяло, как ни бывало, сон снова уволок в свои объятья, но теперь был колким и тревожным. Снова одно мешалось с другим, снова всплывали странные вещи и фрагменты, которых она помнить не могла. Она вскрикнула, заворочалась, сжимая в руках что-то слишком мягкое. Кажется, над ухом взвыл магический оповещатель. Дарна вырвалась из забытья резко, одним рывком садясь на кровати, и замерла, вертя головой.

Где она? Точно не дома. Огромная комната была погружена в тишину. Тепло. Взгляд упал на постель. В ней бы десяток таких девиц уместилось. Покрывало было легким, но удивительно теплым, а ещё… с другого края кровати за ней настороженно наблюдали два большущих глаза-фонаря. Ярко-голубые, с вертикальным зрачком, они принадлежали кошке с невероятно белоснежным окрасом в странную пепельную полоску. Вот только дворовые кошки никогда не были такими огромными — как гончие псы. Так это она её…

— Прости пожалуйста! Я не нарочно, правда! Только не обижайся! — слова сорвались прежде, чем она вообще поняла, с кем пытается разговаривать.

Кошка (или это все-таки кот?) надменно фыркнула, прижав уши к голове. Возникло ощущение, что каждое её слово прекрасно поняли. Руки ещё ощущали теплую шерсть.

— Ты меня грела…. или грел? Ты мальчик или девочка, интересно? Только извини меня! Наверное, мне приснился кошмар. Такое иногда бывает…

Осеклась. Бывает?! Она вообще не запоминала своих снов. А вот сегодня — помнила. И заброшенный заколоченный дом, из которого она бежала прочь вместе с малышами, боясь подцепить гуляющую в городе заразу. И странный кабинет, который никак не мог принадлежать отцу, бывшему лавочником. И холод от прикосновения чего-то непонятного, тревожного. И… память вернулась окончательно, заставляя испытывать смущение и беспокойство. Неужели это дом лорда Аргона? Зачем он принес её сюда? Что вообще происходит? В последние дни на голову обрушилось столько всего, что сил обдумывать это не было совершенно. Но и малодушно отодвинуть в сторону все неясности не выходило.

Ладони коснулось что-то холодное и мокрое. Кошак подполз к ней и теперь нагло тыкался носом в ладонь, требуя ласки. Кажется, она что-то слышала о таких вот зверях, но вот что? В окно лился рассеянный свет, а ещё — за ним падал снег. Первый настоящий снег, наконец, зима вышла поздняя. Снежинки мерцали в солнечном свете, кружились, переливаясь, заставляли снова и снова верить в чудо.

Она любила зиму, несмотря на неласковые холода. Фыркнула тихо в ладошку, почесывая кошару за ухом. Уютное тарахтение заставило расслабиться. Следов болезни почти не ощущалось — разве что легкое першение в горле и слабость.