Чтение онлайн

— Ладно, давай успокоимся, — мирно предложил, пока я шумно дышал, стараясь унять гнев.

Сука! Прикрыл глаза, так хотелось врезать ему по лицу... за то, что довел армию до такого состояния.

— Что ты можешь предложить?

Я, выдавливая из себя весь воздух, открыл рот, чтобы начать говорить. Но меня прервал резкий стук в дверь.

— Войдите.

На пороге стоял запыхавшийся солдат, один из дежуривших сегодня стражников.

— Генерал, — и уже чуть заикаясь: — Ваше величество. У меня поручение проводить вас вниз. Это срочно.

Видя, как парень напрягся, как забегали его глаза, понял, что дело дрянь. Накинув плащ, кивнул императору и направился к выходу.

— Пошли.

Спустились во двор, подходя к пустой, наполненной сбившейся соломой повозке, на которой сидел знакомый мне человек.

Завидев нас, резво поднялся, что совсем было не свойственно в его то возрасте. Он нервно смял своими морщинистыми руками соломенную шляпу и исподлобья нетерпеливо ждал, когда мы приблизимся.

Мой бывший садовник.

Ему пришлось полгода назад уволиться. Здоровье подводило, да и время пришло.

Я, выплатив ему достаточное жалованье, отпустил его домой, в свою деревню, где он продолжил жить вместе со своей женой, разводя огород и продавая овощи на рынке.

Я узнавал.

— Господин Веррион, — и опасливо покосился на императора. А когда сообразил, кто перед ним, низко поклонился, от страха выпучивая свои блеклые, выцветшие от прожитых лет глаза.

— Ваше величество, вы тоже здесь?

Я перебил.

— Что случилось?

Садовник замялся, переступая с ноги на ногу.

— Мне прямо так как есть говорить?

Я сердито поднял брови.

— Не тяни, дед, — хотя чуйка уже подсказывала, что сейчас услышу что-то очень неприятное.

Садовник горестно вздохнул и начал.

— Я семь дней назад поехал на ярмарку. Неподалеку отсюда. Ну вы знаете, в близлежащий город Ремонд.

Кивнул, хмуро злясь, что начал старик издалека.

Садовник заторопился, глотая некоторые слова, считывая мое настроение.

— Так вот, продав овощи, уже направился обратно домой, но помешала погода. Пришлось свернуть и заночевать отсюда неподалеку, в деревушке, — здесь садовник покраснел, видимо скрывая истинную причину своей вынужденной остановки.

Вот сукин сын! На старости лет к другой бабе поехал. Но для меня это было неважно, с кем и где он сношается, пока старая жена ждет его дома.

— Дальше.

Вспоминая небольшое поселение в лесу, из которого им часто приносили парное молоко.

— Хм. Ну, значит, в силу возраста я ужасно плохо переношу грозу. Кости болят.

Его уточнения отдавались зубной болью, сковывая челюсть. Я зло поморщился, подгоняя тем самым старика, испуганно смотрящего мне в лицо.

— Вышел я на улицу размять ноги и заодно проведать свою кобылку и увидел нечто очень странное... — и замер, что-то мямля себе под нос.

— Ты можешь уже разродиться?

Он кивнул, еще сильнее теребя свою шляпу.

— Из леса... хм, вышла ваша супружница.

Я остолбенел, окидывая темным взглядом всех, кто внимательно следил за нашим разговором. У всех глаза полезли на лоб, кроме одного стражника, что привел нас сюда.

— Что ты сказал?

Не выдержал и наклонился, буравя его своими глазами. Морщинистое лицо садовника побледнело, губы затряслись.

— Еще раз повтори.

Он, спотыкаясь о каждое слово, прохрипел, понижая голос до шепота, чтобы его услышал только я.

— Голая, как есть, вышла из леса и, подойдя к дому, в котором я остановился, украла одежду сына хозяйки дома и, быстро спрятав срам, ушла...

Я не поверил ему... не могла Дара пойти на такую глупость.

Да и зачем? Но семя сомнения, которое посеял старик в моей душе, разрасталось с невероятной скоростью.

— Ты уверен, что это она? — не мог не спросить. — Ты когда ее успел запомнить? Вдруг ошибся?

— Обижаете, господин. Все ее видели на празднике. Да и как не запомнить с такими волосами и фигуркою.

Руками обрисовал женские формы и груди, потом, правда, спохватился, страшась, что показал лишнего, и спрятал их за спиной, продолжая держать шляпу, которую уже хотелось разодрать в клочья.

— Хорошо. Последний вопрос. Одежда, в которую она переоделась. Опиши ее.

Поднял вверх глаза, щурясь не от яркого солнца, а все от того же дыма.

— Так в простую рубаху с капюшоном и брюки, я еще подумал, как она без сапог...

Я отшатнулся. Вспомнился парнишка, что осмелился проникнуть в крепость и увести из-под носа моего пленника. Так, стоп... Освежая в памяти, в кого превратился парнишка, чтобы спасти метаморфа.

Проклятье.

Белого дракона.

От мысли, что все это время под личиной белого дракона могла оказаться Дара, переворачивало во мне сознание. У меня даже перед глазами потемнело, настолько невероятно и, сука, очевидно было то, что сказал старик.

— Спасибо, отец, что не смолчал и приехал.

— Да я как только... уже дома понял. Жена отправила к вам.

Горько усмехнулся. Жена...

— Можешь возвращаться домой.

И не говоря больше ни слова, развернулся и пошел наверх.

— Веррион, что ты намерен делать? И при чем здесь Дара? — прокричал вслед император.

Я не собирался ему говорить о своих догадках насчет белого.

Млять, я не переживу, если это она и сейчас безжалостно выступает на стороне диких. Против нас.

Меня!

Все это предстоит мне проверить.

Не рубить сгоряча, как делал обычно.

Не тот случай!

— Я должен вернуться домой, — притормаживая, уверенно сообщил Максимилиану.

— Но как же враги? Они беспрерывно нападают.

Такого растерянного монарха я не видел ни разу. Но с такой новостью даже враги померкли в моих глазах.

Если окажется, что главного врага я пригрел на собственной груди.

Сделал разворот и подозвал одного из своих командиров.

— Вы знаете, что делать в случае моего отсутствия?