Небесные тела
Шрифт:
— Джем, посмотри, кого я нашёл.
— Ту маленькую шлюшку, которой суждено влюбиться в тебя?
На её лице появилась коварная ухмылка.
— Ну-ну, не ревнуй.
Ариэт потянулся к ней для поцелуя, и Элара с отвращением отвернулась. Она не смотрела на них, пока Ариэт снова не схватился за её подбородок и не развернул к себе.
— Давай-ка кое-что проясним, Элара. Я не могу тебя убить, но я могу сделать так, что ты сама захочешь смерти. Я узнаю, где ты была, и кто тебе помогал. И я уничтожу их на твоих глазах. Тогда ты точно не сможешь меня полюбить.
Элара плюнула ему в ноги, а он только глухо усмехнулся. Она закрыла глаза, стараясь подавить желание произнести слова, которые так и норовили сорваться с её языка.
— И всё же, — сказал он, — Я понимаю, почему менее достойные мужчины могу запасть на тебя.
Он наклонился ближе, словно оценивал свой приз. Она дёрнулась, но он удержал её. Дыхание Элары сделалось прерывистым, а на языке начал растекаться привкус металла. Она заметила ядовитый взгляд Джем, стоявшей у него за спиной.
— Да, за такое лицо мужчины будут готовы начать войну, и даже умереть. Ты выглядишь так, словно сама могла бы стать Звездой.
Он провёл большим пальцем по её виску, и она закрыла глаза, моля о помощи. Взгляд его красных глаз прошёлся по её телу, словно оскверняя её.
— Знаешь, я никогда не трахался с астерийкой. Интересно, каково это, заниматься любовью с самой тьмой?
Его рука начала опускаться ниже. И тогда Элара набросилась на него, точно дикое животное, и начала пинаться и царапаться. Она, может, и не могла использовать на нём свою магию, но она точно могла использовать свои руки. Он рассмеялся, когда она ударила его.
— Ты за это заплатишь, — сказал он, усмехнувшись, после чего ударил её кулаком в живот.
Элара согнулась пополам, а София закричала позади неё.
— Я собирался вести себя хорошо, и держать тебя в покоях в качестве своей пленницы. Но до тех пор, пока ты не научишься хорошим манерам, будешь сидеть в подземелье.
Ариэт схватил Элару за волосы и потащил по коридору под крики Софии. Элара резко обернулась и увидела, что Джем потащила Софию в её грязном платье следом за ними. Её рот всё ещё был заткнут кляпом. Ариэт раздражённо фыркнул и перекинул Элару через плечо, словно она весила не больше пёрышка. А она в последний раз отчаянно осмотрелась вокруг в поисках Энцо, но нигде его не увидела.
Глава 22
Они спустились в недра дворца по коридорам, которые Элара узнала бы даже с закрытыми глазами. Воздух становился всё более холодным и влажным по мере того, как они спускались. Струйки воды стекали с потолка. Отперев дверь в камеру, Ариэт грубо швырнул её внутрь и зашёл следом.
— Знаешь, я не хотел, чтобы всё было именно так, Элара. Я не хотел убивать твоих родителей. Разве ты не видишь, что мне пришлось это сделать?
Он сгрёб её в охапку, и она скривила губы, когда он обхватил руками её лицо.
— Я должен был заставить тебя ненавидеть меня достаточно сильно, чтобы твоё маленькое пророчество никогда не сбылось. А теперь, пока ты не научишься со мной взаимодействовать, ты останешься здесь. В темноте, как подобает такой ведьме, как ты.
Он прижался губами к её щеке, по которой стекала кровь из той раны, что оставило его кольцо. Ариэт провёл языком вверх, не обращая внимания на её сопротивление.
— На вкус ты как ночь, — проговорил он.
А затем, отстранившись от неё, он провёл пальцами, которые были покрыты татуировками, по своим губам, наслаждаясь вкусом её крови.
— Жду не дождусь, когда мои друзья найдут тебя, — огрызнулась она. — Я так хочу увидеть, как ты умрёшь от их рук.
Ариэт холодно усмехнулся.
— Звезду нельзя убить.
Элара попыталась вложить в свой голос весь ужас и кошмары, что в ней остались.
— Я бы не была так уверена, — сказала она и улыбнулась.
Лицо Ариэта исказила ярость.
— Ты покоришься моей воле. Я сделаю так, что у тебя не останется выбора. А теперь, — он толкнул её в сторону стула, и красный свет вырвался из его рук, связав её и заставив оседлать стул так, что её грудь оказалась прижата к его спинке. — Ты расскажешь мне, кто тебя скрывал.
Он дёрнул за платье и пуговицы рассыпались по каменному полу. Она почувствовала прикосновение холодного лезвия к своей коже, когда оно разрезало корсет надвое, обнажив её спину прохладному и влажному воздуху подземелья. Она закричала, молясь о том, чтобы кто-то её услышал, а затем услышала, как расстегивается пряжка ремня. Но веселье наверху было в самом разгаре. Приглушенное звучание музыки и смех были как жестокая симфония, аккомпанирующая всему происходящему.
Ариэт хрустнул костяшками пальцев.
— Ты расскажешь мне. Либо будешь умолять меня о смерти.
***
Ремень хлестнул в шестой раз, разрезая спину Элары. Она подавила крик, проглотила его и почувствовала, как тёплая кровь потекла по её спине. Она знала, что Ариэт питается болью, и не собиралась доставлять ему удовольствия.
Холодные руки погладили её по волосам, и она начала тяжело дышать, вцепившись в спинку стула и стараясь не потерять сознание.
— Элара, — проговорил голос. — Скажи мне, где ты была, и я перестану делать тебе больно.
Она приподнялась на стуле, пытаясь избавитьcя от его руки.
— Ладно. Но не говори потом, что я не пытался.
Ремень снова ударил её, и на этот раз Элара закричала, так как холодная металлическая пряжка врезалась прямо в открытую рану, хотя той силы, с которой Ариэт ударил её, хватило бы для того, чтобы рассечь здоровую кожу. Она в отчаянии попыталась призвать свою магию, но ничего не получилось из-за действия магического барьера и его крови.
Ремень снова щелкнул, она изогнулась, и с её губ сорвался стон. Она сжала челюсти и постаралась сосредоточиться на шуме, доносившемся сверху, который становился всё тише и тише.
В конечном счёте, в глазах у неё потемнело, звуки наверху стихли, и только удары ремня Ариэта пронзали теперь тишину. Её тело начало содрогаться, а бесконечная боль всё не утихала. Это было похоже на горячий огонь, который прокатывался вниз по её телу. Такая боль, которую она никогда не чувствовала прежде. Она начала трястись и плакать, умоляя о том, чтобы это закончилось. Но Ариэт продолжал. И только когда её голова упала на грудь, и она потеряла связь с реальностью, Ариэт остановился.