Чтение онлайн

— Слишком много даже для Одина…Вот что случается, когда не кладешь вещи на место. — Эвриала хрустнула яблоком и, спрятав одну руку в кармане, повернулась на 180 градусов и медленным шагом последовала за птицами.

Примечания:

Хугин и Мунин — пара воронов в скандинавской мифологии, которые летают по всему миру Мидгарду и сообщают богу Одину о происходящем. На древнеисландском Huginn означает «мыслящий», а Muninn — «помнящий».

Как только вороны вылетели из «гнезда», их карканье растворилось в глубине дома, будто бы их и не было. Все время, пока они осматривали дом, до них доносились какие-то шорохи. Иногда они сопровождались звуком, похожим на хлопанье крыльев. А пару раз Эвриала даже слышала мяуканье. Она утверждала, что слышала его и раньше, но не так отчетливо, и продолжала настаивать, что именно кот (или кошка) напал на нее в одной из комнат и пустил стрелки на её полупрозрачной юбке, накинутой поверх штанов.

— Возможно, какой-то кот и забежал в дом. Тем лучше для нас. Кошачьи хорошо отпугивают нечисть. Вот и помогут загнать нам её в угол. — крикнула ей Сфено из соседней комнаты. Эвриала рыскала по дому в поисках испортившего ей костюм существа. Это занимало её даже больше, чем какая-то нечисть.

Этот кот сводил ее с ума. Зайдя в любую комнату и прислушавшись, она начинала слышать шорох, к которому ее сознание тут же дорисовывало клубок шерсти, играющий с пакетом, катающийся по полу или — вариант, который пугал ее больше всего, — готовящийся к очередному нападению на ее костюм.

Ульрих тем временем стоял, обхватив себя руками, и наблюдал за тем, как Сфено мелким глотками пьет воду, то и дело поглядывая в кружку. Она выглядела раздраженной, что его ни капли не удивляло. Он и сам проходил через это. Теперь они тоже слышат шорохи, которые любого довели бы до белого каления. Сначала их реакция даже стала его немного забавлять. Они реагировали подобно обычным людям, а не роботам, лишенным функции «бояться», как ему показалось сначала. Однако вскоре он понял, что в них обеих больше раздражения, чем страха, будто бы речь шла о надоедливой мухе, а не об опасной потусторонней сущности.

Как только начался осмотр дома, до него дошло, что пока они будут изгонять нечисть, ему придется сидеть где-нибудь в уголке и не мешаться. Но тогда Ульрих снова останется один, а именно этого он и хотел избежать. Это было основной причиной, по которой он их вызвал. Ему не особо верилось в то, что кто-то придет и выведет из его дома всю нечисть, словно расплодившихся тараканов. И мало того, что выведет, главное — напугает ее до такой степени, что она решит в него больше не возвращаться. Всё лучше, чем в очередной раз страдать одному.

— Так и с ума сойти можно. — пробормотала Сфено. Её брови сошлись на переносице и не хотели расходиться, пока не вмешался Ульрих.

— Вы ещё даже не видели его или её… В общем, ту сущность. Так что, не спешите пугаться.

Если раньше в такие дни он чувствовал себя слабым, беспомощным трусом, то теперь, наблюдая за тем, как они сталкиваются со всем впервые, он вырос в своих глазах до уровня эксперта по части сюрпризов этого дома. Конечно, каждый год сущность вносила в репертуар новое номера. Например, раньше она никогда не хватала его за руку, когда он пытался положить что-то в шкафчик. Шорохи же стали чем-то вроде отличительной черты бренда.

Многие сочтут, что в этом нет ничего такого, к чему трудно было бы привыкнуть. По факту же они держали человека в состоянии вечно растущего напряжения. Лампочка в таком случае рано или поздно перегорает. С человеком действует тот же принцип. Каким бы сильным он ни был, наступает момент, когда в голову начинают закрадываться суицидальные мысли. Если бы все это продолжалось не один день в году, а происходило ежедневно, он бы давно пустил себе пулю в лоб…

— Его…её…Кто это?

— Я не знаю, кто это. Он или она. Внешне похож на мужчину, но голос…Чаще всего он женский, такой, что пробирает до костей. И что странно, он будто исходит из моей головы. Это самое неприятное. В такие моменты хочется ее себе размозжить и покончить с этим раз и навсегда. Один раз я почти так и сделал.

Её рука, зажимавшая кружку с противоположной стороны от ручки, остановилась на полпути и резким движением вернула её на стол. Сфено внимательно осмотрела каждый миллиметр его лица. Глаза перестали блуждать и остановились где-то слева, в районе его правого глаза.

Она осторожно, еле ощутимо дотронулась пальцами до его виска. Её руки по-прежнему были обтянуты перчатками, отчего ему казалось, что всех кроме него предупредили о надвигающейся пандемии.

— Теперь вижу.

— Видимо, длинные волосы плохо выполняют свою функцию. Его недолжно быть видно. — ответил он, потирая шрам, занимающий всю височную часть и немного заходящий на скулу. Пока она рассматривала его лицо, Ульрих тоже кое-что приметил.

Из-под закрученных вверх коротких прядей выглядывала изогнутая змейка. Она скользила по её шее, уставившись прямо ему в глаза. Казалось, она шипит, показывая ему свой маленький раздвоенный язычок.

— Что-то случилось? — спросила Сфено, заметив, как его лицо на мгновенье перекосило, будто он увидел за ее спиной что-то страшное. Она оглянулась.

— Нет, ничего. Просто я подумал…Э…Что-то услышали?

Он решил не рассказывать, что татуировка на шее сначала показалась ему настоящей змеёй. Не хотелось казаться трусом, хотя он чувствовал, что вызвав их для выполнения грязной работы, он уже признал, что боится. Но трусость ли это или здравый смысл? По прошествии стольких лет его по-прежнему мучил этот вопрос.

— Вы первые люди, которые узнали о моей проблеме, и, скорее всего, вам придется разделить мою участь. Теперь вам слышатся шорохи, и кажется, что кто-то дышит вам в спину, что вас вот-вот накроет чья-то тень. Мне это знакомо. — Он прислонился спиной к шкафчику и тут же отпрянул, несколько раз оглянувшись назад. — Извините нервы ни к черту. Сфено понимающе кивнула. — У меня появилось одно предположение. — продолжил он. — Возможно, каждый слышит что-то своё. Я уже говорил, нечисть использует ваши страхи настолько, насколько вы ей позволяете. Эвриале мерещатся коты, а что слышите вы?

— Треск. Такой, который слышишь, как пламя поглощает что-то… — она резко повернула к нему лицо. Сфено смотрела на него и не смотрела одновременно. Её сознание блуждало где-то далеко, возможно, в воспоминаниях, о которых она давно позабыла. — …или кого-то.

— Треск костра… Да вам повезло. Похоже, вы ему нравитесь. — сказал он, пытаясь разрядить обстановку.

— Вы не понимаете…

Она сморгнула то, что накатило на нее прочь, и её лицо снова приняло вид слегка надменного спокойствия, с которым она появилась на пороге его дома.