Недозволенная память. Западная Беларусь в документах и фактах. 1921-1954.
Шрифт:
Достоверно известно: власть, пытаясь выбить почву из-под ног подполья, лишить его поддержки общества, активно вывозила белорусов, не внушающих ей доверия, на принудительные работы в Россию.
Привлечение для охраны шоссейных и железных дорог дополнительных армейских подразделений. Военное командование СССР стремилось любой ценой обезопасить свои коммуникации. Советский генштаб быстро оценил масштабы той угрозы, которую таили в себе диверсионные вылазки белорусского подполья. Военная администрация прежде всего усилила охрану особо важных участков железных дорог (Барановичи, Слоним, Лида, Новоельня), сооружая для этого доты, дзоты, наблюдательные вышки, эксплуатируя при этом труд местного населения. «Убеждали» белорусов «штрафными ротами и трибуналами, но и это не помогало»{54}.
Напуганные дерзкими ударами «лесных братьев» по железным и шоссейным дорогам, власти стали пускаться на различные хитрости, но и это спасало далеко не всегда. Тогда для охраны наиболее важных объектов выделяются значительные воинские контингенты, дислоцировавшиеся и взаимодействующие по всем правилам военного искусства.
Материалы, находящиеся в российских и белорусских архивах, дают возможность детально уяснить те принципы, которыми пользовались военные в своих попытках обезопасить коммуникации. На крупных железнодорожных станциях имелись усиленные гарнизоны (полк НКВД и бронепоезда). Небольшие станции прикрывались силами до батальона, как, например, это было в г. Новогрудке, где дислоцировался 3-й батальон 287 стрелкового полка НКВД{55}. Между станциями охрану полотна несли заставы силой от взвода до роты. Количество застав зависело от расстояния между станциями. Участки пути между заставами патрулировались солдатами с собаками. На некоторых важных дорогах между заставами регулярно курсировали бронедрезины. Между всеми гарнизонами и заставами (постами) поддерживалась постоянная радиосвязь, позволяющая быстро собирать силы в кулак на угрожающем участке.
Общая протяженность железнодорожных линий, проходивших по Беларуси, в том числе Барановичской области и использовавшихся военной администрацией, составляла 5700 километров. Здесь имелось свыше 500 железнодорожных мостов, значительное число станций, разъездов и платформ. Можно себе представить численность охранных войск, которые штаб Красной Армии вынужден был снимать с фронта или выделять из своих резервов!
Контрмеры военных властей по охране коммуникаций делали задачу белорусских партизан практически невыполнимой. Тем не менее в 1944–1946 гг. в Беларуси совершено 2384 диверсии и террористических акта, в результате которых было ликвидировано 1032 солдата и офицеров армии и ВВ НКВД{56}.
Усиление территориальных органов ВД и ГБ, ВВ НКВД уроженцами области. Пытаясь покончить с сопротивлением, руководство СССР стало формировать штаты местных силовых структур местным населением. Например, 256-й мотострелковый полк оперативных войск НКВД СССР был укомплектован рекрутами области. Только за июль месяц 1944 г. в него влилось около 200 человек советского партизанского отряда им. Дзержинского бригады им. Дзержинского{57}. Должности участковых уполномоченных МВД БССР, согласно воспоминаниям бывшего секретаря Слонимского подпольного райкома ЛКСМБ по пропаганде М. Н. Анищика, также укомплектовывались солдатами и офицерами генерала В. Чернышева{58}.
Однако далеко не на каждого человека могла рассчитывать советская власть в таком деликатном вопросе. Так, например, комиссар партизанского отряда им. Кирова 37-й бригады им. А. Пархоменко И. Тасминский оказался отнюдь не в восторге от столь «лестного» предложения, как служба в рядах НКВД СССР.
Вот что он рассказывает об этом в своей книге «Познать, сотворить, определить себя»:
«Незадолго до окончательного завершения освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков меня направили в Минск — для обучения в школе оперативно-командного состава НКВД. Перспектива служить в НКВД меня не устраивала, так как я знал о той неприглядной роли, которую эта организация сыграла в жизни страны. Но, чтобы не вызвать подозрения в своей лояльности к общественному строю, я напросился на краткосрочные партийно-советские курсы при ЦК КП(б)Б»{59}.
Активизация агентурной работы советских спецслужб. Известно, что население области отказывалось содействовать НКВД. Чекисты, подбирая спецаппарат, действовали апробированными средствами: «сажали на коры», угрожали шантажом, арестом, депортацией, призывом в армию и т. д. и т. п. Но и это не всегда приносило ожидаемый результат. Тогда вовсю заработала репрессивная машина, и население, опасаясь лагерей, вынуждено было соглашаться на сотрудничество. Во второй половине 1944 г. НКВД, проводя «зачистки» освобожденной территории, завербовало в качестве агентов 4385 местных жителей{60}.
Войсковые операции регулярных войск Красной Армии. Повсеместное и массовое развитие белорусского подполья, возросшая координированность его действий — все это глубоко тревожило Кремль и заставило его торопиться с проведением решительных наступательных действий против «лесовиков» с целью их полного уничтожения. Стремясь поскорее обезопасить свои тылы, являющиеся объектами постоянных ударов партизан, Москва не считалась с потерями. С июля 1944 г. советские войска предпринимают неоднократные попытки широким фронтом атаковать отряды сопротивления, каждый раз наращивая вводимые в бой силы, поддерживаемые танками, артиллерией и авиацией. За 1944–1946 гг. на территории Беларуси было проведено 4596 крупных войсковых операций, направленных против белорусского подполья{61}. Только с 1 августа по 1 сентября 1944 г. арестовано 6389 повстанцев, расстреляно 79. С июля 1944 по 1 сентября 1945 г. арестовано еще 97094 человека (из них 82757 тех, кто уклонился от призыва в Красную Армию), расстреляно 3232 партизана{62}. В ходе одной только операции, проводимой в Дятловском и Козловщинском районах 7–8.02.1945 г., было ликвидировано 2 отряда. Расстреляно 34 и взято под стражу 109 партизан, изъят ручной пулемет, 67 единиц стрелкового оружия, 26 ручных гранат. Акция проводилась силами армии и тремя полками 58-й стрелковой дивизии ВВ НКВД СССР{63}.
Всего же армейскими и спецподразделениями ВВ НКВД, привлекаемыми к операциям, изъято: 211 минометов, 193 противотанковых оружия, 3587 пулеметов, 68377 автоматов и винтовок, 2979 пистолетов, 36078 гранат и мин, 5 тонн тола, около 4 млн. патронов, 40 копировальных аппаратов, 47 раций{64}.
Сочетая активные боевые действия с разнообразными маневрами, повстанцы, насчитывающие, согласно письму Берии 1.12.1944 г. Сталину, 80 отрядов{65}, вышли из-под ударов группировки советских войск и нанесли ей ощутимые потери: погибло 1032 советских военнослужащих{66}.
Имеются сведения, что советские войска использовали против партизан отравляющие вещества{67}. К сожалению, завеса секретности, опущенная над действиями военного командования тех лет, не позволяет ознакомиться со многими документами, хранящимися в архивах КГБ.
Обеспечение безопасности высшего и старшего командного состава Красной Армии. Согласно документам силовых структур СССР, под личную ответственность руководителей органов СМЕРШ предписывалось принять все необходимые меры для обеспечения безопасности советских военных штабов. Так, армейскому командованию частей и подразделений было рекомендовано принять следующие предохранительные меры:
«А) Выезд генералов и командиров соединений за пределы расположения части разрешался только в сопровождении движущейся впереди машины с охраной;
Б) Выезд старших офицеров разрешался только под охраной двух-трех автоматчиков;
В) Движение личной автомашины должно происходить на большой, предельно допустимой для данного покрытия скорости; всякие остановки по дороге, кроме вызванных крайней необходимостью, запрещаются. Любая попытка со стороны неизвестных остановить личную автомашину с угрозой применения оружия должна быть немедленно пресечена огнем на уничтожение…»{68}.
Активные мероприятия ВВ НКВД СССР — так называемые «зачистки». Летом 1944 г. Сталин потребовал от силового блока резкого ужесточения политики по отношению к действующему подполью. В область убывает нарком ГБ СССР Л. Берия («Дуглас», бортовой № 17, истребители сопровождения «ЛА-5НФ» бортовые 29 и 31). Он возглавил непосредственное руководство действиями чекистов и армии. Экстренный спецрейс осуществил посадку в Лиде. Именно этот город стал центром по проведению карательной операции. Она носила кодовое название «Западня» (Варианты: «Большой слон», «Прибалтийское танго»){69}.