Чтение онлайн

Инстинкт наседки кудахчет внутри растревоженной курицей. Он же Котю с собой поведет. С самыми, что ни на есть серьёзными «намерениями».

Завалившись к себе, принимаю холодный душ и перезваниваю Кацюбе.

– Передумал? – посмеивается довольно.

– Кто будет?...

– Все те же, – отвечает Ромка.

Я молчу, предлагая ему самому немного раскинуть мозгами, и он не подводит.

– Сестра твоя с подружкой тоже... – догадывается наконец.

– Ясно.

– Что ясно?... – уточняет с усмешкой, – Ты же не против был...

– Я не против.

– Ну?... И?...

Я представляю, что творится сейчас в его башке, но и в моей бардака не меньше. Чтобы разобраться с ним, надо просто завалиться спать, но, я уже понимаю – не поможет.

– Заеду чуть позже.

– Ладно, – хмыкает друг, – Приезжай.

Загляну ненадолго. Вроде как Руслану Андреевичу приглядывать за дочерью обещал.

Через полтора часа я у клуба. Относительно популярное место, учитывая, сколько подобных заведений открывается в нашем городе каждый сезон. Вхожу с заднего двора через неприметную серую дверь для своих. Поднимаюсь по узкой лестнице на второй уровень и, пройдя узкий коридор, оказываюсь над основным танцполом.

Громкая музыка и режущие глаза синие лазеры только добавляют раздражения.

– Паша?... – вдруг окликает тонкий женский голос, а следом на плечо опускается легкая рука.

Я оборачиваюсь и уставляюсь на высокую стройную брюнетку с большим ртом и таким же большим бюстом. Знакомые губы, но хоть убей, не помню, когда и при каких обстоятельствах они мне отсасывали. Видимо, давно, потому что с памятью пока проблем не наблюдалось.

– Привет.

Девчонка, заметив мое замешательство, смеется. Поправляет короткое узкое платье на бедрах и весело спрашивает:

– Заново будем знакомиться?

– То есть, знакомились уже?

– Да! – хохочет, закинув голову, – Целых два раза. Один раз здесь, в клубе, второй – на утро у меня.

Выждав ещё несколько секунд, добавляет:

– Марианна.

– Точно.

Вспомнил я эту Марианну. Действительно общались с ней два раза. Ничего особенного, раз забыл.

– Один здесь?

– Не один.

Обескураженно дернув бровями, она разворачивается и начинает спускаться вниз. В этот момент из одной из випок в нарушение правил пожарной безопасности с зажженной сигаретой выходит Ромка. Заметив меня, приближается, здоровается за руку и выдыхает дым в сторону.

– Выпьешь? Или за рулем?...

– За рулем.

– Идем, хоть мясом накормлю...

– Катя где?

Кацюба делает затяжку и указывает подбородком вниз на танцпол. Я прослеживаю за его взглядом и мгновенно нахожу ее глазами. В ярко–розовом платье, с распущенными волнистыми волосами, подняв руки над головой, Котя извивается под музыку.

Улыбаясь танцующей напротив подруге, медленно крутит бедрами.

Я зависаю, на секунду отпустив свой мозг покурить вместе с Ромычем, потому что смотреть на нее как на сестру реально больше не получается. И вроде обсудили все и точки в нужных местах расставили, а мысли при виде нее все равно не в то русло утекают.

На хрена прикатил, спрашивается.

– Мы в кино с ней ходили, – говорил Ромка, глядя на нее с прищуром.

– Когда?...

Охуеть – не встать. Мне видимо, знать не обязательно?... Друзья же, вроде, не?...

– В среду.

– Да?... – усмехаюсь я, когда Катя, словно почувствовав взгляд, оборачивается и машет рукой, – И как сходили?

– Хорошо сходили, – лыбится во всю рожу, – Хорошая девчонка... твоя сестра.

Не успеваю я прожевать и проглотить «сестру», как он добавляет шепотом:

– Котя не похожа на других.

– Как?... – хуею максимально.

– Говорю, не похожа она на других телок, – повторяет громче, пыхнув дымом.

– Как ты ее назвал?

– Эмм... Котя, а что?...

– Она тебе разрешала?

Ромыч теряется и видно, что не въезжает, в чем именно затык.

– Я не спрашивал, Пах... А что не так?...

– Это прозвище я дал ей, когда она ещё на горшок ходила.

– И?... Крутое прозвище. Охрененно ей подходит...

– Оно эксклюзивное, Ром... Не хуй лезть туда, где Вас не ждут.

Катя

Если бы я выпила коктейль, он бы не так пьянил, как внезапное появление тут Просекина. Я не знала, что он приедет! Не знала, но не значит, что не надеялась.

– Видела, да? – перекрикивает музыку Таня.

Она, напротив, сегодня разрешила себе расслабиться и вот только что осушила, кажется, четвертый бокал. Расширившиеся зрачки полностью поглотили радужку и сделали ее глаза неестественно черными. И градус в крови губы – чересчур яркими.

– Ага!...

– Смотрит, – смеется она, – Наблюдает, как танцуем!...

Я поворачиваюсь к нему лицом, вращая бедрами, склоняю голову набок и провожу рукой по волосам. Не для него стараюсь – для Ромы, что стоит рядом с другом и, медленно затягиваясь сигаретой, улыбается. Знаю, как сильно я ему нравлюсь и знаю, что на Паше такие приемы не работают. Друзья же.

Мы с Таней не торопимся наверх, а парни не спускаются к нам на танцпол, но несмотря на это, мое и без того неплохое настроение взмывает до небес.

Я соскучилась. Скучала всю неделю, что мы не виделись, и не хочу думать, как по брату или как по другу. Или ни по тому, ни по другому.

Надоело изводить себя кислотными мыслями. Он приехал – есть повод радоваться.

– Или на меня?... – проникает в уши смех Тани, – Пялится как завороженный!

Позже, взяв в баре по бокалу сока, мы с ней возвращаемся в випку. Просекин привычно двигается на диване, рассчитывая очевидно, что я сяду рядом. Но, обойдя низкий столик, я занимаю место напротив, рядом с Ромой, который тут же протягивает мне пиалу с черешней.

– Спасибо, – бормочу, забирая угощение.

Я рассказала ему, когда мы болтали, гуляя по городу после кино, что люблю черешню, старые мелодрамы и летние грозы. Никто, кроме Пашки, этого не знал, и был момент, когда я чувствовала себя предательницей по отношению к нему, но потом я это запретила себе. Потому что дружба – это прекрасно, но она никогда не заменит романтических чувств. А я чертов романтик!

– Вкусная? – негромко интересуется Рома, когда я откусываю сочную мякоть.

Терпкая сладость разливается по языку и приятно щекочет рецепторы.