Чтение онлайн

Шэр и Годраш, двигаясь как тени, обыскали ближайшие ответвления и ниши. Никого. Через пару минут они вернулись к вагонетке. Шэр нес тяжелый, хитроумный многозарядный арбалет с пустым магазином. Ловушка была механической, без хозяина.

— Ну вот, — бурчал Годраш, ковыряя ногтем обломок стрелы. — Теперь занозу выколупывать. Опять!

— Хорошо, что ты шел первым, Годраш, — сказал Марк, выползая из-за укрытия и с ужасом глядя на мощное оружие в руках Шэра. Без тролля болт пробил бы его насквозь. — Эта штуковина… она могла слона свалить.

— Предлагаю в городке ночевать попарно, — заявил Шэр, осматривая механизм арбалета. — Для безопасности.

— И ты, конечно, намылился к своей женушке? — хмыкнул тролль, но Шэр предпочел промолчать на провокацию, только смерил Годраша ледяным взглядом.

— Думаешь, это был наемник? — сообразил Марк, бледнея еще больше.

— А может, как раз кобольды? — предположил Годраш, наконец смирившись с занозой. — Хитрые твари!

— Тоже вариант, — поддержал Фергус. — Они любят капканы ставить.

— Может и кобольды… — согласился атлант. Он бросил взгляд на арбалет. Оружие выглядело слишком сложным и смертоносным для кобольдов. — Не забывайте, что раненый наемник тоже ушел в горы. Все зависит от того, насколько его рана серьезна… В любом случае он вернется.

— Согласен, — поддержал Марк. — Значит, решено: возвращаемся в Фодину, как следует трясем управляющего и заодно того пьянчугу-шахтера. А там, будем смотреть по обстоятельствам.

Шератан

Дорога обратно в Фодину казалась бесконечной. Шэр шел последним, его чувства, обостренные постоянной угрозой, сканировали окрестности: шелест колючего кустарника, крик одинокой птицы, далекий гул ветра в ущельях. В руке он нес трофей: тяжелый арбалетный болт, холодный металл и дерево напоминали о хрупкости жизни простых смертных.

Таких, как Марк, который брел впереди, бережно прижимая перевязь с больной рукой к груди. Таких, как беловолосая жрица с грустным взглядом олененка, и его… жена. Да, пусть Роксана не настолько беспомощна, как эти двое, но все же… Ее умение влипать в неприятности с лихвой перебивала все способности друида.

Годраш шагал рядом с магом, время от времени подставляя каменное плечо для опоры, и ворча на тему «хлипких человечишек».

— Шевели ногами, Марк, — подбадривал тролль, осторожно поддерживая рыжего за локоть здоровой руки. — Скоро «Ржавая Кирка», Силь тебя заштопает, а я поросенка целого съем! Один!

— Главное, чтобы поросенок не оказался с таким же сюрпризом… под хвостом, — вяло пошутил Марк.

Фергус шел чуть впереди них, его посох отстукивал мерный ритм по каменной земле. Спина друида была прямая, но Шэр чувствовал его напряжение.

Наконец, показались первые убогие хижины Фодины, а затем и знакомая, покосившаяся вывеска «Ржавая Кирка». Желтоватый свет, пробивавшийся из маленьких окон, и доносящиеся оттуда приглушенные голоса казались островком уюта. Запах жареного сала и перебродившего пива витал в воздухе, смешиваясь с запахом горной пыли.

Годраш, почуяв отдых и еду, оживился и, забыв о Марке, рванул к двери:

— Хозяин! Мне поросенка! Живо! И кувшин твоего самого крепкого пойла!

Он ввалился внутрь, едва не сорвав плечом дверь с петли. Марк, пошатнувшись без поддержки, с гримасой боли последовал за ним. Фергус остановился у самой двери, пропуская Марка вперед. Он повернулся, дождался, пока Марк скрылся в теплом свете таверны, захлопнул дверь и сделал шаг навстречу Шэру, который намеренно замедлил шаг.

— Подожди, Шэратан, — голос Фергуса был тихим, но серьезным. — Я хотел тебе кое-что сказать.

Шэр остановился, его тело мгновенно напряглось, а синие глаза, холодные, как глубины океана, встретились со взглядом друида.

— Слушаю, — ответил он ровно, без интонаций. Вода в луже у их ног едва заметно задрожала.

Фергус глубоко вздохнул, его взгляд скользнул к освещенному окну таверны, за которым маячила фигура Марка, искавшего Сильвию, а потом вернулся к Шэру.

— Шана в своем письме сообщила мне не только о вашем… браке с Роксаной, — он произнес слово «брак» с едва уловимой паузой, — но и о твоих способностях… Повелитель воды.

Шэр не изменился в лице: все та же каменная маска. Он ожидал этого разговора с тех пор, как бывший наставник Роксаны перешагнул дверь таверны.

— Знаешь, я десять лет наблюдал, как она растет. Как учится своей магии. Делает ошибки и радуется первым, пусть маленьким, победам. Она хорошая девочка, добрая, умная, — Голос Фергуса стал мягче, в его глазах вспыхнуло что-то теплое, отцовское, быстро сменившиеся тревогой. — Может быть, слишком доверчивая… не глупая, о нет, но слишком верит людям. Она ранимая, Шэратан. Ей и без того досталось в этой жизни сполна. Изгнание, блокировка дара ее отцом, травма из-за отсутствия фамилиара…Я учил ее, помогал как мог... За эти годы Роксана стала мне как дочь…

Шэр мысленно хмыкнул. Он знал, к чему клонит друид. И это понимание было исключительно неприятным. Фергус тоже сделал паузу и его пальцы крепче сжали древко посоха.

— А ты… ты ведь давно все вспомнил. — Это было не вопросом, а твердым и неоспоримым утверждением. — Брачная магия Бельтайна не только сняла блок со способностей Роксаны, позволив ей обрести Брини. Она вернула и твою память.

— И?.. — Вырвалось у Шэра, его собственный голос прозвучал чужим и низким. Но отпираться он не стал, отрицать было бессмысленно и глупо.

— Скажи, как твое полное имя, атлант?

— Шэратан иль Моррен ванн Ринор, — нехотя произнес он.

Тишина повисла между ними, густая, звенящая. Гул из таверны, лай собаки где-то вдали – все это казалось призрачным, нереальным на фоне этого тихого, смертельно опасного признания. Шэр ощущал каждый удар своего сердца, каждую каплю влаги в воздухе вокруг.

— О, боги!.. «Первый» из Дома Рассекающих волн… Я… я все же надеялся на кого-то попроще, — пробормотал друид, прикладывая ладонь ко лбу, словно проверял не поднялась ли у него температура. — В таком случае… Прошу, разорви этот брак, Шэратан иль Моррен ванн Ринор.

— Что?

Ему показалось, что он ослышался, но Фергус не отвел взгляда, а в каждом слове друида звучали мольба и приказ одновременно.

— Прошу, сделай это, пока не стало слишком поздно. Она влюбляется в тебя, я это вижу. Вижу, как она на тебя смотрит. Понимаешь?! Она влюбляется. И я не хочу видеть, как… как после ей будет больно. Освободи ее сейчас. Пока она еще не отдала тебе всего.

Между ними повисло напряженное молчание, наэлектризованное невысказанными угрозами и гневом. Где-то вдалеке снова залаяла собака, а из распахнутой двери таверны донесся заливистый, оглушительный смех Годраша.