Чтение онлайн

Он помнил мага, растерянного и испуганного, смотрящего на него. Он помнил сияние духа, говорящего с ним через истлевшее лицо того тела, что он однажды занимал. Они смотрели сами на себя и сами себе обещали спасение. Сами себе они предлагали превратить Тедас в мир, где правит справедливость, а не страх.

Мир без Круга. Без храмовников. Мир, где каждый маг может постигать все глубины своего дара и при этом возвращаться домой с наступлением вечера. Мир, где ни одна мать больше не будет вынуждена прятать своего ребенка… или терять его из-за страхов соседей. Где магию видят как дар Создателя, а не как проклятье.

Они согласились. Они здесь.

Человеческий разум был хрупок, он трещал и крошился под их тяжестью. И тогда он ослабил свои объятья, стал прозрачней, будто воздух этого мира. Он стал тенью и Тенью окутал его сознание. Маг задышал глубже. Боль отступила, разум прояснился.

Они не были одним. Они были одним, но их было двое. Дух. Маг. Справедливость. Андерс.

Быть в человеке было странно. Быть человеком было странно.

Он жил и действовал как человек, и каждое действие вызывало удивление. Каждое решение принятие и сомнение. Они убили Ролана, предавшего их.

Это было правильно.

Он ненавидел их, и он мертв. Он боялся их, и он мертв. Он охотился за ними, и он мертв. Они все умрут. Каждый храмовник, каждая святая сестра, кто встанет на пути их свободы, умрут страшной, мучительной смертью. Они восстановят справедливость. Они получат отмщение.

Это было неправильно.

Они стояли в горящем лесу с телами храмовников и стражей у их ног. Они смотрели на них и не знали, были ли они тут, они ли убили их всех. Кругом валялись оторванные конечности и куски рваной и полусъеденной плоти. Их захлестнуло непонимание и страх. Это не справедливость. Во что же он превратился? Во что превратились они? Есть ли теперь вообще место для них в этом мире? В каком мире их место?

Это было несовершенно.

Люди были хрупкими, яркими и испытывали так много чувств. Он чувствовал себя ошеломленным и потерянным, разорванным на части и сокрушенным, потому что никогда не знал их. Все, что он ведал ранее, было справедливостью. То, чем были люди, было маленьким и острым. Они состояли из сотен кусочков, что были незаконченными осколками. Люди были уродливыми осколками. Незаконченные. Несовершенные. Они нуждались в самой малости. В одной маленькой детальки.

Это было совершенно.

Тень не любила, не сострадала, не понимала. Она отсекала, отсеивала, отвергала. Она было огромна и она была проста. Лаконична и совершенна, слишком совершенна для того, кто собран из осколков. Она все укрывала, все упорядочивала. И упрощала то, что было сложно. Все, что мешало раньше думать, все, что превращало чувства в запутанный клубок… теперь не было ничего, кроме того, что было истинно важно.

Было слишком много.

Мир людей был странен. Он состоял из форм и текстур. Он мог касаться предметов, ощущать их плотность, а не только знать их суть. Ликование и ошеломление от прикосновения к ним вызывали удивление и непонимание, почему обыденное вызывает восторг, почему новое кажется обыденным?

Было слишком мало.

Одни чувства притупились, другие обострились, и все их затянула сумрачная пелена Тени. Он как будто выцвел, истончился и упростился. Теперь Тень жила в них, потому что была частью их. Или его. Или их. Это было уже не важно.

И все же какая-то часть его будто со стороны наблюдала за ними. Училась, менялась, познавала.

Его маг был добр, и хотя сначала он желал помочь лишь себе, вскоре он помог ему понять, что гораздо лучше помогать всем людям. Они сплетали свою память, учась друг у друга и проникаясь идеями. Шаг за шагом, день за днем они меняли друг друга, убегая от преследующих их. Покуда их путь не привел в Киркволл.

Они устроили лечебницу в глубинах катакомб, где лечили беженцев и всех нуждающихся. Они думали, искали пути, чтобы спасти всех. Исправить несправедливость. И прятались, чтобы их не лишили свободы. Ведь как можно принести справедливость, будучи заключенным в темнице?

Он наблюдал за своим магом, пытаясь понять людей, постичь их, чтобы лучше знать, как исправить несправедливость. Люди были странными. Противоречивыми, непостоянными, будто изменчивая суть Тени.

Магу нравился алкоголь, ему нет. Маг считал, что это помогает расслабиться, почувствовать счастье, решить проблемы, сделать мир проще… Ему не нравился алкоголь. От него разум терял свою остроту, а тело плохо слушалось, он как будто проваливался в пустоту. А когда разум теряет остроту, остроту теряет мир. Он запретил магу пить. Когда маг спорил с ним, сопротивлялся, пытался научить, он забирал у него власть над их телом. И маг сдался и принял его истинно верную волю.

А потом пришла та человеческая женщина. Она раздвинула людей, толпившихся в лечебнице, встала перед ними и посмотрела прямо на них, ясными, жгучими, синими глазами, как небо человеческого мира.

Это было неправильно.

Любовь, такое странное чувство. Оно причиняло боль и заставляло разум терять остроту, тело плохо слушалось, это было в разы хуже алкоголя. Маг плохо спал, мало ел, почти не слушал его. Его действия вредили их телу. Он пытался, говорил с магом, спорил, лишал власти над телом, но любовь не уходила. Глупое человеческое чувство оказалось сильнее его. И он уступил. Человеческое желание стать целым, слившись с другим, было столь неправильным, столь чужеродным и болезненным, что это ранило его, это было почти несправедливо.

Это было правильно.

Хоук улыбалась ему, принимала его и понимала его. Тепло ее тела, слов и чувств рассеивало холод Тени, заполняли пустоты, что пришла из иного мира. Свет ее глаз, принятия и любви придавал ему сил. Рядом с ней он был целым, правильным, сильным. И было так правильно отдаться в объятия ее рук.

Они сдались и приняли.

Пусть так, но если этот вид помутнения рассудка поможет исправить несправедливость, пусть. Дух отступил.

Хоук помогала ему, ее любовь и его любовь придавали ему сил, теперь они вместе шли избранным путем. Маг решился.

Женщина привела с собой много людей, все они оказались связаны с ними узами человеческой дружбы.

Это было правильно.

Помогут ли они, помешают? Они не знали. Но пока они были полезны, они называли их друзьями. Даже маленькую эльфийку-дуру, думающую, что демоны могут ей помочь. Даже потерявшуюся в обмане пиратку. Даже верящего во всесилие Церкви принца. Даже дикого, будто зверь, эльфа, чье место быть рабом. Потому что это справедливо, когда у опасного, дикого зверя есть хозяин и поводок.

Это было неправильно.

Друзья - это не детали, не части плана, не польза и не расчет. Друзья - это связь душ, тепло и поддержка. Это одно из ликов любви. Дух из Тени не знал об этом. Не понимал и не принимал. Он считал, что чувства отвлекают и опирался на логику. Он превращал доверие друзей в расчет, в часть плана. Придавал дружбе форму, цену, цель и ярлык. Но он все еще чувствовал.

Они шли избранным путем. Исправляли несправедливость, спасли магов, освобождали пленных. Все было как должно, они приближались к цели. Пока однажды не оказались перед сжавшейся магессой, сияющие и в окружении мертвых храмовников.