Чтение онлайн

Л о б (развернул обложку). Что вы мне даете? Это ж игральные карты!

Б о с о й (смущенно улыбается). В самом деле, карты… Это моя супруга напутала… Паспорт и карты в одинаковых обложках.

Л о б (раздраженно). Что вы улыбаетесь, гражданин?!

Б о с о й. Смешно… И вам советую побольше смеяться, товарищ заместитель дважды Героя. Смех — это солнце! — сказал великий француз Виктор Гюго!

Л о б. Что вы меня здесь учите!

Б о с о й. Не я, а Виктор Гюго. Смех излечивает самые страшные болезни.

Л о б. Я не болен. Как вы смеете?

Б о с о й. В этом отношении — больны, уважаемый заместитель дважды Героя, очень больны. (Хочет уйти.)

Л о б. Стойте!.. Вы не имеете права меня оскорблять! Кто вы такой?

Б о с о й (с достоинством). Гражданин Украинской Советской Социалистической Республики! (Уходит.)

Л о б. Какой негодяй!.. (Берет телефонную трубку.)

За окном появляется К и м.

К и м. Кто он, папан? Я тут подслушивал и ничего не понял.

Л о б. Айда за ним и не спускай с него глаз. Быстрее!

К и м. Есть быстрее! (Исчезает.)

Л о б (набрал номер телефона). Говорит Лоб из «Червоной зирки»…

Входит Р о м а н.

Р о м а н. День добрый!

Л о б (в трубку). Прошу прощения… Я потом позвоню. Хорошо, что зашел, Роман. Давно жду.

Р о м а н. Слушаю, товарищ Лоб!

Л о б. Зачем так официально? Мы, кажется, с тобой на одинаковых правах.

Р о м а н. Вы сейчас — исполняющий обязанности. Ваш посланец так и приказал мне: немедленно явитесь к ио дважды Героя!

Л о б. Я за дураков не отвечаю… Садись, поговорим. Звонили из редакции, напоминают о статье. Ты согласился написать сам.

Р о м а н. Написал. И даже две. (Дает одну.) Это — «На душу населения». А это — «Почему Гриць и Леся бегут из колхоза».

Л о б. Ты играешь с огнем, ученый агроном. Дважды Герой болен, а ты… Хочешь доконать его?

Р о м а н. А я не упоминаю о нем. Речь идет о вас, Антон Сидорович.

Л о б. То есть как это обо мне?

Р о м а н. Сейчас прочитаю, но… при свидетелях. (Зовет.) Федь, заходи.

Входит Ф е д ь.

Л о б. Что за сговор, хлопцы?

Р о м а н. Слушайте статью.

Л о б. Она большая, а у меня нет времени. Давай, после прочту.

Р о м а н. Я коротко, своими словами… Первое. Было решение правления пригласить из Киева режиссера, чтоб поставить на ноги нашу самодеятельность?

Л о б. Было такое постановление. В порядке его выполнения я лично ездил в академический театр имени Франко, чтоб пригласить самого главного режиссера. А он сказал, что в настоящее время не может.

Ф е д ь. А зачем главного? Нам бы рядового, хоть бы студента из театрального института.

Л о б. Что значит — рядового? Самый передовой в области колхоз должен иметь первоклассную самодеятельность!

Р о м а н. Второе. На том же правлении было ассигновано на пополнение клубной библиотеки семьсот рублей. Тридцать три рубля сорок копеек из них было затрачено на книги, а остальные — вбухали на сверкающие люстры и золотые багеты для портретов.

Л о б. А как же! У нас часто бывают экскурсии, даже зарубежные. Зачем же срамиться?

Р о м а н. Третье. Сколько было у нас разговоров о заведующем клубом. Знаете, как зарабатывал когда-то сельский поп-батюшка?

Л о б. При чем тут поп-батюшка?

Р о м а н. А при том, что он также был заведующим сельской церкви. Он купался в деньгах и людских приношениях. А что у нас получает Федь? Рядовой колхозник зарабатывает в два раза больше его…

Л о б. А при чем тут я?

Р о м а н. Четвертое…

Л о б. Хватит, точка! (Истерически.) Или вы и меня хотите довести до инфаркта? Так колите меня, шпыняйте!..

Звонок телефона.

(Хватает трубку.) «Червоная зирка» слушает!.. Я не кричу, товарищ Цимбал, тут на меня кричат… Разрешите доложить все по порядку… Молчу и слушаю, Василь Петрович!.. Так, так… Я тоже думал вызвать профессора, но будущий кандидат наук Аглая Федоровна… Совершенно с вами согласен, никаких «но»… Сейчас дам телеграмму в Киев!.. (Кладет трубку, направляется к двери.)

Р о м а н. Минуточку… О каком профессоре идет речь?

Л о б. К нашему больному. Личный приказ товарища Цимбала!

Ф е д ь. Профессор уже здесь!

Л о б. К-как здесь? Кто вызывал?

Ф е д ь. Нашлись такие. Пока больной спит, профессор ходит по селу и дышит воздухом.

Л о б. Ч-что?! Это не тот ли босой?

Ф е д ь. Босиком ходят даже академики.

Л о б. Так какого беса вы молчали? Почему до сих пор не сказали? (Быстро уходит.)

Ф е д ь. Ни черта не понимаю, почему Танас Карпович так в него влюблен?

Р о м а н. Влюблен, как черт в сухую грушу.

Ф е д ь. Неужели боится этого Лоба-лобища?

Р о м а н. Был я на экскурсии у Посмитного. Он тоже побаивается таких… Говорит: заливается соловьем, а кусает, как гадюка.

Звонок телефона.

Ф е д ь (берет трубку). «Червоная зирка» слушает!.. (Роману.) Воля!.. Говорит, что батько проснулся.

Р о м а н. Веди к нему профессора ты!

Небольшая комната. В ней полумрак, так как окна закрыты, шторы спущены, сквозь них пробиваются солнечные зайчики. На кровати под одеялом лежит Т а н а с Я в о р. На цыпочках входит В о л я в белом халате.

В о л я. Это я, батя…

Я в о р. По походке слышу, доченька… Хоть ты расскажи, что новенького? От меня даже газеты прячут.

В о л я. В газетах все нормально, ничего не случилось.