Чтение онлайн

Ее пристальный взгляд остановился на Брэндоне. Сначала она улыбнулась с облегчением. Но затем нахмурилась, наморщив лоб. Он не обиделся. Скорее всего, она не хотела радоваться его появлению или видеть, как он становится свидетелем того, что Незерсоул подвел ее.

Брэндон понимал ее внутренний конфликт. Он сам не хотел, чтобы его тянуло к женщине, которая не собиралась ставить его выше всех остальных.

Тем не менее, они оба были здесь, в этой неприветливой глуши между желанием и реальностью. Как ее друг, он продемонстрирует, чего молодой женщине следует ожидать от уважающего ее джентльмена.

Движением пальцев он подозвал билетера и распорядился, чтобы трех мисс Пэрриш проводили к лучшим местам, которые, как оказалось, были рядом с ним. По крайней мере, после нескольких незаметных перемещений.

По толпе прокатился поток слухов, достигая крещендо, пока Мэйв Пэрриш не приложила руку к уху и громко не объявила о временном недомогании, которое требовало ее непосредственной близости к сцене. Произнесенная с такой бескомпромиссной убежденностью, она превратила сплетни в глухое бормотание. Ему нужно будет поблагодарить ее позже.

Порозовев от смущения, Элли поприветствовала его кивком и чопорно села рядом с его сестрой, ее тети примостились рядом.

– Ты опоздала, - игриво прошептала Мэг своей подруге из-за веера.

Элли изящно пожала плечами.

– Когда Джордж не приехал в наш городской дом, я подумала, что, возможно, неправильно поняла наши планы и мы должны были встретиться с ним здесь.

Мэг украдкой оглядела собравшихся и покачала головой.

– Я его не вижу.

– Должно быть, его задержали.

Брэндон стиснул зубы, когда услышал эти слова от Элли. Верная себе, она нашла оправдания для Незерсоула. Казалось, что этот ребенок в теле мужчины не мог сделать ничего плохого в ее глазах. Она просто принимала скудные подношения, которые ей давали.

Неужели она не понимала, насколько большего заслуживала?

Он размышлял над ответом во время выступления, когда вспоминал, как давным-давно совершил ту же ошибку.

Когда наступил антракт, он подошел к столу с закусками и стал ждать пунша. Конечно, он мог бы попросить лакея принести его, но так было лучше. Брэндону нужна была дистанция между ним и Элли. Не только для того, чтобы утихомирить слухи, но и для того, чтобы убедиться, что он не забудется. Стоя слишком близко к ней, он испытывал непреодолимое искушение прикоснуться к ней, коснуться обнаженной полоски кожи между ее перчаткой длиной до локтя и гофрированным манжетом рукава, наклониться и—

– О, лорд Халлуорт, я так и думала, что это вы.

Он рефлекторно напрягся при звуке знакомого голоса, но тщательно овладел собой, прежде чем повернуться.

– Леди Честейн.

Женщина, которую он когда-то знал как мисс Фиби Брайт, кокетливо скользнула взглядом по его фигуре.

– Как потрясающе вы выглядите этим вечером. Если помните, ты всегда нравился мне в голубом.

– Мне было жаль слышать о смерти вашего второго мужа, - вежливо сказал он, жалея, что не остался со своей компанией.

Ее пальцы порхали в воздухе.

– Да, да, что ж, я скорее склонна пожелать старому дьяволу скатертью дорога. Он оставил меня без гроша. Или, скорее, с недостаточным количеством. Я едва пережила год траура.

Она мило надула губки, ее лицо все еще было отражением того, о котором он мечтал долгие годы. До того, как он потратил годы, презирая ее.

– Я уверен, что вы встанете на ноги, миледи.

– Смогу ли я, Брэндон?
– она вздохнула, ее темно-сапфировые глаза посмотрели на него сквозь ресницы.

– Конечно, я знаю, что мое лицо и фигура по-прежнему нравятся большинству мужчин, но в жизни женщины наступает момент, когда она хочет большего. В последнее время я так сильно сожалею о том, что потеряла свою единственную настоящую любовь.

Она положила руку ему на рукав и, когда он не убрал ее, мило улыбнулась.

– Я была слишком молода, чтобы понимать, что у меня было. Конечно, вы не можете винить меня за это.

– Нет, конечно. Я сомневаюсь, что среди присутствующих есть кто-нибудь, кто не мог бы сослаться на пару юношеских промахов.

Он поднял ее руку и без обиняков передал ее опоздавшему джентльмену, который подошел и встал рядом с ней.

Фиби вздрогнула, когда лорд Сэвидж сжал ее пальцы и запечатлел на них поцелуй. В высшем свете было хорошо известно, что она была его нынешней любовницей.

Брэндон, с другой стороны, был гораздо более сдержан в отношениях с прекрасным полом. Если только... он не был посреди зоопарка... или не сидел за столиком в кондитерской...

Очевидно, в Элли было что-то такое, что заставляло его терять голову.

– Дорогой!
– сказала Фиби, затаив дыхание от удивления.
– Я думала, ты все еще в "Стерлинге", наслаждаешься вечером за столиками. Ты часто говорил мне, что эти концерты такие скучные.

В ответ Сэвидж улыбнулся со своим обычным невозмутимым видом и сжал ее руку в своей, заправляя прядь волос ей за ухо.

– С тем, что вы говорили об ошибках, Халлуорт, я не могу не согласиться. Чудесно то, что, как только вы учитесь на них, они теряют способность влиять на вас каким-либо образом. В конце концов, когда пламя свечи догорает, вы не просто сидите в темноте. Вы находите новую свечу и зажигаете ее. Есть еще десятки точно таких же, которые можно заполучить.

Брэндон никак это не прокомментировал. Несмотря на то, что его привязанность к Фиби угасла много лет назад, он не собирался принижать ее.

Он не мог не вспомнить молодого человека, которым Сэвидж когда-то был десятилетия назад, задолго до того, как невыразимые предательства превратили его сердце в камень. Он всегда был надежным другом - до тех пор, пока вы оставались на его хорошей стороне, - и у него был здоровый аппетит ко всем удовольствиям, которые могла позволить жизнь. И с его состоянием он мог позволить себе их все. Но тот динамичный, неукротимый пыл, который всегда сиял в его глазах, как маяк, погас где-то по пути, как пламя свечи. И в то время как светские дамы считали Сэвиджа опасно красивым, Брэндон видел человека, который был мертв внутри.

Между ними было много сходства. На самом деле, слишком много. От осознания этого по его спине пробежала неприятная дрожь.

Когда-то давным-давно оба мужчины были ослеплены любовью. Оба мужчины потеряли жизненно важную часть себя - доверие и веру в себя, когда у них открылись глаза. Но для Брэндона это было даже больше, чем это. Он утратил мощное чувство уверенности, которое глубоко пронизывало его родословную.

Но когда его взгляд переместился на Элли, а затем обратно на Фиби, которая деловито придумывала оправдания и использовала свои уловки против Сэвиджа, Брэндон обнаружил, что его охватывает приятное умиротворение. Теперь он мог смотреть на нее, не испытывая прежней горечи, которая мучила его, как будто она была не более чем мимолетной знакомой. Частью его прошлого, которая даже призраком не могла больше преследовать его. Это было освобождением.