Чтение онлайн

Шелли говорила, что чувствует то же самое, что она в отчаянии от смерти подруги, но не теряла прагматизма: убеждала мужа в том, что сделанного не воротишь и им надо собраться и поддерживать друг друга.

Шелли велела старшим детям с этих пор держать язык за зубами.

– Мы все окажемся в тюрьме, – предупреждала она, – если кто-нибудь узнает, что случилось с Кэти.

Первый пробный шар Шелли забросила в тот же день, когда привезла детей домой из мотеля.

– Кэти совершила самоубийство, и мы не хотим, чтобы ее родные об этом узнали, – испытующим тоном сказала она.

Никто ничего не ответил. Смехотворная выдумка Шелли повисла в воздухе. Никки и Шейн не представляли, кто поверит в подобную историю. Самоубийство? Очень сомнительно. Никто не выберет способ самоубийства, занимающий целых пять лет, думала Никки.

Кэти забили, заморили голодом и замучили до смерти.

Когда Дэйв уехал обратно на работу на Уиндбей-Айленд и яма за сараем остыла, Шелли придумала для Никки с Шейном поручение. Она отправила их перебирать в яме золу и складывать твердые фрагменты в хозяйственные ведра.

– Папа сжег изоляцию в нашей яме, и надо, чтобы вы выгребли оттуда все остатки и сложили в ведра, – сказала она.

Дети прекрасно знали, что дело не в этом.

Шелли вернулась в дом, а они пошли к яме. Это было отвратительное задание, и они копались в грязи, ни слова не говоря.

– Как думаешь, что это такое? – спросил Шейн, показывая на какой-то белый обломок.

Никки пригляделась повнимательнее.

– Ох, – вздохнула она, чувствуя, как ее начинает мутить. – Это от Кэти.

Шейн нашел еще несколько таких обломков – они оба знали, что это фрагменты костей, а не изоляция. В яме попадались и расплавленные украшения. Никки, которой с трудом удавалось держать себя в руках, тоже обнаружила пару таких фрагментов. Вечером они отдали Шелли ведро, а она ссыпала его содержимое в полиэтиленовый пакет.

Еще два дня Шелли поручала Шейну перебирать содержимое ямы.

В один из следующих приездов домой Дэйв притащил со стройки землечерпалку. С ее помощью он выгреб землю со дна ямы на глубину почти двух футов и вывез на просеку в Уорд-Крик, где прокладывали дорогу для транспортировки бревен, чтобы та смешалась со свежей почвой.

«Позднее, – говорил он через несколько лет, – мы разбили на этом месте огород».

Требовалась убедительная история, объясняющая исчезновение Кэти Лорено. Версия с самоубийством не прошла. В конце концов, у них даже не было тела.

Шелли, чье настроение значительно улучшилось с тех первых дней после кремации останков Кэти на заднем дворе, отрабатывала придуманную ей версию на Дэйве. Она как будто развивала замысел будущего криминального романа из тех, которыми всегда зачитывалась. Шелли была в предвкушении. В радостном возбуждении. Она постепенно приоткрывала занавес, за которым ждало грандиозное открытие, и рассчитывала, что восторженная аудитория станет ей аплодировать.

– Мы будем и дальше всем говорить, что она сбежала с Рокки. Я их познакомила, и они сразу нашли общий язык. Кэти захотела начать новую жизнь, и, поскольку других парней у нее не было, она сразу уцепилась за Рокки, – говорила Шелли, опробуя свою историю.

Дэйв кивал, хотя не был уверен, что другие люди купятся на ее выдумку. Кэти никогда ни с кем не встречалась. То, что она сбежала с парнем – особенно в ее состоянии, – было как минимум неправдоподобно.

– Я сомневаюсь, что кто-то в такое поверит.

– Мы их убедим, – отвечала Шелли.

Шелли провела беседу со всеми детьми. Собрала их в гостиной и усадила на диване. Дэйв почти ничего не говорил. Он сидел рядом с женой и только кивал на все, что она предлагала.

– Помните моего приятеля Рокки? Помните, как он сразу заинтересовался Кэти? Захотел встречаться с ней?

Никто из детей ничего подобного не помнил. Никто не видел никакого Рокки, разве что мать пару раз упоминала это имя, еще когда они жили в Лаудербек-Хаус.

– Вам всем он очень нравился.

Это был не первый раз, когда мать насаждала им какую-нибудь надуманную историю, делая вид, что она вполне реальная.

Шелли продолжала.

– Очень важно, чтобы мы все говорили одно и то же. Вы все должны понять и запомнить, что Кэти уехала от нас с Рокки.

– Но это неправда, – сказал Шейн.

Шелли пронзила мальчика взглядом. Она умела так смотреть другому человеку в глаза, чтобы тот поверил ее словам – просто потому, что это она их говорила.

– Ты этого не знаешь, Шейн. Ты вообще ничего не знаешь.

Но Шейн, конечно же, знал. Он помогал Дэйву разводить костер и тащить тело Кэти к яме. Тем не менее он отступил.

– Ладно, если ты так говоришь, мам.

Никки знала, что ее мать сумасшедшая. Но для Сэми тот факт, что Шейн поддержал рассказ Шелли, стал своего рода надеждой. Может быть, каким-то образом она все-таки ошиблась.

Возможно, Кэти жива.

Может, все это просто плохой сон.

Чтобы история была убедительной, требуются доказательства. Кое-что у Шелли уже было – размытое фото девушки, стоящей на фоне пикапа. Правда, поверить, что это Кэти, можно было только, если бы кто-нибудь об этом сказал. Дальше Шелли приказала Никки подделать открытки и письма от Кэти, чтобы сделать сагу о ее романтическом побеге с Рокки похожей на правду. Шелли усадила Никки за кухонным столом с бумагой, открытками и упаковкой прозрачных пакетов.

– Молодец, Никки, очень похоже. Давай еще одну.

Никки делала, что велит мать. Письма были коротенькие, в основном о том, как им весело вместе. Сейчас они в Канаде. Теперь в Мексике. В Калифорнии. Кэти очень счастлива и никогда не вернется в Реймонд.

Никки мечтала о том же. Не могла дождаться, когда закончит старшую школу и вырвется из сумасшествия, творившегося в Реймонде, навсегда.

Шелли изучала каждую букву на открытках и хвалила старшую дочь за хорошо сделанную работу.

«Мама ни разу не прикоснулась к письмам, – вспоминала Никки. – Каждую открытку она протирала и клала в пластиковый пакет. Думаю, она пустила в ход все познания, которые почерпнула из детективов. По крайней мере, ей так казалось».

Письма, получившие одобрения Шелли, Дэйв по ее поручению отправлял родным Кэти.

«Один раз она заставила меня доехать до самой Канады, чтобы отправить открытку от Кэти по адресу ее матери в Саут-Бенд. И я это сделал», – впоследствии рассказывал Дэйв.