Чтение онлайн

Рокэ, возвышаясь за её спиной, рассматривал отражение в зеркале:

— С вашим цветом глаз и волос это действительно красиво.

— И я смогу их носить?

— Разумеется. Я не заставляю вас всегда и всюду быть “Сапфировой герцогиней”.

— Вы слышали? Интересно, кто это придумал.

— Вас так называют с лёгкой руки Его Высокопреосвященства.

— Правда? — не поверила Риченда.

— Ваш первый выход в свет произвёл на кардинала неизгладимое впечатление, — с улыбкой ответил Рокэ, а потом, немного помолчав, добавил: — И не только на него…

При этих словах она поймала в отражении его несколько странный взгляд, который никак не могла себе объяснить и теперь изучающе смотрела на мужа.

Это длилось лишь пару мгновений, лицо Рокэ вновь обрело отстранённую невозмутимость, и Риченда поспешно отвела взгляд, испытывая неловкость от наступившей тишины.

Алва отступил на шаг, приглашая её вернуться к столу, но Риченда, ещё раз поблагодарив его за подарок, предпочла вернуться в свои комнаты.

В эту ночь ей снились его завораживающие синие глаза, постепенно становящиеся чёрными, словно карасы, которые он подарил ей. И она тонула в этой черноте…

Дорога вильнула вправо, и Риченда догадалась, что это поворот на Тарнику.

Герцогиня больше месяца не появлялась при дворе и нисколько об этом не жалела. Уж лучше ставшее привычным одиночество или общество Алвы, чем ненавистные лица во дворце.

Неделю назад практически весь двор перебрался в Тарнику — загородную королевскую резиденцию.

Сегодня там давали первый большой летний праздник, который должен был продлиться три дня. Пикники и игры на природе, прогулки по парку, катание на лодках по прудам и искусственным каналам; вечерами — званые ужины, танцы и фейерверки.

Риченда не спрашивала Рокэ, зачем ему всё это. В последнее время они вообще мало разговаривали. Он проводил вечера в особняке, но её общества будто сторонился.

Риченда открывала дверь, в очередной раз обводила взглядом пустой кабинет и возвращалась к себе, злясь на мужа, на себя и на свою пустую жизнь, в которой никому не была нужна. Ни единому человеку, даже Рокэ наскучила.

Могла ли она раньше подумать, что сей факт будет так её расстраивать? И с каких пор Ворон, которого она всегда ненавидела, стал для неё «Рокэ»? Ведь ещё недавно она даже в мыслях не позволяла себе называть его по имени, а теперь переживала из-за того, что он избегает её.

Миновав позолоченные кованые ворота, экипаж покатился по широкой аллее из густых и развесистых лип, в конце которой виднелся трехэтажный с арочными окнами дворец.

Дворец был огромен, около двухсот комнат. Им с Рокэ предоставили роскошные апартаменты с видом на парк. Статуи, колонны, беседки — всё вокруг было полно красоты и гармонии, но Риченда предпочла бы вернуться в особняк. Ничего хорошего её в Тарнике не ждёт.

Вздохнув, герцогиня отошла от окна и велела Лусие готовить платье для вечера.

Празднество началось с заходом солнца.

— Вашу руку, сударыня.

Риченда вложила пальцы в раскрытую ладонь Рокэ, расправила плечи и подняла подбородок. Потянулись коридоры и залы парадной анфилады, повсюду было много людей.

Перед ними расступались, их приветствовали и провожали пристальными взглядами. Риченда чувствовала их спиной, и это было отвратительное ощущение. Однако она старалась держаться равнодушно и с достоинством, практически не смотрела по сторонам. Ей нет никакого дела до всех этих придворных шаркунов и сплетников.

Огромная бальная зала блистала позолотой, по всему периметру её украшали многочисленные старинные вазы с букетами из белых и алых роз. На потолке, в самой середине расписного плафона, сотнями капелек чистейшего хрусталя, сверкала роскошная люстра.

Казалось, сегодня в Тарнику съехалась не только вся Оллария, но и весь Талиг.

Толпа гостей поражала воображение и гудела, словно гигантский пчелиный рой, расточая фальшивые комплименты и снисходительные улыбки.

В центре зала многочисленные пары выписывали замысловатые па под искусную игру музыкантов.

Когда зазвучала очередная мелодия, герцог и герцогиня Алва присоединились к танцующим. Число устремлённых на них любопытствующих взглядов увеличилось вдвое.

— Зачем мы здесь? — тихо спросила Риченда спустя несколько тактов.

— Король прислал приглашение, а вы давно не покидали особняк. Я думал, вам захочется немного развеяться.

— Опасаетесь, что при дворе решат, что вы намеренно не выпускаете меня из дома и держите в нём, как пленницу? — усмехнулась Риченда.

— Для пленницы, над которой, как все вокруг наверняка думают, я измываюсь, вы прекрасно выглядите, — в тон ей ответил Рокэ.

Риченда недоверчиво покосилась на мужа: она ослышалась или это был комплимент?

Танец состоял из постоянных поворотов и плавных шагов, а в конце некоторых фигур происходила смена партнёров. Она-то и не позволила им продолжить разговор.

Риченда оказалась рядом со статным юношей с дерзкими глазами — Эстебаном Колиньяром. Она вспомнила имя потому, что видела его в Фабианов день.

Он был лучшим из выпускников Лаик этого года, к тому же, сыном и большой гордостью своей матери — Урсулы Колиньяр.

Всё их семейство — потомки безродного башмачника, за что-то получившего от Франциска Оллара герцогский титул, вызывало у Риченды раздражение.

— Герцогиня, — поклонился молодой человек, сверкнув белоснежной улыбкой. — Мы не представлены. Граф Сабве, к вашим услугам.

— Добрый вечер, граф, — сдержанно улыбнулась Риченда. Никакого желания общаться с сыном Урсулы у неё не было, но этикет обязывал обменяться парой ничего незначащих фраз. — Как проходит ваша служба у коменданта Олларии?

— Комендант достойный человек и хороший военный, но я, как первый в выпуске, вправе был рассчитывать на большее. Жаль, что герцог Алва не взял оруженосца.

— Вы хотели стать оруженосцем Первого маршала? — удивилась Риченда.

— Однажды я и сам стану Первым маршалом, — без меры самоуверенно заявил молодой человек, а его серые глаза смотрели при этом дерзко и с вызовом.

Риченда подумала, что Эстебан был истинным сыном своей матери. Он унаследовал не только цвет её волос и глаз, но и заносчивый характер с напыщенным самодовольством на пустом месте.