(не)любимая
Шрифт:
В комнату заглядывает Максим:
– Спит?
– об бросает взгляд на Дарину.
– Ага.
Подходит к кровати и склонив голову на бок разглядывает.
– На тебя похожа.
Смотрю вместе с ним, пытаясь найти сходство.
– Мы с ее матерью одного типажа. Она тоже блондинка.
Максим больше ничего не спрашивает, просто забирает у меня из рук постель и выходит из комнаты. Я иду следом.
– Давай помогу, - берусь за простынь.
– Да, брось, - отмахивается он, - Я сам. Лучше дай мне во что переодеться. Помнится у тебя был целый шкаф с мужскими вещами.
– От отца осталось.
Максим не брезгует старыми вещами.
Совершенно не стесняясь меня и своего тела он скидывает рубашку, джинсы и натягивает старые тренировочные брюки отца. После забирается на диван и глядя на меня с хитрой улыбкой хлопает рядом по постели.
– Иди ко мне под бочок.
– М-м-м, зачем?
– За ушком почешу…
Замираю не зная, как реагировать на такое откровенное приглашение.
И пока я думаю, Фифи меня опережает. Услышав, что кто-то хлопает по постели она воспринимает это как команду и быстро запрыгивает к Максу, щекотнув его по носу своим пушистых хвостом.
Вот уж кто точно за ушком чесаться любит.
– Фу, блохастая!
– не злобно рычит Макс отодвигая кошку.
Но от Фифи не так-то легко отделаться.
Боднув головой Макса в плечо и выдав завлекательное «М-р-мяу» она устраивается точно под его боком.
– Мечты, блин, сбываются, - растерянно бормочет он, и мы на пару взрываемся смехом, пугая примостившуюся кошку.
Настроение поднимается, и я, не чувствуя сна ни в одном глазу, неожиданно для самой себя, ложусь рядом с Максимом.
Его крепкие руки мгновенно приходят в движение и тянут меня ближе к горячему крепкому телу. Притискивает к себе, обвивает руками талию и хрипло шепчет:
– Ну, что ты как не родная…
– А я и не родная, - нервно посмеиваюсь я, пытаясь скрыть охватившую меня неловкость, - Мы с тобой знакомы всего ничего.
– Иногда можно всю жизнь прожить с человеком и не знать его совершенно и в точности, наоборот, - глубокомысленно изрекает он и ласково проводит ладонью по моей спине.
Тут с ним невозможно не согласится.
Похоже Максим точно знает о чем говорит. Вероятно, пережил нечто подобное со своей бывшей женой.
Утроив голову на его плече, я отстраненно думаю о всяком…
Интересно какая она - жена Максима и почему он от нее ушел?
– Ты любил свою жену?
– неожиданно вырывается у меня.
– Ирку-то? Любил, наверное.
– А она?
– И она любила.
– А почему вы…?
– А хрен его знает, Оль, - вздыхает, - Жизнь… бытовуха… работа… одиночество. Тут можно перечислять до бесконечности. Любовь проходит и очень хорошо, если не перерастает в ненависть.
– Ты первый мужчина на моей памяти, который не стремиться полить бывшую жену грязью, - замечаю я.
Максим молчит, продолжая меня поглаживать, а после достав телефон из-под подушки за парочку кликов находит какой-то онлайн кинотеатр.
– Что посмотрим?
Бросаю взгляд на часы.
– В час ночи смотреть фильм? Серьезно?
– А почему бы и нет? Кто нам запретит? Или ты хочешь спать?
– Не-а.
На удивление чувствую себя очень бодрой.
И несмотря на все переживания - счастливой.
– Нам все равно ждать отца твоей Даринки. Выбирай!
На выборе фильма я зависаю. Долго листаю, читаю описание и опять возвращаюсь, а верх страницы.
– Вот!
– наконец тыкаю на старый советствий фильм.
– Значит ты по классике, - хмыкает мужчина и жмет на стрелочку воспроизведения видео.
– Наверное, - смущенно отвечаю я, чувствуя, как его руки позволяя себе чуточку больше, чем может ситуация и, скользнув под одежду, гладят мой живот.
– Ты дрожишь, - хитро жмурится он, точно довольный кот.
– Ты меня смущаешь…Вдруг Дарина проснется.
Максим с явной неохотой убирает руки, признавая, что сейчас не время, и удобнее устроившись на подушках, целомудренно чмокнув меня в нос, принимается смотреть фильм.
Я следую его примеру, но уже где-то в самом начале фильма, вопреки собственным словам, начинаю зевать, а после соскользнув в дрему, проваливаюсь в сон.
Глава 10 «Конкурент»
Игорь Данилов
Он снова стоит возле этого старого дома.
В окнах давно не горит свет.
Его там не ждут и ему там не рады.
Он это знает. И оно - знание это неприятно царапает душу.
И ничего-то в этом доме не изменилось.
Все тот же забор, все та же калитка, все тот де деревянный резной, немного покосившийся от времени порог.
Дом, где когда-то царила дружная и теплая атмосфера.
Стоит прикрыть глаза и память подкидывает любопытные картин из прошлого. Те, которые, казалось, давно стерлись из его памяти, но оказывается продолжали жить в подсознании, подавляемые другими вещами, более важными…земными.
Он в этом доме бывал с юности.
Сначала, когда они с Олей еще по школе дружили. Они часто вместе готовились к экзаменам. Оля хорошо училась и подтягивала его по гуманитарным наукам, к которым Игорь был совершенно не склонен.
После занятий, мать Ольги добродушная, приветливая женщина часто звала их за стол и угощала чем-то. То домашним печеньем, то пирогом с повидлом, то собственноручно испеченной пиццей.
Для него это было странно, потому что его собственная мать никогда не готовила. Для таких дел у них была домработница, что приходила три раза в неделю и готовила блюда по заранее оговоренному с матерью меню. И не было в нем пиццы или сдобных булочек. Антонина Михайловна всегда была поклонницей здорового питания, поэтому Игорь ежедневно давился овощами и котлетами на пару, и какой же это был праздник, когда мать Ольги звала их к столу, а там были самые вредные и невероятно вкусные пончики.
В те годы он был юн, категоричен и невероятно влюблен в свою очаровательную подругу. В нее было просто невозможно не влюбится. Красивая, добрая, воспитанная. Кажется, в ней сочетались все положительные женские качества. Она будто лучилась изнутри каким-то теплым, волшебным светом.
Мать, естественно, не одобряла его выбор.
По ее мнению, уж он-то мог найти кого побогаче и поперспективнее, чем дочь како-то гавврача зачуханного санатория. Много сил Антонина Михайловна потратила на то, чтобы убедить в этом сына, но Игорь закусил удела - люблю не могу, женюсь!