Чтение онлайн

– Этот прибор я совершенствовал по мере накопления данных. В начале измерения хранились в цифрах, но со временем изученного материала становилось все больше, и я вывел степени градации сияния. Не волнуйтесь, я не буду напрягать вас числами, поясню на пальцах, так сказать, - хихикнул лысый человек и вернулся к пояснению.
– Смотрите, эта полукруглая шкала охватывает все изученные мной данные. Секторов всего четыре: красный обозначает слабое сияние, оранжевый - среднее, желтый - сильное, которое, как вы знаете, является предметом восхищения и возлелеивания у наших с вами сородичей. А вот этот сектор - белый, он обозначает другую частоту, но интенсивность у него, как я уже упоминал, в сотни раз выше, чем даже у желтого. Переводя на простой язык - ели бы мы с вами могли сиять, то другие от яркости слепли бы.

Он рассмеялся. Смех был с нотками истерики, а взгляд стал каким-то полубезумным.

– Вы понимаете? Они бы все лишились зрения от величия нашего с вами сияния. Экая насмешка природы!

Рейнарт издал горький смешок и подошел к столу, чтобы положить прибор на место. А я сидела и пыталась уложить в голове то, что только что услышала. Не то чтобы для меня это было прямо уж так сильно значимо. Я давно привыкла судить о людях и Светозарных по их поступкам и достижениям, а не по физическим характеристикам. Но все же мои стереотипы дали внушительную трещину.

К тому времени, как непризнанный гений приступил к сканированию алмаза (по крайней мере, именно на это были похожи его действия), у меня оформился вопрос.

– Скажите, а скольких пустышек вы исследовали?
– так называли в Светозарном сообществе таких, как я.

Мужчина укоризненно посмотрел на меня.

– Леди Лииса, я же вам уже объяснил, что мы таковыми не являемся. Не нужно употреблять слова, подобные этому, по отношению к таким, как мы.

– Да, да. Но все-таки, сколько?
– еще раз спросила я.

– Как ни странно, но, кроме меня, вы первая. Раньше я был сосредоточен на исследовании сияющих Светозарных, а после того, как я из чистого любопытства просканировал себя и понял, что грани эксперимента можно расширить, у меня уже не было возможности осуществить задуманное. До вашего появления, естественно. Вы настоящий подарок судьбы, - он ободряюще мне подмигнул.

Меня передернуло.

– А почему вы не можете провести эксперимент над собой? Многие ученые так делают, - снова поинтересовалась я, изо всех сил сдерживая дрожь в голосе.

– Леди Лииса, вы невнимательны, - нахмурился хозяин лаборатории.
– Я же говорил, что эксперимент представляет опасность для жизни испытуемого. Если со мной что-то случится, некому будет систематизировать данные и закончить исследования. Да и собственно подвести итоговую черту более чем столетней работе я бы хотел самолично. А вам, в некотором смысле, повезло! Вы станете венцом всех трудов, самым большим открытием.

Я сейчас умру от счастья! Так говорит, будто меня должны переполнять благодарность и трепет оттого, что моя бренная оболочка, излучающая сияние на другой частоте, допущена к сакральному судьболомному эксперименту. Хотя, с последним я согласна: сколько же судеб, семей и жизней этот псих с его работой сломал за эти сто с лишним лет?! Я пыталась себя сдерживать, но после этого его заявления меня как будто прорвало:

– Знаете что, Рейнарт, вы трус с психическими расстройствами! Какой нормальный человек пойдет на такие жертвы, пусть и ради значимых в науке исследований?! Да и так уж ли они значимы, как вы утверждаете, или это бред вашего воспаленного самолюбия?! В чем смысл вашей работы? Передача энергии одного объекта другому? Великолепно! В звездах больше энергии, и на ней различные аппараты будут работать дольше? Энергия смерти создаст альтернативу черным алмазам? Это может заинтересовать, только если вы сотрете их месторождения с лица земли, и то только преступные синдикаты! Как вы можете не признавать очевидного: мировое научное сообщество не примет ваших трудов, они осудят вас, отдадут под стражу и приговорят к казни, потому что для них нормы морали незыблемы, а вы их попрали! Вы угроза обществу, и они поймут это, как только увидят вас!

С каждым моим словом лицо мужчины темнело и становилось все более угрюмым. Дождавшись, когда я закончу свою пламенную речь, он выдержал небольшую паузу, сверля меня мрачным взглядом, и ответил:

– Вы не поняли. Вы как будто не слушали меня. Дело не только в усилении мощности. С результатами моих экспериментов перед миром откроются такие горизонты, которые никто из людей не мог представить: телепортация, телекинез, подрывные работы, в машиностроении может произойти настоящая революция, потому что я предложу сообществу практически неисчерпаемые накопители энергии, которые занимают пространство не больше площади ладони. Говорите, они будут не востребованы из-за этического конфликта? Позвольте с вами не согласиться. Да, скорее всего, такие технологии будут доступны лишь богатейшим и знатнейшим людям континента, но, поверьте мне, они еще выстроятся в очередь, чтобы обсудить со мной условия работы на них.

– Если так, о каком благе для народа может идти речь? И, планируя обнародовать источники такой энергии, на что вы обречете Светозарных, наших с вами братьев и сестер, вы подумали? На что вы обречете таких, как мы с вами? Неужели они мало терпят невзгод в своей жизни?
– попыталась я воззвать к чужой совести.

– Братьев и сестер, ха! Эти так называемые сородичи сами отказались от меня, для них я и вы - всего лишь бракованный материал. Я докажу им, что это не так! На что обреку? На выживание, на труд каждый день в поте лица, я обреку их на свою жизнь!

– Нет, Рейнарт! Над вашей головой не был занесен меч. Вы жили не так плохо, как сейчас пытаетесь мне рассказать: вы трудились в университете, жили, общались... Что с вами случилось, откуда вдруг это сумасшествие?

– Сумасшествие? Нет, леди Лииса, это просветление. Рассказывая о своих планах и открытиях светящимся, я не надеялся, что они поймут, ведь им с детства прививали чувство собственной значимости и исключительности, но вы... Вы, я думал, поймете меня, мы похожи во многом. Видимо, ошибся.

– Рейнарт, вы можете сколько угодно твердить о благе, высшей цели и важности, но смотря на вас, я вижу эгоистичного, озлобленного из-за невнимания к его персоне, психически неуравновешенного, эмоционально нестабильного и глубоко несчастного человека. Вы не можете простить Светозарным пренебрежения к вашей персоне. И, кстати, я бы посмотрела, как бы вы меня поняли, если бы мы с вами поменялись местами и это вам, а не мне, предстояло расстаться с жизнью из-за чьих-то непомерных амбиций.

– Довольно!
– взбешенно прорычал хозяин лаборатории.

Он сжал в руках черный алмаз и подошел к прибору, стоящему напротив кресла, на котором я сидела.

– В который раз убеждаюсь, что заурядные умы не способны уразуметь величие моего замысла, - зло проворчал он, вкладывая камень в паз и щелкая какими-то переключателями. В результате его действий вокруг меня стала образовываться прозрачная, но различимая полусфера, по поверхности которой бегали разряды.