Чтение онлайн

– Прости, если Шу тебя напугал, – она положила в ступку немного ромашки, – Мы привыкли жить очень уединенно, а тут новый человек, и, похоже, Шу разнервничался.

Елена махнула рукой, показывая, что инцидент исчерпан, взяла в руки чайник с остывшим напитком. Янтарная жидкость с веселым журчанием полилась в чашку, вновь наполнив комнату ароматом полевых цветов и летнего солнца. Женщина вдохнула запах, закрыла на мгновение глаза, успокаивая все еще несущееся вскачь сердце, а затем внезапно засмеялась.

– Ох, Ива, я тоже хороша. В чужом доме с вазой за крысой собралась гоняться. Сейчас каких только питомцев не держат, хоть бы и крыс. Сама не видела, но рассказывали, что в одном из домов на холме держат в питомцах какого-то ягумара.

– Ягуара, – машинально поправила ведьма, – Большой пятнистый кот. Хищный к тому же, и характер скверный, даже хозяев ни во что не ставит. Сожрал графскую болонку и чуть дворецкому ногу не откусил.

Пестик с едва заметным похрустыванием размалывал сушенные цветки полевой ромашки. Ива открутила крышку у банки с многострадальной тишнинкой и щедро сыпанула ее в ступку.

– А ты откуда знаешь? – удивленно спросила собеседница, считавшая графского ягуара местной достопримечательностью.

Девушка мысленно обругала себя за болтливость и невнимательность. Вряд ли новость о болонке вышла далеко за пределы столицы, она в самой столице очень быстро потеряла свою новизну и была известна лишь в узких кругах. Графиня Моро очень убивалась по Чичи, но не настолько, чтобы позволить супругу пристрелить злосчастного ягуара. Почувствовав свою безнаказанность, зверь совсем оборзел и попытался попробовать на зуб дворецкого, что стало последней каплей. Граф, уже порядком озверевший от выходок «пятнистого кабана», сослал последнего в летнюю резиденцию, где выстроили вольер на половину сада. Видимо, в качестве мести капризной супруге, Вильгельм Моро запер вместе с ненавистным зверем ее любимые розы. Надо сказать, что после истории с болонкой и дворецким, Лилиэн Моро не рисковала больше тискать ягуара, называя его «моя кисонька». Кисонька, в свою очередь, наслаждался отсутствием навязчивого внимания к своей персоне, лишь изредка, в знак протеста неизвестно чему, копал ямы под розовыми кустами, вызывая у Лилиэн приступы истерики. Граф, в ответ на топанье ногами и слезы, молча показывал супруге ружьё, толи предлагая застрелить «кисоньку», толи застрелиться самой. Судя по тому, что ничего до сих пор не произошло, графиня от предложенных вариантов отказывалась.

Так они и жили втроём: граф молчал и держал наготове ружьё, кисонька копал, а графиня истерила. Разнообразия ради, Лилиэн попеременно жаловалась всему двору то на мужа, запершего «кисоньку», то на «кисоньку», методично уничтожавшего розовые кусты. Правда, знало об этом странном треугольнике очень ограниченное количество людей, и простые горожане, очевидно, в этот круг не входили.

– Я как раз в столице тогда жила, – откликнулась Ива, перетирая в ступке травы. – Весь город судачил об этой истории. Еще все тогда боялись, что ягуар сбежит и людей жрать начнет, как ту бедную болонку.

Елена лишь покачала головой, отставив в сторону позабытый чай, в который раз подивившись, какая интересная все-таки жизнь в столице, не то что в их городишке, где из событий летний сезон, да редкие торговые корабли из соседних государств.

Сыпанув горсть мелиссы в ступку, девушка решила, что с арсеналом травницы пора заканчивать и переходить к ведьминской части. Со стороны казалось, что Ива просто мурлычет себе под нос песенку, увлеченная работой, но по мере звучания напева, в комнате всё больше и больше разливался успокаивающий запах трав. Воздух становился густым и вязким, а свет чуть приглушеннее. Казалось, окружающее пространство затягивало лёгкой дымкой, скрадывающей эмоции и смягчающей грызущую изнутри тревогу. Елена зевнула и потёрла глаза, пытаясь прогнать внезапно нахлынувшую сонливость. Ива бросила беглый взгляд через плечо, мягко улыбнувшись, женщина за столом уронила голову на грудь, задремав. В ступку упали последние травы, а напев заклятия постепенно сходил на нет, оставляя за собой шлейф тишины и покоя. Ива отложила в сторону пестик, легко помахала кистью правой руки, разгоняя сонную дымку.

– Елена, – тихо, чтобы не напугать, позвала она, – проснись. – Женщина глубоко вздохнула и медленно открыла глаза, обвела сонным взглядом комнату и, осознав, что заснула за столом в лавке, встрепенулась. – Ничего, ничего, похоже, состояние сестры сильно тебя измучило, даже запаха трав хватило, чтобы сон сморил. Так бывает, не переживай.

«Кажется, проклятье начало липнуть к близким жертвы», – отметила про себя девушка, тихо порадовавшись тому, как вовремя её встретила Елена. Про такие случаи часто говорят, что на семью напал злой рок, вот так внезапно начинает выкашивать по неизвестной причине целые поколения одного рода. Кого-то цепляет сильно, и человек отходит в мир иной, кого-то чуть слабже, и он теряет рассудок, а самый «везучий» отделывается тотальным невезением, даже не осознавая, какой страшной участи ему удалось избежать.

Ива достала тряпичный мешочек, осторожно пересыпала содержимое ступки, завязала тесемки и вложила его в ладони Елене.

– Одну ложку сбора заливаешь кипятком, даёшь немного остыть, и можно пить. Настаивать ничего не нужно, пить лучше свежим и перед сном. Обычно вкус всем нравится, но если хочется, можно добавить ложку мёда. И, глядя на твоё состояние, попейте всей семьёй, вреда точно не будет. Если нужно, я ещё смешаю.

Елена с надеждой и благодарностью сжала мешочек с травами в ладонях и поднялась из-за стола, порывисто обняла Иву, суетливо зашарила по карманам платья.

– Сколько я тебе должна? – В голосе чувствовалась лёгкая тревожная нотка. Ива лишь отмахнулась и указала на букет.

– Забудь, ты со мной уже рассчиталась, не только цветами, но и просто добрым отношением. Так что мне в радость помочь твоей семье спокойно спать по ночам.

Ещё раз обняв травницу, Елена засобиралась домой, положила заветный мешочек в корзину из-под цветов, торопливо надела шляпку.

– Ничего, что я так убегаю?
– спросила она.

– Я провожу, – улыбнулась Ива и отрицательно покачала головой. – Расскажи потом, как всё прошло, ладно?

– Завтра обязательно забегу к тебе, – пообещала она и, поцеловав на прощанье девушку в щеку, цветочница скрылась дверью лавки.

Бронзовый колокольчик мелодично звякнул на прощанье, поставив точку в событиях первого дня. Ива неспешно расставила травы по полкам, напевая под нос простенький мотивчик детской песенки. Почистила от остатков трав пестик со ступкой и убрала их на полку. Отнесла на кухню чайник с чашками.

За всеми этими незамысловатыми делами она совсем забыла о своих тревогах, о том риске, на который пошла ради помощи совершенно незнакомым людям. Почему-то именно сейчас она была полностью уверена, что поступила правильно, чтобы там не думал и не говорил Шу. А еще чувствовала, что именно это событие положило начало крепкой дружбе, что ещё больше согревало ведьмино сердце, привыкшее к поверхностному приятельству, да вежливым знакомствам. Маленькое добро, простые бытовые хлопоты, тёплый чай и искренняя улыбка сделали лавку чуть уютнее, а Иву спокойнее и счастливее.

Пока город мирно спал, в комнате над лавкой Ива вертелась с боку на бок, тщетно пытаясь заснуть. То подушка казалась слишком мягкой, и голова проваливалась в нее, как в пустоту. То она начинала отчаянно мерзнуть, заворачивалась в одеяло, которое через несколько мгновений становилось тяжелым, будто налитым свинцом, и начинало душить. Простыня была то жесткой, то колючей, то слишком теплой, то слишком холодной. Кровать слишком твердой, да еще скрипела при каждом движении. Комната слишком душной и тесной.

Несколько раз она проваливалась в хрупкую дрему, из которой ее вырывали вздохи старого дома или скрип собственной кровати. Где-то под утро приснился абсурдный кошмар, в котором за ней гонялся главный дознаватель с чайником на голове, надетым на манер шлема, и требовал вернуть голову огра в казну.

Промучившись всю ночь, девушка с первыми лучами солнца встала с кровати, потирая саднящие, словно забитые песком, глаза. Прошлепав босыми ногами мимо сладко спящего в корзине Шу, Ива вошла в крохотную ванную.