Чтение онлайн

Следующие три часа стали для меня адом, достойным демонов Тартара. Фергус нещадно гонял меня по ускоренной, сжатой до предела программе взаимодействия с животными. Он закрывал все пробелы, начиная с третьего по восьмой курс, одним махом. И… о, боги, не раз и не два у меня закрывалась предательская мыслишка, что лучше бы я в ту ночь померла от рук наемника Лара, чем терпеть это!

— Не дави! — рычал он, когда я пыталась «подружиться»с соседским котом. — Ты не рабовладелец! Ты — партнер! Предложи! Заинтересуй! Почувствуй его желания!

— Он желает сожрать Брини, а потом наблевать мне в сандалии! — огрызалась я, едва уворачиваясь от когтей разъяренного кота, которому явно не нравились мои методы «партнерства».

— Значит, ищи другой путь! Думай, Рокси! Магия друида — это не кулак, а танец!

Когда я уже взвыла от бессилия и злости, он милостиво отпустил меня, заявив, что я усвоила примерно полпроцента от необходимого знания. Я поплелась в свою комнату, едва волоча ноги, вся в царапинах, пропахшая травой и кошачьей шерстью, и мысленно проклиная тот день, когда в Фодине объявился мой бывший наставник.

Ввалилась внутрь едва дыша и рухнула на кровать, зарывшись лицом в подушку. Брини тут же устроилась у меня на спине, мурлыча и перебирая коготками ткань моей туники.

В дверь постучали. Тихо, но настойчиво.

— Не спишь? — послышался низкий, знакомый голос.

Это был Шэр. В руках он держал глиняную кружку, из которой тянул пар с запахом мяты и ромашки, и небольшую плетеную корзинку, накрытую салфеткой. Оттуда пахло свежим, еще теплым хлебом и копченым сыром.

— О-о-о! Ты мой спаситель, — простонала я, приподнимаясь на локте.

За еду и травяной чай я была готова его расцеловать… Причем на самом деле. Я покраснела от собственных мыслей, осознав, что действительно соскучилась по атланту.

Мы почти не виделись и не говорили эти дни. Шэр уходил рано утром, когда я еще спала, и возвращался поздно ночью, когда я уже была в царстве Морфея. Сегодня был тот редкий вечер, когда наши пути пересеклись.

— Подумал, что ты точно будешь голодна, — он вошел, поставил кружку и корзинку на тумбочку. Его взгляд скользнул по моим взъерошенным волосам и кошачьим царапинам на руках. В уголках его губ дрогнуло что-то, похожее на улыбку.

Отказываться я и не думала. Рука сама потянулась к хлебу. Я отломила кусок, сунула в рот и застонала от наслаждения.

— Это не наставник, а монстр! — прожевала я, запивая чаем. — Он пытался заставить меня уговорить паука сплести сеть между моими пальцами!

Шэр прислонился к косяку двери и откровенно ухмыльнулся.

— Звучит… продуктивно.

— Продуктивно для паука! Он чуть мне всю руку не обмотал!

В этот момент дверь с грохотом распахнулась, без всякого стука. На пороге стоял Марк, его рыжие волосы торчали в разные стороны, а в глазах горел тот самый знакомый огонек одержимости, который появлялся, когда он натыкался на что-то невероятно интересное или безумно опасное. Чаще всего и то, и другое одновременно.

— Вы не поверите! — выпалил он, запыхавшись. — Я тут сидел, переводил эти каракули Авита… И наткнулся на один странный расчет! Смотрите!

Он сунул нам под нос испещренный формулами листок.

— Это уровень магического загрязнения! В районе старого свинцового рудника, того самого, куда сливали отработку! Цифры зашкаливают! Это не случайность! Это… это признак активного, мощного магического процесса! Похоже на… на алхимическую трансмутацию высшего порядка! Понимаете?!

— Эм-м-м… Нет. — Мы с Шэром переглянулись и я осторожно спросила: — И что ты предлагаешь? Опять лезть в эти горы?

— А что, сидеть и ждать, пока губернаторский отряд соблаговолит явиться? А тем временем этот «процесс» может достичь критической точки! Мы же не знаем, что там!

— А давай не узнаем еще чуть дольше. Может там просто геоматический разлом?

— Слишком точечно для разлома, — покачал головой Шэр, внимательно изучая формулы. — Я тоже встречал такие разломы… под водой. На дне… Не важно. Обычно они тянутся на несколько километров. А тут… Маг прав. Это пахнет нарочным вмешательством.

— Вот именно! — подхватил Марк. — И мы должны…

Его слова потонули в пронзительном, леденящем душу крике, который донесся из конца коридора. Крик Сильвии, пронзительный, полный неподдельного ужаса и боли.

Мы замерли на секунду, а потом ринулись наружу, снося все на своем пути. Сердце бешено колотилось где-то в горле.

Дверь в комнату Сильвии была распахнута. Она сидела на кровати, вся сотрясаясь от рыданий. Лицо было мертвенно-бледным, глаза — огромными, полными неотступного кошмара. Возле нее на полу валялась разбитая глиняная кружка с чаем.

— Силь! — кинулась я к ней, опускаясь на колени. — Что случилось?!

Она задыхалась, ее пальцы впились в мое предплечье с силой, которую я не могла от нее ожидать.

— Транс… Снова транс. Я… я видела его. Брут… Тот шахтер. Он жив! Его… его приковали к стене в пещере! К стене, расписанной странными символами! Кобольды… они рисуют на камне его кровью! — Она сдавленно всхлипнула. — Он бормотал… «Не дайте демону закончить… он кормит ее серебром…» Старик умирает. Но все еще жив. Прямо сейчас…

Собрались мы с той лихорадочной быстротой, которая рождается на стыке ужаса и решимости. Хватали оружие, целебные зелья, набивали сумки лепешками и копченым мясом, мало ли как дело в горах пойдет.

Единственная заминка вышла, когда Шэр, окинув меня оценивающим взглядом, понял, что я в общем-то тоже собираюсь идти с ними.

Ох, я не знаю, откуда у него эта поразительная способность: приказывать под видом заботы, да еще с таким непоколебимым видом, будто он жрец, который только что объявил о смене времени года! Это было невыносимо!

И остальные, предатели, вдруг разом примолкли. Марк принялся вдруг яростно шнуровать сандалии, Годраш заинтересованно уставился на потолок, а Фергус сделал вид, что проверяет наконечник своего посха.

Да, они просто напросто предоставили нам двоим выяснять отношения.

— Роксана, ты остаешься в Фодине, — заявил этот остроухий нахал, скрестив руки на груди, и его тон не допускал возражений. — Здесь безопаснее. И, давай, объективно: ты не сможешь поддерживать темп ночью, по горной тропе.