Чтение онлайн

– Жизнь научила, – он перевернул тушку. – Когда ты один в степи, а до ближайшего города три дня пути, быстро понимаешь, что еда на деревьях не растет. Ну, кроме ягод. Но ягодами сыт не будешь.

– Сейчас бы ягод… Хоть горсточку… – вспомнила я вкусную малину, что у нас растет за палисадником.

Он отломил дымящуюся ножку и протянул мне.

– На, ешь. Худющая ты какая-то для орчихи. Кости да кожа.

Я приняла угощение, обжигая пальцы. Мясо оказалось нежнейшим и сочным.

– Это восхитительно, – призналась я с полным ртом, забыв о всяких манерах.

Сорг смотрел на мой пищевой экстаз с явным удовольствием.

– Голод – лучший повар. Хотя... – он прищурился, – ...твои манеры, Линна, подозрительно утонченны для простой травницы. Ты ешь, как... ну, как дочка мэра, которую мы ищем.

Я поперхнулась.

– Это... у нас в клане... ценится эстетика! – выпалила я. – Мы не варвары, как некоторые…

Он покачал головой, усмехаясь.

– Конечно. Просто удивительное совпадение. Вот и подумал… А вы, оказывается… культурные орки.

– Мы прибыли заключить договор на поставку товаров, – блеснула я знаниями сути нахождения орков так близко к нашему городку.

– И читать умеет?

– Ага, – откусила кусочек от ножки. Вот же вкуснятина.

– И писать? – не унимался Сорг.

– Разумеется!

– Может быть, вы и на балах бывали мисс Алианна Смитт.

– И ни раз… Ой…То есть ни разу не была. Увы. А кто такая эта Смитт? – придала взгляду невинное выражение.

– Одна дорогая барышня. Баснословно дорогая. Но мы ее найдем.

Ночью я лежала, глядя на звезды, и не могла уснуть.

От Сорга исходило тепло, и мне до боли хотелось придвинуться ближе. Он был сильным, умным, смешным в своей суровой манере. И он был орком. Зеленокожим, двухметровым... неизвестным мне существом в моем привычном мире.

«Он орк, Алиана, – твердила я себе. – Орк! Разве с ними что-то может быть? Папочка умер бы от разрыва сердца. Да и он сам... что он может видеть в этой жалкой, неуклюжей, вечно пыхтящей «орчихе»? Он просто выполняет работу. Или... дразнит меня. Это игра для него».

Но чем дольше я смотрела на его профиль, освещенный луной, тем меньше я верила своим собственным доводам. А когда он во сне повернулся ко мне и его рука случайно легла рядом с моей, я почувствовала, как по моей коже пробежал электрический разряд.

Это была ошибка. Прекрасная, ужасная, невозможная ошибка – проявлять интерес к орку.

ГЛАВА 8

Утро застало нас в тумане, который стелился по степи, как молоко. Я постоянно просыпалась он любого шороха, а когда уже устала лежать и поднялась застала Сорга за привычными делами. Он сворачивал свои нехитрые пожитки, костер был уже потушен.

– Уши не отморозила? – его голос прозвучал как раз тогда, когда я пыталась незаметно спрятать их под волосами. Ведь их форма разительно отличалась от орочьей. Благо кудрей было достаточно и густоты волос хватало.

– С чего бы это! – брыкнулась я сразу, еще толком не проснувшись.

Он обернулся, подняв одну бровь. Эта его чертова манера играть с одной бровью сводила меня с ума.

– Я и не говорил, что должны. Просто спросил. Интересно, столько всего узнаешь о девушке, пока она спит. Ты еще и сопела… Не знал, что мы орки так умеем.

Я фыркнула и полезла в свой рюкзак, делая вид, что ищу что-то очень важное. Например: платок.

– У меня просто нос заложило. От этой... влажности.

– Конечно, – протянул он, подходя ближе. Он принюхался к воздуху с преувеличенной театральностью. – А пахнет от тебя... тревогой и мятой. Странная комбинация. Ты свою мазь мятой разбавила?

Это было опасно близко к правде. Я действительно добавила в свою маскировочную мазь немного мяты, чтобы перебить запах пота.

– Это мои... личные духи! – заявила я, высокомерно подняв подбородок. – «Утренняя свежесть орчихи-травницы». Ничего ты не понимаешь в изысканной парфюмерии.

Он рассмеялся, и этот звук, низкий и бархатный, заставил мурашки пробежать по моей спине.

– Парфюмерия? – он склонился ко мне, и его запах – дым, кожа и что-то острое, пряное – ударил в нос. – А, по-моему, ты просто боишься, что от тебя воняет, как от нас, «зеленокожих громил».

Я отступила на шаг, наткнувшись ногой на седло. Таскает его на себе, надрывается… Была бы лошадь- другое дело. А так… Все ноги стерла.

– Я ничего подобного не говорила!

– Говорила, – парировал он спокойно. – В первый же день, у костра с Борком. Твои глаза кричали: «Боги, как они ужасно пахнут!». Ты очень выразительно смотришь, Линна. Или как тебя там?

Меня поймали. Сгорая от стыда, я попыталась перевести тему.

– А ты... а ты пахнешь не так, как они.

Он замер, и в его глазах мелькнул неподдельный интерес.

– Да? И как же?

– Дымом, – выпалила я первое, что пришло в голову. – И... кожей. И чем-то горьким, вроде полыни. Не как старый сапог.

Он смотрел на меня так пристально, что я почувствовала, как по щекам разливается краска. К счастью, мазь скрывала это.

– Для человека, который жалуется на нашу вонь, ты очень внимательно изучаешь чужие запахи, – заметил он, и в его голосе зазвучала опасная, игривая нотка.

– Это профессиональная деформация! – поспешно оправдалась я. – Я травница! Я обязана все нюхать! А еще… у меня очень тонкое обоняние… с рождения.

– Обязана, – он кивнул с преувеличенной серьезностью. – Ну что ж, тогда понюхай, куда нам идти. Ветер сменился. Где твой след, о великая следопытка?