Чтение онлайн

Я скосила глаза на Валентино. Его истинный облик и маскировка смешались в моём сознании в адский коктейль, и это выглядело так, будто я выгуливаю и собаку, и какого-то футуристического дракона, вышедшего из-под кисти художника, который вдохновлялся полотнами то ли Иеронима Босха, то ли Ганса Гигера.

У Валентино ловко получалось перемещаться и на двух, и на четырёх лапах, хотя и было заметно, что ему гораздо больше нравится та самая поза «суслика» с передними лапами, размещёнными на коленях. Интересно, а он уже давно занимает дипломатический пост? И ему реально не нужна одежда? Хотя, если подумать, прикрывать ему нечего, так что…

– Мы на месте, – чуть слышно пророкотал Валентино, останавливаясь.

– Здесь? – я недоумевающе оглядела окрестности. Это был пустырь, так до сих пор никем и не занятый. Считалось, что участок слегка заболочен, так что тут росли всякие сорняки да временами шныряли крысы и ящерицы. Но чтобы вот это было порталом – извините, перебор.

Поводок настойчиво потянул меня прямо в бурелом, образованный зарослями молодого ивняка, и я шагнула. Тело доложило, что я проваливаюсь в воздушную яму, совсем как в самолёте, затем мне пришлось зажмуриться от яркого света, и…

– Прибыли. Можешь открыть глаза.

Волоски на моих руках встали дыбом. Не может быть! Действительно другое место!

Хотя о чём это я? Другая планета! Под ногами – цельноскроенный пол голубоватого цвета, потолок вообще теряется в невиданных далях, а ещё мы с Валентино в каком-то боксе, покрытом едва заметно движущейся плёнкой.

К нам под ноги подкатился какой-то терракотово-рыжий шарик, принявший форму изящного существа с пушистыми лапками. Она (или он) что-то прощебетала, явно обращаясь к Валентино. Он ответил невнятным бурчанием, а потом, отстегнув ошейник, обратился уже ко мне:

– Тебе установят атмосферные фильтры и мультитранслятор. Сделают прививки и снимут биометрические характеристики для базы данных.

– Это больно? – я с опаской взглянула на пушистое существо не выше моей коленки, смотревшее на меня чуть ли не с вожделением.

– Раса кай-кай прирождённые медики, всё пройдёт быстро. Иди. Я подожду здесь.

Шарик прощебетал что-то ещё. Валентино ответил одним ёмким словом.

– Что она говорит?

– Спросила, нужно ли тебя стерилизовать, – мой напарник едва заметно прошёлся когтями по основанию своей гривы. Он что, смутился?

– И надо? – осторожно уточнила я.

– Нет, успокойся. Иди за ней.

Щебечущая инопланетянка щебетала всю дорогу до медицинского отсека, явно страсть как желая поболтать. Войдя в помещение, она стремительно взбежала по маленькой лесенке, схватив с верхних полок какую-то колбу. Дёрнула головой, прося меня сделать то же самое. Я подчинилась, и это космическое желе незамедлительно было влито в моё ухо.

Ощущения? Прохладное желе, которое превращается во что-то ещё. Точнее не выразить, хоть я и испытала это дважды. Однако после этой процедуры трели моего врача начали постепенно срастаться в слова:

– … не могу… верить! Нас… ловек! Ну как, заработало? Добро пожаловать в Ассоциацию! Ты Кармен, верно? Можешь звать меня Фруп.

– А… Да, здравствуйте.

– Замечательно, мультитранслятор прижился. Хорошо переводится, без помех и искажений?

– Даже без акцента, – поражённо признала очевидное я. Фруп пронзительно защебетала, должно быть, смеясь:

– Очень хорошо! Жаль, что мы так ограничены во времени, а теперь наклонись, я установлю тебе воздушный фильтр… Так-так…

К этому я готова не была. Из лапок Фруп в мой нос вдруг выстрелило что-то острое, и я закашлялась.

– Всё, спокойно, уже закончилось. Теперь ты сможешь полноценно дышать, насыщаясь меньшим количеством кислорода. А теперь раздевайся, я тебя измерю. Не волнуйся, сюда никто не войдёт, – для верности лекарка набрала на панели у двери какой-то код.

Волноваться? Едва ли моя ювенильная тушка могла представлять интерес для кого бы то ни было, если не считать чисто научные изыскания.

Пока я распаковывалась, жалея, что не побрила ноги, Фруп порхала вокруг меня как оголтелая:

– Твой сердечный ритм учащён. Волнуешься?

– Немного, – решила не скрывать очевидное я, – Ведь мне не приходилось раньше заниматься… дипломатией.

– Всё начинается с доверия. Доверяй своему напарнику. Вам надо научиться работать вместе. Он – разум, ты – чувства.

– Он – робот, – озвучила свою теорию я, – Не сочти за грубость, но он ведёт себя высокомерно, будто я какая-то обуза.

– Валентино не совсем такой… как это у вас, людей, говорится? А. Кретин. Он тоже может нервничать и волноваться.

– Да ну? – усомнилась я, по сигналу подняв руки и вспоминая о небритых подмышках.

– Точно-точно, – Фруп, похоже, пристально изучала созвездия моих родинок, свесившись с потолка вниз головой. Её длинный хвост был оснащён ещё одной пушистой «лапкой», позволявшей рассмотреть меня с любого доступного ракурса, – Ты заметила, как он тёр шею, когда я спросила, нужно ли тебя стерилизовать?

– Это признак волнения?

– Нет, у его расы в этой области расположены органы размножения. Как… – Фруп снова призадумалась, измеряя мои стопы, – Тычинки у земных цветов.

– О… – больше мне в голову ничего не пришло.

– Не будь этой операции, твой напарник бы дичал, учуяв самку. И дрался. Их раса никогда бы не пошла по пути прогресса, не будь стерилизации. Гианги, по сути, одиночки. Это их название.

– Гианг, значит, – повторила я новое для себя слово.

– Да. После операции они становятся более спокойными, но поверь, несмотря на то, что Валентино гордится прогрессом, он по-своему завидует тебе.

– Ха-ха, с чего бы это? – моя бравада тут же показалась мне жалкой.

– Люди, при всём их несовершенстве, способны обуздывать свои желания в отличие от расы гиангов, которые пошли на беспрецедентные меры, чтобы вступить в галактическое сообщество. Может, твой вид ещё не дорос до общения с другими расами, но кое-что вы всё же умеете.

– А как… – я поверить не могла в то, что решила это спросить, – Как тогда гианги образовывают пары?

– В древние времена самку опылял победитель схватки. Сейчас гианги размножаются только по решению Совета. Как таковых пар они не образуют и живут довольно долго, если не гибнут в драках.

– Понятно, – я вспомнила мускулы, перекатывающиеся под шкурой Валентино. Вот, значит, зачем нужно такое тело – для ближнего боя с себе подобными.

– Насколько мне известно, самок у их вида всегда было меньше, чем самцов, и они зачинают только от самцов высокого статуса. Скорее всего, Валентино никогда не станет отцом.