Чтение онлайн

Не привыкшая к подобным знакам внимания, а тем более к такой откровенности, Ива смутилась еще больше, чувствуя, как щеки наливаются румянцем и начинают гореть, словно обожженные солнцем.

– Обязательно, господин Ном, если будет безобразничать, то я сразу к вам, – пробормотала она, опустив взгляд в чашку с чаем.

– Что ж, шутки шутками, пойду и я. – произнес мужчина, поднимаясь из-за стола. – Был рад нашему знакомству, пусть оно и началось не очень удачно.

Бургомистр пожал руку травнице, поднявшейся его проводить, и приговаривая себе под нос: «Ох, шельмец. Ох, шельмец» покинул лавку, бесшумно затворив за собой дверь. Бронзовый колокольчик тихо звякнул, провожая посетителя.

Оставшись в одиночестве, Ива заперла лавку и в изнеможении рухнула на стул, прикрыла глаза и принялась массировать виски, чтобы хоть как-то унять разыгравшуюся головную боль. Шу скользнул по ее плечу и уселся столбиком на столе.

– Устала? – участливо спросил зверек, заглядывая в лицо девушке. Та в ответ лишь молча кивнула, не открывая глаз. – И испугалась. Я думал ты в обморок упадешь, когда про колдовство спросили, вот и куснул тебя, чтобы в чувство привести. Не сильно хоть?

– Нет, Шу, всё нормально. – Она не глядя протянула руку и погладила ласку. Почему-то Ива всегда чувствовала этого духа, даже когда тот сидел в банке, запертый ее предшественницей.

«Банка!» – эта мысль пронзила ее, словно молния, и она открыла глаза. Банка разбилась, а огр долгое время уже молчит. Может он умер? Хотя, как может умереть тот, что и так, по идее, живым по определению быть не может.

Ива бросилась в угол, куда закатилась голова шамана, Шу тенью поскакал за ней. Не раздумывая она щелкнула пальцами, зажигая крохотный огонек, в этот раз даже ворчливый приятель не стал напоминать об опасности применять магию, и, стоя на коленях, она посветила под стеллаж. Там, в самом дальнем углу, тихо похрапывая и причмокивая, дрыхла огрская голова. Прислушавшись, Ива смогла разобрать тихое бормотание: «Х-ррр. Уурва. Мня-м. Хрррр. Рххх-хррр».

– Ты смотри-ка, налакался и спит!
– то ли с восторгом, то ли с осуждением произнес Шу, разглядывая дрыхнущего без задних ног шамана.

– Надо его оттуда достать, – задумчиво сказала Ива и перевела взгляд на приятеля.

– Не-не-не, даже не смотри на меня! Я за ним не полезу, а вдруг он меня сожрет спросонья? Да и как я его достану? Он не шар, катить не получится.

Травница, не став тратить время на споры, поднялась на ноги. Взяла позабытое ведро и отправилась на кухню, где вылила из него воду. Так, стоя с ведром в руках, она окинула задумчивым взглядом кухню, где у печи стояла чугунная кочерга.

Так, с кочергой и ведром наперевес она вернулась в лавку, Шу восторженно показал поднятый большой палец на лапках. Ива опустилась на колени и пошурудила кочергой под стеллажом, пытаясь подцепить спящую голову. Та в ответ недовольно заворчала, зевнула, демонстрируя внушительные зубы и сомкнула челюсти на кочережке. Поскребла зубами по металлу и вновь довольно всхрапнула. Девушка осторожно потянула кочергу к себе вместе с вцепившейся в нее головой.

– Видать железа не хватает, – фыркнул Шу, наблюдая, как подруга опускает голову вместе с зажатой в зубах кочергой в ведро. – Или закуски. – озвучил он новое предположение, в спину уходящей на кухню девушке с ведром в руках.

Поставив ведро с торчащей из него кочергой и продолжавшей храпеть головой внутри возле кухонного стола, Ива осознала, насколько голодна сама, а потому направилась в кладовую. Прихватив с собой яйца, молоко и муку она принялась взбивать тесто для блинов. Вскоре кухня наполнилась ароматом свежей еды, а на тарелке выросла горка румяных кругляшей.

Городок за окном постепенно накрывал вечер. Морской близ становился прохладнее и свежее, легким шлейфом подхватывая первые ноты ароматов ночных цветов. Горожане, как и всегда, заканчивали свои повседневные дела и готовились отдыхать.

Елена с семьей, усевшись за большим столом, пили травяной отвар сдобренный ложкой меда и обсуждали, как капитан Стефан арестовал Марту за нанесение побоев сыну кузнеца Мартина. А потом, когда сестры остались наедине, Ирина поделилась с Еленой новостью, что все-таки решила принять ухаживания хозяина таверны, оставив в прошлом порушенный брак. Старшая сестра улыбнулась и крепко обняла ее, поздравляя и мысленно поблагодарила богов за так своевременно встреченную на жизненном пути травницу.

Сам же капитан, в этот вечерний час, сидел в здании городской стражи и в пол уха слушал, как в камере скандалит уже поднадоевшая всем зеленщица. Слушал и думал о рыжей травнице, которая сможет хоть несколько дней прожить спокойно, без лишних сплетен и наговоров. Марта тем временем мерила шагами свою маленькую камеру, сыпала проклятьями и грозилась пожаловаться бургомистру.

Бургомистр, сидя за поздним ужином, со смехом рассказывал супруге о том, как вышел из себя Ферст и потусторонний голос очень метко охарактеризовал Марту. Супруга бургомистра хохотала от души и по секрету поделилась новостью о близкой дружбе Марты и Ферста, а тот, в ответ, сообщил, что капитан Стефан, кажется, заинтересовался молодой травницей. Так, неспешно беседуя, супружеская чета пришла к решению, что нужно обязательно пригласить девушку на бал по случаю открытия летнего сезона.

Аптекарь Ферст, пытаясь вылечить раны душевные, приговорил бутылку спирта, чем нанес себе раны телесные, свалившись с табурета, на котором он и уснул. Свернувшись калачиком на полу, он продолжил спать и во сне обещал себе никогда и ни при каких обстоятельствах не связываться с женщинами.

Пока на небе зажигались звезды, а жители города за окнами своих домов продолжали жить свои маленькие жизни, за зеленой дверью девушка и ласка пили чай с блинами. На кухне храпела и скребла зубами по чугунной кочерге голова огра и звук этот эхом отдавался в железном ведре. Прислушиваясь к мерному рокоту с кухни, Ива зевнула и, убрав со стола, поднялась в спальню.

Устроившись в постели, закрыла глаза, собираясь отойти ко сну, когда Шу, примостившийся на краю подушки окликнул ее:

– Ива?

– М? – сонно откликнулась она.

– У тебя действительно есть патент?

– Шу, я - главная императорская ведьма, конечно, он у меня есть. Сама себе его и выдала, – она заворочалась, закутываясь в одеяло, повернулась к ласке спиной и провалилась в сон.

– Логично, – тихо произнес Шу, свернулся клубком и, вслушиваясь в размеренное дыхание подруги, уснул.

Пока маленькие города погружались в сон, столица империи – город Тендрис, казалось, не засыпала даже глубокой ночью. Город раскинулся кольцами вокруг единственного на всю округу холма, созданного, по легенде, первой ведьмой – Матильдой Вестрен. Ей же принадлежала идея строительства на этом холме замка. Жужжа, словно рассерженный улей, столица была наполнена светом магических фонарей, суетой от карет, бегающих по поручениям своих господ посыльных, торговцами, расхваливающими свой товар, и просто прохожими.

И если некоторые районы столицы еще могли впасть в хрупкую дрему, набираясь сил перед новым днем, то императорский дворец, часовым застывший на вершине холма, не спал вовсе. Перекрикивалась стража, суетилась дворцовая челядь, придворные спешили по делам или разъезжались из дворца по своим домам, припозднившись после очередного приема или бала.

Сам император Виктор II предпочитал работать в ночное время, вынуждая некоторых своих подчиненных придерживаться аналогичного графика.

Так что, несмотря на поздний час, император и его главный дознаватель были на ногах как в буквальном, так и в переносном смысле. В этот раз для встречи государь выбрал довольно знакомое место – просторный зал, увешанный портретами, между собой придворные прозвали это помещение «Залом ведьм». Портреты женщин, изображенных в полный рост, в тяжелых, вычурных и потемневших от времени рамах, взирали сверху вниз и, казалось, пронизывали вошедших взглядом. Редко кто по своей воле заходил в этот зал, предпочитая более светлые и приветливые помещения дворца.