Чтение онлайн

– Вы ошибаетесь, милорд, – прозвучал мой голос, тихий, но звенящий, как закаленная сталь. – Во-первых, я – не приманка. Я – охотница. А во-вторых, даже если бы я знала, где Сорган Родчестер, я бы скорее отдала душу дьяволу, чем предала его такому… падальщику, как вы!

Его лицо на миг исказила гримаса чистейшей, неприкрытой злобы, но почти мгновенно вновь стало гладкой, холодной маской.

– Охотница? – он фыркнул, и в этом звуке было презрение всей его породы. – Милая моя, вы – перепуганный кролик, забредший на территорию голодного волка. Ваша участь – быть растерзанной. Вопрос лишь во времени.

– Возможно, – я выпрямилась во весь свой рост, впиваясь в него взглядом, в котором горели все пожары моей прежней жизни. – Но я, милорд, не простой кролик. Я – тот самый кролик, что пахнет страхом и диким клевером. И, как выяснилось, у меня очень острые зубы. А кроли, к вашему сведению, всеядны. Так что берегитесь, милорд. Охота может оказаться взаимной.

Я резко развернулась и пошла прочь, вглубь магазина, оставив его стоять в одиночестве. Сердце бешено колотилось, пытаясь вырваться из груди, но сквозь страх и ярость пробивалось дикое, горькое, пьянящее чувство удовлетворения. Карты легли на стол. Маски сорваны. Игра, наконец, началась по-настоящему. И на кону была не просто моя честь или лавка. На кону был ОН. Сорган Родчестер. И я только что бросила к его ногам свой вызов, объявив, что вступаю в эту смертельную партию на его стороне.

Пусть де Винтер готовится. Охотница вышла на тропу войны. И пахнет она бешенством, непокорностью и духами «Следопыт». А это, как я чувствовала каждой клеткой своего тела, был самый опасный и сладостный аромат, который он когда-либо вдыхал.

?ГЛАВА 29

После ухода де Винтера магазин наполнился гнетущей тишиной. Марта смотрела на меня с таким ужасом, будто я только что вызвала на дуэль самого короля.

– Миледи! – прошептала она. – Вы нахамили лорду де Винтеру! Он уничтожит нас! Он уничтожит магазин! Он уничтожит вашего отца!

– Успокойся, Марта, – сказала я, хотя сама дрожала как осиновый лист. – Если он хотел уничтожить, уже бы сделал это. Ему нужна не грубая сила. Ему нужна… капитуляция. Изящная. Любит он в игры играть.

– Но что мы будем делать? – всхлипнула Марта. Кажется она испугалась больше чем я.

– Мы будем работать, – я потянулась к полке с пустыми флаконами. – И готовиться к войне. На его условиях. Посмотрим, кто кого.

Следующие несколько дней прошли в лихорадочной деятельности. Я снова начала производить духи, но на этот раз с двойной энергией. Я создала новый аромат – «Ярость». С нотами черного перца, дыма и чего-то горького, вроде коры дуба. Он пахнет конфликтом. И мне он нравился.

Я также отправила отцу срочное письмо с предупреждением. Короткое и по делу:

«Папа, у нас проблемы. Лорд де Винтер интересуется моим прошлым. Будь осторожен. И не беспокойся, я справлюсь».

Ответ пришел быстро, в нем чувствовалась паника: «Алиана, немедленно бросай эту авантюру и возвращайся домой! Де Винтер не тот, с кем можно шутить!»

Я не ответила. Возвращаться сейчас значило признать поражение. А я уже достаточно натерпелась от мужчин, которые считали, что знают, что для меня лучше, а что нет.

Примерно через неделю, когда я как раз размышляла, не добавить ли в «Ярость» немного бензойной смолы для большей стойкости, дверь магазина снова распахнулась. Но на этот раз вошел не де Винтер.

В проеме стоял Сорг.

Нет, не Сорг. Сорган Родчестер.

Он был в простой, но чистой одежде следопыта – кожаные штаны, темная рубашка, плащ через плечо. Его лицо было серьезным, а в медовых глазах бушевала буря. Он был таким… настоящим. Таким живым. Таким невероятно нужным. И мужественно красивым.

Я замерла с пузырьком в руке, не в силах вымолвить ни слова.

– Алиана, – его голос был низким и хриплым, как всегда. – Нам нужно поговорить.

– Очередная сделка, следопыт? – наконец, смогла я выдавить из себя, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Или пришел за новой порцией мази? Кончилась? Я назвала ее «Маскировочная для охоты».

Он вошел внутрь и захлопнул дверь. Магазин вдруг стал очень тесным. Для нас двоих.

– Де Винтер был здесь, – это было не вопрос, а утверждение.

– А, – я поставила пузырек на стол с таким стуком, что он чуть не разбился. – Значит, он прав. Вы старые знакомые. И он хочет вас заманить в ловушку. А я – приманка. Поздравляю, мистер Родчестер, вы оказались в центре весьма банального заговора. И таки попались.

– Это не заговор, Алиана, – он подошел ближе, и от него пахло дорогой – пылью дорог, конским потом и им. – Это месть. Старая и глупая. И ты не должна быть в это впутана.

– О, а я уже впутана! – я засмеялась, и смех получился горьким. – Он предлагал мне сделку, знаешь ли? Выдать тебя в обмен на роскошную жизнь с ним. Я, конечно, вежливо отказалась. Если уж меняться, то на что-то более ценное.

Он смотрел на меня, и в его глазах читалось что-то сложное – ярость, боль и… гордость?

– Ты отказалась? – переспросил он тихо.

– А то! – я уперлась руками в боки. – Я сказала ему, что я охотник, а не приманка. И что он – падальщик. Думаю, он оценил мою прямоту.

Сорг… Сорган рассмеялся. Коротко, беззвучно, но его плечи задрожали.

– Боги, ты невозможна. Я примчался сюда, думая, что ты в опасности, что он тебя запугал… А ты объявила ему войну. Несносная девчонка!

Последнее замечание позвучало, как комплимент.

– Ну, я же не могла подвести своего учителя, – я скрестила руки на груди. – Ты же сам научил меня не показывать страха. Даже когда от страха подкашиваются ноги, и хочется спрятаться под прилавок.

Он подошел вплотную. Теперь между нами не было прилавка. Только воздух, густой от невысказанных слов и старой обиды.

– Алиана, прости, – сказал он, и его голос потерял всю свою привычную твердость. – Прости, что не сказал тебе правду. Прости за все.

– За что именно? Мне нужна конкретика, – я подняла на него глаза. – За то, что притворялся орком? Или за то, что позволил мне влюбиться в тебя, а потом просто взял и ушел?

– За то, что был трусом, – ответил он просто. – Я боялся, что, узнав правду, ты увидишь во мне не того человека, с которым делила костер, а… бывшего аристократа с кучей проблем. Я боялся, что ты предпочтешь простого следопыта сложному человеку с прошлым.

– А я, – прошептала я, – боялась, что предпочту дикаря обычному человеку. Какая ирония, да? Мы оба боялись одного и того же. И оба оказались дураками.