Чтение онлайн

Появление скорой помощи только усугубило бы мое положение. Ещё в тюрьму не хватало загреметь. Попади я в руки закона, на меня навешают кучу обвинений и отправят в Россию.

— Страшно? — прокряхтел Лиам на заднем сиденье.

В испуге метнула взгляд в зеркало заднего вида. Американец лежал неподвижно, и глаза его были закрыты.

— Тебе нельзя разговаривать. Лучше молчи.

Больше за всю дорогу он не произнёс ни слова. И только приехав в больницу, путь к которой указал мне навигатор, стало ясно, что Лиам потерял сознание.

Парня немедленно уложили на носилки. Кто-то из дежурных в белой медицинской пижаме спросил, что случилось. Я ответила, что это был несчастный случай.

— Знаете его?

— Нет, я… свидетель.

Больше никаких вопросов мне не задавали. В суете про меня совсем забыли. В итоге, убедившись в том, что Лиаму окажут должную помощь, развернулась и ушла. Сбежала от ответственности.

Через час моя машина пересекла границу с Косово. В городе Качаник я заехала в какую-то забегаловку, быстро перекусила сухим гамбургером с колой, и продолжила путь. Я хотела уехать подальше от Македонии. Даже Качаник казался не столь надежным, хотя я и находилась уже в чужой стране и под другим именем.

Там, в Косово, я действовала неосознанно — в определённый момент успокоилась, остановила поток безрадостных мыслей и взглянула на часы. Поняв, что скоро начнёт вечереть, удивилась. Это время странным образом прошло совершенно незаметно. Осознание реальности привело к тому, что я начала ощущать боль в спине, усталые глаза продолжали следить за дорогой, а утомленный ум отключил все мысли.

Сорок минут спустя я миновала знак с названием города Приштина.

***

Узбекистан, г. Турткуль

2019 год

— Эла, Эла, успокойся, — продолжая крепко сжимать мою кисть, мурлыкал Андрей. — Мне кажется, любой девушке было бы приятно иметь такого любовника, как я. У тебя будут деньги, подарки… Но главное — свобода. Никто не посмеет к тебе приблизиться. Я обеспечу тебе спокойную жизнь.

— Я не стану спать с тобой! За кого ты меня принимаешь? — кричала я, пытаясь выдернуть руку. Посетители смотрели на нас, как на сумасшедшую парочку. Даже официант шарахнулся назад, боясь приблизиться к нашему столику.

— Ты не отдаёшь отчёта своим действиям, Эла. Сейчас, может быть, это звучит скверно, но переспи с этой мыслью ночь, а завтра дашь мне ответ, — цедил он, чтобы только я могла услышать эти слова.

— Мой ответ отрицательный. Знаешь, что после этого я не захочу даже работать в твоём автосалоне? Мне даже мысль противна…

— Не строй из себя недотрогу! Два года в бегах не научили тебя настоящей жизни?

— Я немало индюков вроде тебя повидала. Ты прав. Но ещё ни разу я не повелась на подобное предложение. Я не стану шлюхой, ясно?

— Умная девочка, — брякнул он, расплачиваясь за недоеденный ужин.

Я отодвинулась от стола и взяла рюкзак. Мне нельзя здесь оставаться. Мой отказ уже говорил о том, что пора сматываться и времени не очень много. Но всё же оно имелось при любых обстоятельствах. Даже если Андрей позвонит отцу, им потребуется пересечь границу Узбекистана, чтобы схватить меня. Однако… Я посмотрела на Андрея и в голову пришла совершенно бредовая мысль. Он не может быть так спокоен. Что-то здесь было не так.

Внезапно посетившая меня догадка заставила изменить отношение к ситуации и вернуться на место.

— Андрей Александрович, может быть, есть другой способ мне помочь?

Его левая бровь приподнялась.

— Какой, например? Нет другого способа, Эла, — сказал он после того, как я промолчала. — Ты понравилась мне с первого дня знакомства. Такая тихая, добрая, покладистая. Тут же представил, какой ты можешь оказаться в постели. А ещё ты выглядишь старше своего возраста… нет, не по внешности. Ум. Ты рассуждаешь, как взрослая женщина и речь у тебя поставлена грамотно.

— Тогда ты должен понимать, что я, как взрослая женщина, не стану ложиться в твою постель, когда у тебя есть для этих целей жена! Я думала, ты действительно хочешь мне помочь.

— Я и хочу, — не унимался Андрей. — И мне кажется, что в моей версии происходящего все будут счастливы.

— Нет. Все не будут счастливы! — хлопнула ладошкой по столешнице и снова встала. Что я вообще делаю? К чему вся эта болтовня, когда надо ноги уносить?

Андрей встал вместе со мной. Из ресторана мы вышли вдвоём, держась на некотором расстоянии. Темнело. Я судорожно соображала, где в этом месте можно поймать такси. Действовать придётся быстро, ибо я не знаю, что на самом деле задумал Андрей.

Вспомнился вдруг вчерашний спор с Денисом и его слова: «Если тебя схватят люди Демиреля, я не виноват!». Конечно! Я опять сглупила, как в Польше. Отсюда можно делать вывод, что мне нельзя оставаться надолго в одном месте. В этом городе мне было слишком уж спокойно.

«Наивная дура!» — подумала я, а в следующую секунду в мой локоть вцепилась крепкая рука Андрея. Перед рестораном почти никого не было. Только одна парочка направлялась к входу, но им на нас было наплевать. А я думала, кричать или попытаться самой решить проблему.

— Сейчас ты послушно сядешь в машину. Я докажу тебе, что ты ошибаешься на мой счёт, — тем временем говорил он и этот голос уже не казался милым и дружелюбным, он «резал» мне ухо. — И только попробуй пикнуть, я тут же сдам тебя в полицию. Отсидишься в камере, пока папочка не заберёт.

Андрей в моих глазах смог измениться за считанные минуты, хотя знаю я его с октября месяца. Цэте. Что говорил Цэте? Он учил меня не поддаваться панике.

«Учись справляться со своими эмоциями. Если не я для себя, то кто для меня?» — были его слова. Они придали мне уверенности.

Андрей привёз меня в отель. Я послушно вышла и даже выдавила улыбку в ответ на его ухмылочку. Да, именно. У меня родился план, пока мы ехали сюда.

— Ну что? Подумала? — спросил Андрей, закрывая за собой дверь номера.

Я ничего не ответила, прошлась по комнате, всё хорошо осмотрела. Обычный люкс. Туалет и душевая прямо у входа, мне не понравился замысловатый замок прямо на дверной ручке. Его легко сломать, да даже немного надавив на дверь, ручка поддастся. Это мешало моему безупречному плану. Далее уютный мягкий уголок, телевизор и бар со спиртным, а за поворотом можно лицезреть низкую и, на первый взгляд, уютную кровать. К горлу подступила тошнота, стоило только представить, что Андрей Александрович планирует со мной делать на ней.