Чтение онлайн

– Не повезло, – с грустью промолвила Анжелика, искренне переживая за давно знакомого ей человека, – как это случилось?

– Чисто случайно, – пустился Беркутов в рассуждения, продолжая мастерски управляться с машиной, одновременно разгоняя ее до порядочной скорости, – выбрал не ту работу и связался с плохой компанией – вот здоровьем и поплатился.

– Даже так? – невольно занервничала Гордеева, заерзав на своем месте и вспоминая недавней разговор со своей прежней «сменщицей», еще и обратив внимание, что автомобиль свернул совсем не в ту сторону.

– Там перекрыто движение, – небрежно бросил шофер, словно прочитав мысли своей пассажирки, – необходимо ехать в объезд.

– Остановите, я выйду, – вдруг почувствовав исходившую от мужчины опасность, дрожащим голосом проговорила молодая путана, – я передумала ехать домой, а еще… мне нужно зайти в одно место, которое располагается как раз в этом квартале.

– Из этой машины можно выйти только тогда, когда я этого захочу, – резко «отрезал» водитель, осознав, что его раскусили, хотя он сильно и не старался скрывать свою личность, – меня зовут Костя-киллер, и надеюсь, ты понимаешь, что это значит.

От охватившего изнутри жгучего «холода» у девушки в комок сжалось ее сердечко и ей даже показалось, что на какое-то мгновение этот орган остановился: душа «ушла» в пятки, и она сидела, будучи ни жива ни мертва. Теперь, наконец осознав нависшую над ней опасность, она очень сильно переживала, что не прислушалась к страхам Азмиры, когда та пыталась ей рассказать про что-то такое. Но изменить что-либо было нельзя – оставалось только «плыть» по течению, полностью доверившись злодейке-судьбе. Ни одна из будораживших ее воспаленный мозг мыслей: выпрыгнуть на ходу; огреть водителя дамской сумочкой; вцепиться ему ногтями в глаза; укусить его за руку – не находили своего понимания и осознания из-за их полной абсурдности.

Беркутов гнал, превышая все допустимые скорости, чтобы таким образом не дать своей спутнице возможность осуществить какую-нибудь ненужную глупость. Расчет его оказался верным, и девушке даже мысль в голову не пришла, чтобы на таком быстром ходу выкинуть что-то такое, что шло бы вразрез с его первоначальными планами. Так в принужденной к спокойствию обстановке, с учетом внутренних переживаний и сильнейших эмоций, душивших Гордееву изнутри, они наконец смогли покинуть пределы города и, направляясь в сторону Ярославля, достигли деревни Буньково, где располагался питомник декоративных растений. Недалеко от него находилось небольшое строение, больше похожее на сарай. Оно отстояло чуть в стороне, к нему вела проселочная дорога, а поблизости не было видно никакого жилья. Если здесь, к примеру, закричать, то вряд ли бы тебя кто-то услышал, единственное, можно было рассчитывать на охранника, дежурившего в месте разведения саженцев.

Однако, словно бы прочитав мысли сидящей с ним в авто проститутки, Беркутов резко повернул к ней свою голову (она сидела, как везде в такси принято, на заднем сидении) и, напитав глаза безграничным гневом и «наполнив» их кровью, полу-шипящим голосом произнес:

– Даже не думай. Это будет последний вскрик в твоей жизни, хотя поверь, что мне бы очень этого не хотелось. Поэтому сиди тихо, не подводи ни себя, ни того мужика, сидящего сейчас на охране.

Приняв такие нехитрые меры предосторожности, Константин остановил машину возле небольшой деревянной постройки, после чего грозно рыкнул, одновременно одарив девушку взглядом, внушающим ужас:

– Остановка конечная! Приготовьте к проверке карманчики!

– Шучу, – тут же сказал он, невольно улыбнувшись своей плоской шутке, – можно «вылазить» – приехали.

– Нет, – испуганным голосом возразила молодая путана, словно бы вжавшись в обшивку сидения, – я никуда не пойду.

– Не глупи, – промолвил преступник, напуская на себя вид человека, не склонного к долгим разговорам, а главное, сопровождающим их убеждениям, – а то будет хуже.

Гордеева обхватила свое тело руками, словно это могло хоть как-то спасти ее от жестокой расправы, готовая полностью утонуть в мягкой обивке и выказывая таким образом свою полную непокорность. Смерив ее гневным взглядом, Беркутов сразу же оценил обстановку и, выйдя наружу, негромко воскликнул:

– Слон, давай «дуй» на подмогу! Тут «шалава» одна упирается, и без тебя – ну, никак невозможно! – с ней справиться.

На его властный призыв дверь сарая открылась практически в ту же секунду, и оттуда вышел горилла-подобный молодой человек огромного роста. Не требуя больше никаких разъяснений, он твердой походкой направился прямо к машине, а оказавшись уже возле нее, не спуская с лица звериного выражения, открыл заднюю дверцу, после чего не замедлил засунуть в салон свои мощные руки. Анжелика, завидев это страшилище, как маленький писклявый крысенок, кинулась к противоположному выходу, но не тут-то ей было: он в нее словно безжалостный коршун вцепился, обхватив грубо за плечи и не давая ни единого шанса высвободиться из своих цепких объятий.

– Ты чего трепыхаешься, «шлюха»? – молвил он между делом. – Гляди, поломаю.

Гордеева, не смотря на сделанное ей чуть раньше предупреждение, в силу своего девичьего инстинкта, попыталась громко кричать, призывая на помощь.

– Помогите! Спасите! – вопила она истошно, надеясь привлечь хоть чье-то внимание. – Кто-нибудь… убивают!

Однако ее призывные крики не возымели на Слона ни малейшего действия, и он явно отпускать свою жертву нисколько не собирался, напротив, резко тряхнул, пытаясь сбить ей дыхание, и потом – непринужденно, словно только этим и занимался – одним сильным движением «вырвал» молодую девицу наружу, больно ударив красивой головкой о верхний край дверного проема. От такого значимого воздействия любая бы замолчала, и эта девушка не явила из себя исключение, потому что попросту потеряла сознание. Ее тело обмякло, тем не менее не упало, продолжая оставаться в цепких руках большого мужчины.

Увидев такой неожиданный поворот, Беркутов нервно сплюнул и не смог удержаться, чтобы не сделать «напарнику» строгое замечание:

– Гляди аккуратней, не убей ее раньше времени. На ком тогда заработаем и будем строить свой бизнес? Сам пойдешь на панель.

– Чего я-то опять? – незадачливо промолвил огромный детина, виновато склонив голову перед более хрупким товарищем, – Это не специально… просто она так стала орать, что я невольно не удержался.

– Ладно, – махнул рукой предводитель, повернувшись к сараю, – тащи ее внутрь, а то сюда уже кто-то идет, и, очевидно, придется ему разъяснять, что он здесь является лишним. Как закончишь с ней и как следует свяжешь, выходи на улицу поддержать нашу, представляю, что «дружескую» беседу.

Произнося свой монолог, Константин имел в виду человека, приближавшегося со стороны посадочного питомника, который явно что был привлечен громкими криками и непременно пожелавший выяснить, что же возле охраняемой им территории приключилось.

Азмира, закончившая свою вечернюю «смену» в восемнадцать часов, быстрым шагом направилась к дому, чтобы там переодеться в вечернее платье и подготовиться к назначенному ей свиданию. Она очень спешила, не желая в этот раз ни в коем случае опоздать, прекрасно понимая, что Судьба предоставляет ей шанс в виде, подающего большие надежды, ко всему тому же молодого и безраздельно любящего ее человека. Юная, но уже достаточно повидавшая на своем недолгом веку путана отчетливо понимала, что «работать» всю жизнь проституткой у нее попросту не получиться, поэтому она непременно намеревалась устроить свою личную жизнь, обеспечив ее достатком и процветанием. Для этого нужно было, при отсутствии достаточных навыков и хоть какого образования, просто выйти удачно замуж за перспективного и непременно обаятельного мужчину.

Девушке в этом плане невероятно везло, ведь на нее еще со школьной скамьи обращал внимание Холод Андрей Вячеславович, учившийся на один год старше ее. Он был сыном состоявшихся в этой жизни родителей и всегда выделялся самыми модными «шмотками» и дорогими аксессуарами. Еще с девятого класса он бросал на девушку томные взгляды, когда та еще училась в восьмом. Однако, как теперь известно, молодой и прекрасной ученице в то время было не до любви, так как из-за тяжелых материальных условий ей уже тогда приходилось «подрабатывать» проституцией, чтобы хоть как-то закончить девятый класс и получить первое свидетельство о неполном среднем образовании. Поэтому, наверное, она мало уделяла внимания ненастойчивому молодому юнцу, не пытавшемуся с ней даже заговорить, а только безнадежно грезившему об их отношениях.