Чтение онлайн

Дура.

Как и Света, на самом-то деле.

У неё есть муж, пусть и не идеальный, но кто вообще идеален настолько, что его можно было бы таковым считать? Есть какой-никакой дом, хозяйство — пусть и без кур, о которых Маша говорит буквально через слово — и нормальный уровень заработка. Да что там говорить, три года назад, получая на руки свои двадцать три, Света едва не прыгала от счастья. Потом стали приходить заказы, планка «радости» взлетела до тридцати пяти. А после злополучного скандала размер зарплаты в принципе превысил все разумные границы. Она могла бы остаться в родном городе, убедить Димика никуда не ехать, скопить на квартиру или довести до ума имеющуюся, возможно даже построить годам к пятидесяти небольшой дачный домик… Но глаза мужа так горели во время разговоров о будущей работе, что, впервые за всю свою жизнь, женщина позволила себе… поверить в мечту.

Зря.

Они уже три года постоянно перебираются с места на место, стремясь непонятно куда, живут на коробках в страхе внезапного выселения, ссорятся с жадными хозяева квартир, с работодателями, не готовыми платить достойную зарплату за хорошую работу. Да что там говорить: едва убедившись, что у Светы руки растут из нужного места, клиентки первым делом начинают торговаться, и чаще всего — уже держа в руках готовые вещи. Просто чтобы она не смогла отказать или хлопнуть дверью.

— И что же мне теперь делать? — плачет Маша. — Я ведь не могу вернуться, и сама не выживу…

Это явно просьба о помощи, но Света не может найти способа облегчить жизнь бедной девочке. Разумеется, в сердце что-то сжимается при мысли о ни в чём не повинном ребёнке, но вот его родители… Машу она понять может, в конце концов, деревенская девочка впервые увидела другую жизнь, о которой до этого только слышала, мечтала и без конца фантазировала. Света и сама этим грешила, взять хотя бы Николая, фантазии о котором неизменно заставляли растягивать губы в улыбке ещё почти месяц после их первой и единственной встречи. Ни одна женщина, насколько бы верной женой себя ни считала, ни за что не откажется хотя бы представить себя… другой. Бессмысленная и беспощадная женская натура вынуждает постоянно думать о том, как всё могло бы сложиться в иных случаях… разве не об этом написано столько странных и порой нереалистичных романов о любви. Прекрасный принц, увидевший единожды серую мышку, и решивший жениться на ней, назло другим принцессам и стервозным придворным дамам — чем не идеальная история любви? Взять ту же золушку… Главное в этой ситуации — не забыться и не позволить себе, ударившись в фантазии, потерять связь с реальным положением вещей. Это, как если бы Света убежала от мужа и бродила бы по заснеженным улицам города в надежде снова встретить Николая.

Глупо и неправильно.

Как наверняка поступил «Лёшенька», вернувшийся через несколько дней к своей «музе» на автобусе и посвятивший несколько месяцев тому, чтобы убедить её отправиться в город «получить нормальную специальность». Также мужчина неоднократно приходил к ней «в гости», где смог убедить настроенных оградить дочь от соблазнов «городских джунглей» родителей, что учёба — единственный способ достичь успеха в жизни.

Умный мужик.

Жалко — трусливый и слишком зацикленный на себе-любимом, останься он в квартире, Света бы с радостью оставила договор на своё имя на несколько месяцев, чтобы он мог «не светить лицом», делая вид, будто навещает захворавшую ученицу. А так — даже Маша уже, кажется, начала понимать, в какую задницу добровольно залезла.

— А как мне домой-то теперь вернуться? — пробормотала девушка, стоило ей успокоиться. — я же не могу туда приехать так… с пузом…

— Так оставайся в городе, главное — найди работу, где можно с ребёнком иногда приходить, или человека, готового помогать пару дней в неделю, — пожала плечами Света. — Вообще жить тут не так уж и плохо. Ребёнок может стать проблемой лишь в одном случае: если ты постоянно должна находиться рядом с ним. То есть, стоит тебе найти помощника и жизнь наладится.

— Может, тогда Вы…

— Нет, я собираюсь переехать завтра на новое место. Ты прости конечно, но нам с мужем немного не до тебя будет.

— Вы замужем? — удивлённо округлила глаза Маша. — А я думала, что хозяйка так возмущена именно тем, что Вы одиноки… да и как так получилось? Откуда Вы? — Света назвала. — Ого, далековато… как Вас сюда-то занесло?

— Хотела помочь мужу поймать мечту за хвост.

— И как?

— Ну… пока не очень. Сначала человек, обещавший ему золотые горы, внезапно оказался мудаком и отдал обещанное двоюродному брату тётки, потом — новый работодатель ошибочно решил, будто может использовать наёмных работников вместо слуг, вызывая к себе «на ковёр» в любое время дня и ночи. Мой муж — не из нетерпеливых, однако и он не смог подобное выдержать. Сменили несколько квартир, городов и должностей, так и оказались здесь.

— Вы наверно очень скучаете. Ну, по родным… Всё же дома и дышится лучше… не жалеете, что вообще с места стронулись?

— Эм… — Света потёрла щёку, задумчиво рассматривая коричневый след от чашки на столе. Не то что бы Димик оставил ей особый выбор, но так-то она и сама была не против попробовать что-то новое. Жалко, конечно, видеть родителей от силы пару раз в год, но… она и живя совсем рядом не каждый месяц к ним заходила. — К сожалению, верного ответа на этот вопрос не существует. С одной стороны, моя жизнь и вправду стала лучше перед самым переездом, с другой — я всегда мечтала посмотреть на другие города. Знаешь, это как если бы тебе предложили сейчас вернуться в то время, когда вы с отцом ребёнка только познакомились и снова сделать выбор: сосед с его тридцатью курами или то, что сейчас происходит, ты бы…

— Осталась.

— Даже подумать не хочешь?

— А чего тут думать? Сейчас бы пасла скотину и горя не знала, мужняя жена и хозяйка дома. А так — и приткнуться не к кому из-за срама…

— Но тогда бы ты не знала всех тех нежности и любви, что подарил тебе твой «Лёшенька», никогда не побывала бы в городе, не познакомилась с новым людьми…

— И чёрт с этим со всем. Зато бы не боялась.

«Разве это правильно?» — хочет спросить Света, но вовремя прикусывает язык. Маша явно лучше разбирается в том, что происходит у неё в жизни. Или только сейчас начала, потому что девушка, как по команде, перестаёт хлюпать носом, задумавшись.

— Знаете, а Вы ведь правы. Верного ответа нет.

— Думаешь?

— Да. Я всегда могу вернуться в тому же, с чего начала и всё исправить. Я ведь замуж собиралась за Кешу, пока Лёшеньку не встретила. Мы с ним даже… ну… — девушка густо покраснела, — …игрались иногда. Так что просто вернусь и пусть как мужик с последствиями разбирается.

— А если узнает?

— А как?

Света покачала головой. История оказалась намного сложнее, чем выглядела со стороны. Тут уже впору задавать разумные вопросы относительно того, с какой именно целью Маша приехала в город, уж не подпереть ли «Лёшеньку» в стенке пузом, чтобы женился «как честный»? Были ли намерения девушки и правда настолько чистыми, как она сама пытается показать?

Через полчаса старые часы в прихожей отбивают полночь. Маша просит у неё телефон позвонить и, путаясь в кнопках, находит-таки верную комбинацию. Она уходит в комнату и сквозь приоткрытую дверь Света слышит, как девушка, плача и местами подвывая, «сознаётся в том, испугалась и просто сбежала». Второй номер Маша подбирает гораздо быстрее и лишь торопливо приказывает «не искать её больше, раз уж бросил одну с малышом, который отца не узнает теперь никогда». Света возится со старым чайником, который всё никак не желает работать и, наконец разобравшись что к чему, устало опускается на стул. Это не совсем то, чего она ждала в ночь перед переездом. Ещё не нашедшие места в коробках вещи взирают на неё с немым укором, сурово тикают часы.

Она слишком устала от всего этого: от мужа, постоянно рвущегося в непонятные доли, от матери, то и дело требующей вернуться и «жить как люди», от жадных, готовых разорвать на куски ради мятой сотни людей, от пустых грязных квартир, куда постоянно приходится что-то докупать… да даже от себя самой, в конце концов.

— Кеша приедет через час, — говорит Маша, с деловитым видом осматривая кухню. — Да, тут не слишком-то чисто… — она проводит пальцем по столу и рассматривает его почти с презрением. У Светы непроизвольно внутри поднимается комок чистого гнева. — А эта сука говорила, что «пять тысяч за клининг, парогенератором всё отчистили лично для вас».