Чтение онлайн

Но удивиться как следует не успела, ибо заметила паренька, раздающего газеты. Ну конечно! Сегодня же утро пятницы — день выхода свежего номера местной газетенки. Вмиг из головы вылетели все мысли, а сознание сузилось до мальчишки, размахивающего «Светлогорским вестником». Одним прыжком преодолела разделяющее нас расстояние и обратилась к пареньку:

— Мальчик, дай, пожалуйста, газету.

Запоздало пришла в голову мысль, что, возможно, из-за наплыва туристов местные журналюги решили сделать газету платной… а у меня с собой и денег нет!

— Держите, тетенька, — вежливо протянул один экземпляр пацан, отметая разом все мои опасения. — Повезло вам, что вышел дополнительный тираж, а то первая партия еще час назад разлетелась!

— Спасибо! — от души поблагодарила я, но мальчик уже ушел раздавать прессу в массы.

Только сейчас отметила: то тут то там на площади попадаются группки людей с раскрытой газетой в руках. Лица у читателей были удивленные и озадаченные. Ну вот что еще там такого могла нацарапать Анфиса, а? Хм, очень интересно! Вот в перерыве прочту и узнаю!

Далее, больше не смотря по сторонам, припустилась в сторону главного входа в администрацию. Заскочив в шикарный холл, наскоро поздоровалась со скучающим Боригором, который сообщил, что шеф уже прибыл, и двинулась на третий этаж — на свое рабочее место.

Зайдя в приемную, первым делом заглянула в кабинет начальства.

— Петр Аркадьевич, здравствуйте, я пришла!

— Здравствуйте-здравствуйте, милая барышня! — мимолетно улыбнулся градоначальник, на мгновение оторвавшись от записей в какой-то папке. — Работы с документами сегодня по минимуму, будем с вами разгребать текущее делопроизводство и подготовим некоторые бумаги для завтрашнего выезд.

Полевский кивнул на новенький портрет Владимира, висящий у него за спиной.

В отличие от картины в кабинете начальника Светлогорской полиции, у Полевского висело простое черно-белое фото в раме. Государь здесь был запечатлен крупным планом по грудь. Впрочем, Владимир был все так же чудо как хорош: статный и широкоплечий, темноволосый, с твердой линией подбородка и открытым взглядом светлых глаз. Глубоко вздохнув, перевела взор на Полевского… и наткнулась на внимательный насмешливый взгляд.

— Хорош наш государь, не правда ли? — весело усмехнулся градоначальник.

В ответ я пробурчала что-то невразумительное, уставившись в пол. Вот зачем он так смущает, а?.. Наверное, на моем лице что-то изменилось, ибо Полевский удовлетворенно кивнул и уверенным официальным тоном произнес:

— А теперь, милая барышня, давайте вернемся к обсуждению фронта работ на сегодня…

Дальше начался очередной рабочий день. К Петру Аркадьевичу вновь приходили важные господа, среди коих были и двое военных, что должны завтра встретить государя на передовой. Приходили и представители темноморской делегации. Эти почему-то глядели на меня хмуро, цедили слова и, казалось бы, возрадовались не меньше моего тому, что градоначальник принял их сразу же после моего доклада.

Хотелось бы послушать, о чем темноморцы будут говорить с Полевским, но тут не свезло: практически сразу, как только оборотни зашли в кабинет, ко мне вышел босс и услал на кухню приготовить гостям чай. Отсутствовала я минут пять, однако по возвращении застала в кабинете одного растерянного Петра Аркадьевича.

— Ника, большое спасибо, но не нужно чая, что-то у меня аппетита нет. Спасибо за беспокойство, голубушка, идите работать!

Унося назад на кухню не нужный никому поднос, услышала, как Полевский звонил Вельскому и срочно вызвал того к себе.

Боги, вот что могло произойти?

Негласный шеф Особого отдела явился в приемную уже спустя десять минут. К слову, надо признать, что выглядел Вельский просто замечательно: светло-бежевый костюм оттеняла белоснежная сорочка с небрежно расстегнутыми верхними пуговицами. Из-за духоты дознаватель не стал надевать принятую у здешних мужчин повседневную жилетку, ограничившись накинутым пиджаком. Темные волосы, обычно строго причесанные, разметались в легком беспорядке, словно бы с ними хорошенько поиграл проказливый ветерок. Довершил дело легкий румянец, который обычно Вельскому свойствен не был.

Да что уж там… Сейчас весь вид полицейского был ему не свойствен!.. Особенно — сбитые костяшки пальцев…

— Здравствуйте, барышня! Петр Аркадьевич у себя? — вежливо и от того весьма пугающе вопросил посетитель.

— У себя, Всеволод Александрович. Сейчас о вас доложу.

Отвернулась, чтобы подойти к кабинету Полевского, и…

— Ника, какого беса ты творишь?

Вопрос прозвучал устало и тихо, так что я даже не сразу сообразила, что задал его все тот же Вельский.

Удивленно обернулась и уставилась на полицейского в ожидании продолжения.

— Твоя выходка вчера. Зачем пошла на площадь поздно вечером? О чем ты думала? В пьяной толпе тебя могли облапить, обокрасть и причинить еще бесы знает какой вред. А Златан? Ты настолько беспечна, что выбросила его из головы, как только покинула прием?.. — Вельский нахмурился и качнул головой. — Я думал, ты умнее.

Пару мгновений мы молча буравили друг друга взглядом.

— А, впрочем, — продолжил он другим, куда более твердым тоном, — чего еще ждать от девицы? Вот уж верно говорят: коса длинна, а ум короток! Мне сказали, что представление факиров вы смотрели с раскрытым ртом, как дите малое, честное слово… И, кстати, у нас скоро свадьба, вы в курсе?

— Что?!

— Как — «что»? — широко улыбнулся Вельский. — Вы свежую прессу не читали? Ну так сегодня новый нумер бесовой газетенки вышел, как ее там… Репортеры божатся, что мы с вами под шум торжеств решили отыграть свадьбу и что вы, Вероника Сергеевна, незаконная дочь Полевского!

Что?!

— Боги, это что, правда? Они такое написали?

— К сожалению, да, — вновь посерьезнел Вельский, — так что будьте теперь осторожны. Супруга Петра Аркадьевича вас и так недолюбливает, а теперь и вовсе со свету сживет! Последнее слово дознавателя потонуло в оглушительном раскате грома.

Хмурые небеса разверзлись и пролились на землю сильнейшим тропическим ливнем.

— Ну, всего доброго, милая барышня, пойду, а то ваш шеф уже заждался.

— Ага, — глупо выдохнула я.

Какое-то время Вельский, вопреки своим словам, стоял, смотрел на меня и чего-то ждал. Так и не дождавшись, он пожал плечами и нагло, без доклада, зашел к шефу в кабинет. Ладно хоть постучал!..

А я осталась в приемной пялиться в стену и размышлять: уволит меня теперь Полевский или нет. Явного повода, может, и нет, но вот его жена меня и так отчего-то невзлюбила, а теперь, наверное, еще и закатит Петру Аркадьевичу скандал и потребует доказательств того, что репортеры действительно лгут.