Чтение онлайн

– Я иду за тобой, детка.

Я жду тебя, маленький дьяволенок.

Ее шаги становятся громче, хотя она старается делать их как можно тише, и я знаю, что она только приближается. Я отвлекаю ее, не делая ничего, чтобы привлечь к себе какое-либо внимание. Моя малышка Селена знает, что она последует за мной, куда бы я ее ни повел, даже не взяв за руку.

Ее пламя следует за моим, жаждя этого гребаного ожога.

Она приближается...

Я делаю тихий шаг назад, прижимаюсь спиной к стене, задерживаю дыхание и тянусь за ножом. Ее шаги замедляются, и она колеблется прямо за дверью. Я не могу видеть ее глазами, но я чувствую ее своим телом и своей душой. Никогда не бывает трудно узнать, где Селена. Особенно в такой непосредственной близости, как эта. Я не знаю, как это объяснить, но я просто, блядь, чувствую ее, как будто она продолжение моего собственного тела.

– Я знаю, ты прячешься, Оникс, - ее голос подобен навязчивой мелодии, которая обволакивает мои барабанные перепонки, скользит по позвоночнику.
– Ты думаешь, что сможешь спрятаться от меня в темноте, но ты и есть тьма. Тут, блядь, не спрячешься.

Мой член пульсирует у меня в штанах. Я тяжело сглатываю и медленно выдыхаю через нос, позволяя легким немного опорожниться. Мое сердце колотится, но оно бьется в свой собственный холодный и расчетливый барабан в моей груди. Я медленно вдыхаю через ноздри, снова наполняя легкие воздухом, прежде чем задержать дыхание. Мой член протестует в моих штанах, и я чувствую влагу на кончике от преякуляции.

Как только я думаю, что она вот-вот войдет в комнату, я чувствую ее отсутствие, поскольку ее шаги удаляются в противоположном направлении. Я в замешательстве хмурю брови и склоняю голову набок.

Какого хрена?

Мы не так играем в эту игру. Я знаю, что она тоже меня чувствует. Она знает, что я, блядь, прямо здесь, так какого хрена она делает?

Может быть, она не знает. Селене обычно это хорошо удается, даже когда она не может видеть меня своими глазами в кромешной тьме. Она сделала свой ход, и я этого не понимаю. Она была так близка — так чертовски близка— к тому, чтобы оказаться именно там, где я ее хотел. Она была так близко, что я почти ощущал ее вкус на своем языке.

И точно так же, как луна, она исчезает в темноте.

Мой мозг переходит в иррациональное состояние, и я отталкиваюсь от стены, шагая через комнату к двери. Мои шаги тяжело отдаются по грязному полу, но в этот момент меня это даже не волнует. Я чувствую, как закипает моя кровь, а сердце сильнее гонит ее по венам. Впервые я чувствую, как мое сердцебиение замирает, когда оно начинает беспорядочно колотиться, сотрясая свою клетку.

Предполагается, что я все контролирую.

Я выхожу в коридор, и он чертовски пуст. Тишина ударяет по моим барабанным перепонкам, и я слышу, как моя собственная кровь горит в огне. Селена была прямо здесь, а теперь ее нигде нет. Она исчезла, растворившись в воздухе, как гребаный миф.

Где она, черт возьми?

СЕЛЕНА

Подавляю смешок, который клокочет у меня в горле. Капелька пота скатывается по затылку, проскальзывая под рубашку. Я чувствую, как гнев исходит от Оникса, когда он топает по коридору. Я знала, что он прячется где-то здесь, но не была уверена, в какой комнате он находится.

Он жаждет контроля, черпая силу и подпитываясь адреналином погони.

Я знаю, чего Оникс жаждет даже больше, чем власти и контроля. Ему нравится, когда я даю сдачи, когда он груб со мной — вспыльчивый и непостоянный. Наши чертовы гребаные удовольствия. Он также наслаждается болью, причиняет ли он ее или получает. И, к счастью для него, мы такие же покинутые люди.

Он думал, что, нырнув в тень и спрятавшись от меня, он вынудит меня выйти. Он ошибся. Оникс всегда думает, что он на шаг впереди, но в кои-то веки я танцую в пламени, наблюдая, как он сгорает от ярости. Я переключила внимание на него так, что он даже не понял, что происходит.

Контроль дыхания - еще одна вещь, с которой ему нравится играть. Я знаю Оникса и то, как он пытается скрыть себя, потому что он научил меня тем же методам, чтобы стать невидимым. Он прятался в тени, сосредоточившись на том, как заставить себя исчезнуть, не исчезая на самом деле. Он был так сосредоточен на том, чтобы его не заметили, что упустил возможность вернуть себе контроль, когда я сунула его прямо ему под нос.

Он играл прямо у меня на ладони, и этот трепет — сила - это жажда, которую я никогда раньше не испытывала. Теперь, когда я попробовала, мне это нужно.

Если бы он просто отвлекся от контроля дыхания, он мог бы схватить меня и потащить за собой в темноту. Вместо этого я смогла ускользнуть, и теперь он снова на охоте. Чего он не понимает, так это того, что на самом деле он охотится не на меня.

Как он мог, если я подстроила все так, чтобы меня нашли?

Оникс в ярости. Я чувствую это. Я чувствую запах его кипящей крови, когда его вены становятся горячее с каждым шагом, который он делает. Он не открывает ни одну из дверей, как делал, когда искал меня раньше. Такое ощущение, что он почти точно знает, где я.

Я делаю шаг вглубь комнаты, проскальзывая в небольшое пространство за дверью, прижимаясь к стене. Дверь слетела с петель, давая мне небольшую защиту от его взгляда.

– Ты думаешь, что сможешь спрятаться от меня, малышка Селена.

Я знаю, что не могу.

– Я, блядь, кончаю за тобой, маленький дьяволенок. Надеюсь, ты готова принять меня.

Мои бедра сжимаются вместе в поисках какого-то облегчения, когда тепло распространяется по моему тазу. Мои трусики влажные, но это было в ту секунду, когда Оникс приставил лезвие к моему горлу. То, что он, блядь, делает со мной. Нет ни облегчения, ни трения, которые могли бы удовлетворить растущую во мне потребность. Мой клитор пульсирует, умоляя о его прикосновении.

Прислоняясь головой к стене, я провожу рукой по животу, ныряя под пояс короткой юбки. Моя кожа горячая под моей ладонью, когда я запускаю ее под трусики, просовывая палец сквозь мою влажность и двигая им внутри меня.

Он единственный, кто может дать мне то, в чем я нуждаюсь.

Мои зубы образуют полумесяцы на нижней губе, когда я прикусываю ее. Металлический привкус крови смешивается с моей слюной. Я хочу попробовать ее на языке Оникса. Я прижимаю тыльную сторону ладони к своему клитору, перекатывая его, пока провожу другим пальцем внутрь своей влажной киски.

– Я знаю, что ты здесь, милая девочка.

Оникс подбирается все ближе, и я тоже. Я погружаю пальцы внутрь себя, трахая собственную руку, когда его шаги становятся громче. Я слышу его прямо за дверью, и прерывистое дыхание срывается с моих губ. Моя рука замирает, пальцы все еще засунуты в мою киску, когда я еще глубже впиваюсь зубами в мякоть своей губы.

Мои легкие сжимаются, горят, когда я лишаю свое тело кислорода. Оникс услышал меня. Не может быть, чтобы он этого не сделал, учитывая, насколько бдителен он сейчас. Его шаги легки, когда он целеустремленно входит в комнату. Он делает два шага внутрь, прижимаясь лицом к противоположной стене, и захлопывает за собой сломанную дверь.

– Я чувствую твой запах, - шепчет он низким и резким голосом.
– И я не имею в виду твои гребаные духи.

Мое сердце колотится в груди, яростно ударяясь о грудную клетку. Оникс разворачивается на каблуках, шагая прямо ко мне. Он оказывается передо мной за долю секунды, прежде чем я успеваю сделать вдох.

Его рука сжимается вокруг моего горла, и он отрывает меня от пола, прижимая к стене. Мои ноги брыкаются, отскакивая от сломанной гипсокартонной стены, когда я бью его по ногам. Его ярко-голубые глаза сияют сквозь отверстия лыжной маски, прожигая меня взглядом.