Чтение онлайн

— Серьезно? — Спрашивает он. — Книга?

— Книга по физике. Я надеялась, что у нее может быть собственное гравитационное притяжение, из-за которого она ударит тебя по лицу гораздо сильнее.

Из его горла вырывается смех. Искренний смех. Кажется, он почти поражен этим, потому что часто моргает, словно в удивлении. Я чувствую странное самодовольство от того, что мне удалось добиться от него такой реакции.

Затем он прочищает горло и, наконец, отпускает мое запястье, после чего кладет книгу на комод. Я отдергиваю руку и потираю запястье большим пальцем, изучая его лицо. Все следы веселья исчезли. На смену им пришла мрачная решимость.

Я понимаю, что он собирается сделать, но моя реакция настолько замедляется, что кажется, будто я не успеваю среагировать. Он бросается вперед, как будто хочет схватить меня. Я отскакиваю назад, и он едва не промахивается мимо меня. Но, конечно, именно поэтому он и сделал такой резкий выпад. Пока я намеренно теряю равновесие, он бросается вперед и толкает меня. Я падаю назад, приземляясь на кровать.

Матрас подпрыгивает подо мной, когда я демонстративно пытаюсь отползти назад. Он хватает меня за лодыжку, дергает назад, а затем забирается на кровать.

Я снова оказываюсь на спине, а Рико сидит верхом на моих бедрах. Однако на этот раз он хватает меня за запястья и прижимает их к матрасу по обе стороны от моей головы.

Мое сердце бешено колотится в груди. И дело не только в кратковременном всплеске активности.

То, как он доминирует надо мной вот так, в моей постели, заставляет мои мысли вернуться к тому, что его властные руки делали со мной в той душевой. В животе разливается жар, а клитор пульсирует в ответ. И мне вдруг отчаянно хочется почувствовать это снова. Снова почувствовать себя такой живой. Интересно, чувствовал ли он то же самое тогда?

И поскольку я ничего не могу с собой поделать, я демонстративно пытаюсь вывернуться из-под него, но при этом намеренно прижимаюсь к нему.

На мгновение его глаза закрываются, и он сжимает челюсти.

Меня переполняют шок и изумление. Он почувствовал это. Должно быть, почувствовал. Неужели он так же отчаянно, как и я, ищет хоть что-то, что заставит его почувствовать себя живым? Что-нибудь, что заставит его почувствовать себя настоящим?

Нет, не может быть. Потому что, в отличие от меня, он уже настоящий человек.

Я пытаюсь заглянуть ему в глаза, но в них не осталось и следа от той короткой вспышки тепла. Должно быть, это была чисто физическая реакция, какая бывает у большинства людей в подобной ситуации. Не более того.

— Сейчас ты ответишь на несколько вопросов, — говорит Рико, крепко сжимая мои запястья и не сводя с меня властного взгляда. — Или эта ночь будет для тебя очень долгой. Понятно?

— Да, — выдыхаю я, добавляя нотку беспокойства в свой голос.

— Шесть лет назад… Почему ты это сделала?

Мое сердце подскакивает к горлу, но я сохраняю на лице маску растерянности.

— Шесть лет назад? Шесть лет назад я училась в старшей школе! Я натворила много глупостей. Как и все остальные. О чем именно ты говоришь?

— Мать твою, Изабелла!

Мое имя, сорвавшееся с его языка, посылает пульсацию по моему телу.

— Хватит! — Рявкает он. — Хватит врать. Хватит притворяться. Я так чертовски устал от этого. Просто ответь на мои чертовы вопросы.

— Ты устал? — Кричу я в ответ. — Это я устала! Я устала от постоянных нападений и угроз. Я устала от того, что ты преследуешь меня каждый божий день и заваливаешь вопросами, которых я даже не понимаю. Я устала от того, что ты называешь меня лгуньей и пытаешься заставить меня рассказать тебе что-то, когда я понятия не имею, о чем ты говоришь! — Моя грудь вздымается от гнева, когда я смотрю на него. — Я так чертовски устала, Рико!

После моей вспышки в комнате воцаряется оглушительная тишина.

Рико наблюдает за мной, и на секунду на его лице мелькает сомнение.

Наконец-то. Наконец-то он начинает сомневаться, прав ли он насчет меня.

Затем он стирает все следы сомнения со своего лица. Отпустив мои запястья, он заводит руку за спину и достает что-то из-за пояса. Раздается металлический лязг, когда он берет этот предмет в руку. Свет от лампы наверху отражается от пары наручников.

— Вытяни запястья, — приказывает он.

Я медленно поднимаю руки с матраса и вытягиваю их над грудью. Рико быстро защелкивает на них наручники.

Когда несколько недель назад я думала о том, что буду прикована наручниками к кровати, пока буду ласкать себя пальцами, это было не совсем то, что я себе представляла. Но да ладно.

Одним плавным движением Рико слезает с меня и выпрямляется на полу рядом с кроватью. Я сажусь и свешиваю ноги с края кровати, пока он достает что-то еще из-за пояса.

Черная ткань развевается в воздухе, когда он бросает ее мне.

— Надень это, — приказывает он.

Я неловко ловлю ее скованными руками и поднимаю перед собой. Это черный мешок.

— Мешок на голову? — Сухо спрашиваю я и закатываю глаза. — Очень в духе мафии.

Его глаза заостряются.

— Что?

Паника пробегает по моей спине. Блять.

Небрежно пожав плечами, я сохраняю на лице выражение сдержанного веселья и отвечаю:

— Я сказала, что это в духе мафии. — Прежде чем он успевает это прокомментировать, я поднимаю мешок и фыркаю. — Знаешь, иногда я задаюсь вопросом, не начали ли ты и остальные твои братья уже работать на семью Морелли в качестве наемных убийц. Хотя вы еще даже не закончили университет. — Я снова осматриваю мешок. — По крайней мере, ты ведешь себя соответственно.

Затем я надеваю его, надеясь, что с помощью тщательного подбора слов мне удалось объяснить ему, что я имела в виду.

Поскольку мешок сделан из плотного материала, я ничего не вижу в нем. Но я слышу, как он подходит ближе. Мгновение спустя его руки оказываются на моих плечах, и он поднимает меня на ноги. Затянув завязки мешочка у меня на шее, вероятно, чтобы он не свалился, его руки снова исчезают.

Я жду, что он подойдет ко мне и возьмет меня за руку, чтобы отвести туда, куда мы направляемся. Но он этого не делает.

Мой желудок сжимается, и я вскрикиваю от удивления, когда он хватает меня за бедра и перекидывает через плечо.

— Какого черта? — Ворчу я.

Он мрачно усмехается.

— Ты хотела мафию. Я покажу тебе мафию.

Рико

Всю поездку в машине она молчит. Все, что она делает, — это сидит на пассажирском сиденье в футболке и шортах, в которых, по всей видимости, спит. Ее руки в наручниках лежат на коленях, а на голове — черный мешок. Тем не менее, она потирает большим пальцем ладонь и переплетает пальцы, снова и снова, явно нервничая. И затем, когда я паркую машину на опушке леса и смотрю на нее, во второй раз за все время, меня охватывает сомнение.