Чтение онлайн

– Мдаа, - задумчиво протянул новоявленный знахарь.

Мать снова начала всхлипывать и он к ней повернулся, пытаясь не показывать свою растерянность. Черная вода, конечно, сильная, но такое исправить казалось нереальным. Перед ним лежал полумертвый человек, доживающий последние дни жизни, если их можно назвать днями жизнью. Возникли сомнения, стоит ли тратить свою драгоценную жидкость? Да еще, по словам того черноплащника, если прикоснутся самому можно стать таким. Но увидев лицо матери, на котором замерли одновременно две эмоции: отчаянный страх, что знахарь сейчас уйдет плюнув на них; и отчаянная надежда, что этого не произойдет. Каждое мгновение ожидания реакции знахаря давило на ее плечи все с большей силой. Глаза наполнялись слезами. Наконец незнакомец произнес:

– Она пить может?
– Мать девочки выдохнула и молча кивнула, - тогда дай мне кружку, какие-нибудь тряпки и выйди из хижины, пока я не позову.

Та вроде и хотела возразить, что мол не оставит дочь одну, и даже приоткрыла рот, но строгий и серьезный взгляд незнакомца заставил ее просто подчиниться. Когда женщина закрыла дверь с другой стороны, Суил налил в кружку черной воды, тряпками обернул несколько раз руки, чтоб не прикасаться к умирающей, и слегка ее приподнял. Та захрипела и окаменевшее лицо исказилось от страдания, стон усилился и тело затрясло постоянной дрожью, глаза расширились, каждое движение вызывало судорогу. Девочка перевела взгляд с потолка на лицо незнакомца, взгляд как будто просил прекратить. Суил заметил это и произнес шепотом:

– Чем больше ты выпьешь, тем проще тебе будет потом. Глотай по чуть-чуть и скоро ты заснешь, - Суил начал потихоньку вливать воду в рот и девочка начала пить маленькими порциями. Каждый глоток давался с большим трудом.

Он хотел, чтобы она успела выпить побольше прежде чем уснет и, начал вливать быстрее, но та глухо закашляла и вода булькнула обратно из глотки. Суил быстро поставил кружку и приподнял бедняжку еще сильнее, чтоб она не захлебнулась. Тело вновь скрючилось судорогой, глаза закатились за веки. Суил испугался и положил одержимую обратно на подушку; еще немного потрясло, а потом она затихла. Псевдознахарь проверил дыхание смоченным пальцем и убедился, что та жива.

– Надеюсь ты не издохнешь, а то будет неудобно перед матерью!
– Как то в сердцах сказал он, смотря на спящую девушку. Встал и вышел на улицу.

Поздняя ночь, пора готовится ко сну.

Чудо для матери

На следующее утро Суил проснулся в прекрасном состоянии. Давно он не испытывал такого наслаждения - поспать на чистой мягкой кровати. Сарса (именно так звали хозяйку этого дома) уступила ему свою кровать, он не стал даже спорить. У него чуть слюна не потекла от удовольствия, когда он улегся.

Сама же Сарса всю ночь просидела перед своим чадом, наблюдая за ним. Суил попытался вчера вечером объяснить, что Мири (именно так звали дочь хозяйки) сегодня точно не проснется, но женщина оказалась довольно упрямой.

Первое что услышал Суил, встав с кровати:

– Она так не спала с тех пор, как стала такой, - не выспавшееся лицо Сарсы улыбалось, - а сейчас спит, как котенок

Мужчина подошел к кровати протирая глаза. Та выглядела на много лучше: гнойники уменьшились, дыхание из сиплого стало бесшумным и ровным. Лицо разгладилось и стало видно, что девочка оказалась не девочкой, а девушкой шестнадцати лет.

– Если она вылечится, то я до конца жизни буду тебе обязана, и пусть духи деревни будут свидетелями моим словам, - сказала Сарса дрожащим голосом, на ее красивом лице снова появились признаки слез.

– Мне кажется духи деревни уже покинули эти места, иначе такого бы не допустили, - ответил псевдоволхв, но поняв, что говорит что то не то, перевел тему, - еда есть в доме? Когда она проснется, то жутко будет хотеть есть, желательно мясного. Да я и сам бы поел с удовольствием.

Сарса сказала, что уже приготовила кашу, но мяса нет.

– Ладно, давай пока свою кашу. Я позже схожу на охоту, а потом ты расскажешь в подробностях как произошла эта вся чертовщина, которая кучей лежит на краю деревни.

Вернулся охотник в полдень и принес две утки. Для охоты воспользовался луком мужа Сарсы, ныне покойного. Свое оружие еще в Диком лесу пришло в негодность, а сделать на ходу не представлялось возможным. Хорошо еще, что силки позволяли ловить птицу, да гензд на деревьях было много.

Сарса взялась за готовку. От запаха жарящегося мяса Суил не сразу даже смог сконцентрироваться на начавшемся рассказе хозяйки дома. Та многого не знала, что и где происходило, но историю умирающей деревни поведала.

Все началось с чьей то охотничьей собаки. Она начала себя агрессивно вести: огрызаться и лаять даже на хозяина. Все подумали - подцепила бешенство и убили ее. Только одно показалось странным - бешеные животные боятся воды, а эта ела и пила как обычно. Спустя пару дней подобным образом начали вести себя несколько других собак. Одна даже укусила кого то. Их тоже убили. Так все и продолжалось - собака за собакой - в течении недели почти все охотничьи псы в деревне были перебиты своими хозяевами. Это явление долго обсуждалось на вече и решили собак пока никому не заводить. Начали приходить известия из центрального погоста общины и других деревень о том, что такая бесовщина происходит везде. И все бы ничего, собак можно потом других завести, но через какое то время начали хворать люди. Сначала слегли в койки мужчины-охотники, затем сразу их семьи, все происходило с умопомрачительной скоростью. Дом за домом в их деревне все больше жителей охватывала странная хворь, и с каждым днем им становилось хуже, они покрывались волдырями и страшно мучились. Они не могли ходить и тихонько теряли понимание окружающего. Через несколько жней захворавшие сьановились буйными, и лежа в кровати орали и бесились. Это походило на бешенство, но только гораздо хуже с быстро возникающими гнойниками по всему телу. Началась паника, волхвы стали говорить, что это злые духи объявили войну и напали на людей. Люди начали собираться на площадях и приносили жертвы: кто злым духам, чтоб те угомонились, а кто добрым, что б те защитили. Но ничего не помогало, люди ложились как трава на сенокосе, кладбища заполнились буквально за месяц. Кто то умирал за два дня, кто то мучился полторы недели, но всех ждала одна участь Никто не мог объяснить точно, что происходит, каждый придумывал свою причину. Вскоре начали дохнуть скот и лошади - все в таких же конвульсиях.

Сарса после смерти мужа, пытаясь спасти дочь, заперлась в своем доме, набрав воды и продуктов. Никому не открывала, и сама не выходила. Постепенно на улице становилось все тише. Они продержались какое то время, но это не помогло. Когда она увидела красные точки на лице дочери в одно из утренних пробуждений, то весь мир для нее перевернулся, как не переворачивался при смерти всех остальных людей вокруг. Она плакала долго, пока Мири становилось все хуже, но при этом боялась к ней прикоснуться. Поняв всю бесполезность сидения взаперти, Сарса вышла из дома и увидела, что вокруг никого нет, все опустело. Страшная куча из людей возвышалась в конце деревни. Из всех остался только дед по соседству, который ходил туда-сюда по улице и стонал по потерянным сыновьям и внукам. Да и тот скоро окочурится, злые духи его тоже решили забрать. Так прошла неделя, неделя слез и мольб, проклятий и тихих истерик в подушку. Неделю мать смотрела, как постепенно умирает в мучениях ее любимая дочь и ничем не могла помочь. Пока не появился странный незнакомец, великий волхв, как она его иногда называла.

Суил в этот момент повествования подумал об иронии, что называемый великим волхвом даже не особо разбирается в травах и обрядах.

Все это Сарса рассказывала спокойным голосом без эмоций, а Суил слушал нахмурив брови. С каждым предложением все сильнее возникало смешанное чувство, а не связано ли это с тем самым озером? На все Межгрядье напали какие то злые духи, а у него, возможно, есть способ изгонять их - в том озере воды достаточно, чтоб напоить всех выживших. Как это все совместить и понять? Неужели он оказался в центре борьбы каких то сил? Сейчас для него вопрос уже не стоял в том, куда убежать от сестры, которой возможно в живых уже нет. Нужно спасать Межгрядье! Но что ему делать? Говорить всем людям куда бежать? Они все быстрее передохнут в Диком лесу, чем доберутся до черного озера. Да и найти его даже не смогут.

Когда Сарса окончательно завершила рассказ, Суил поинтересовался:

– Те двое в чёрных плащах говорили, что все уходят в лес в какой то лагерь. Что они имели ввиду?

Сарса ответила, что не знает. Что пропускала мимо ушей практически все, до того момента, как услышала " я могу помочь вашей дочери".

Мири проснулась вечером. Мать, не спавшая всю прошлую ночь, сидела перед ней и начала уже засыпать: кренила голову набок и вздрагивала просыпалась. Суил в это время делал себе новый лук на крыльце. Он устал убеждать Сарсу поспать немного.