Чтение онлайн

Мы входим в переполненный лифт, и я остаюсь позади нее. Как девчонка, которой она и является, Эва прижимается своей задницей прямо к моей промежности и подмигивает в отражении зеркальной стены. Мои пальцы впиваются в ее талию, приказывая ей остановиться или продолжать, на данный момент я ни хрена не понимаю. Кончики ее волос щекочут мои руки, и я представляю, как оборачиваю их вокруг кулака, пока я…Дзынь.

Дверь лифта открывается, и все вываливаются наружу. Громкий бас от музыки на вечеринке отдается в ушах, когда мы приближаемся к двери в конце коридора.

Это будет долгая ночь.

***

— ЧЕРТ, С НИМ ВСЕ В ПОРЯДКЕ.

Эва закатывает глаза и осушает рюмку текилы.

— Этот парень словно герпес. Как раз в тот момент, когда ты думаешь, что избавился от него, бум! Он снова, вернулся за добавкой.

Дианна качает головой, ее глаза раздевают меня с того места, где я стою в нескольких футах от нее.

— Я бы была не против, чтобы он заразил меня герпесом.

— Во-первых, это отвратительно. И ты не представляешь, каково это, когда за тобой следят повсюду, куда бы ты ни пошел.

Эва все еще злится из-за того, что я набросился на нее раньше. Еще больше разозлило то, что она не смогла меня оттолкнуть.

— Мне неловко, что он здесь, — говорит она. — Ни у одной из этих чопорных сук нет телохранителей. Из-за этого я выгляжу нелепо.

— Думаю, это добавляет тебе шарма и делает важной персоной, которой ты и являешься.

Брюнетка обнимает Эву за плечи.

— Забудь о нем и постарайся весело провести время.

Улыбка Дианны меркнет, и выражение ее лица становится суровым.

— Доминик здесь, но он не один.

Я прослеживаю за их взглядами через всю комнату, останавливаясь на каком-то чуваке в черных слаксах и розовой рубашке. Его волосы намазаны гелем, зачесаны в сторону, как у какого-то наемника, и он обнимает пышногрудую блондинку.

Кто такой этот Доминик для Эвы, и почему от его присутствия она вся краснеет?

Что еще более важно, почему меня злит, что кто-то вроде него оказывает на нее такое воздействие?

— Мне все равно, — говорит Эва, хотя язык тела доказывает обратное.

Она наливает себе еще рюмку и осушает ее снова. Затем хватает Дианну за руку и ведет ее на импровизированную танцплощадку в центре просторного зала. Проталкиваясь в середину толпы, встает так, чтобы быть спиной к Доминику. Ее друзья собираются вокруг нее, и они танцуют под ужасную музыку, ревущую из динамиков.

Эва одета не так, как другие девушки здесь, даже ее подруги. Она выделяется, как больной палец, и я удивляюсь, зачем ей понадобилось приходить на подобную вечеринку. Это не в ее стиле.

Доминику не требуется много времени, чтобы заметить ее, и когда он направляется на танцпол, ответ становится ясен: Эва здесь не для того, чтобы веселиться. Она здесь, чтобы что-то доказать.

Ее глаза закрыты, руки подняты над головой, бедра покачиваются в такт. Она насмехается над ним. Показывая ему, что он потерял.

Дианна наклоняется, чтобы прошептать ей на ухо, и глаза Эвы распахиваются, чтобы встретиться с моими.

Я уже начинаю двигаться, но она качает головой, взглядом умоляя меня оставаться на месте.

Она хочет этого, хочет услышать все, что он скажет. Моя челюсть сжимается, но я киваю и даю ей понять, что буду вести себя прилично.

Но только сегодня.

Доминик улыбается друзьям Эвы, когда приближается, но они скрещивают руки на груди, свирепо глядя на него, как и подобает лучшим друзьям.

Эва оглядывается через плечо, едва узнавая его, прежде чем снова повернуться и продолжить танцевать.

Этот хуесос встает перед ней и обвивает руками ее талию. Эва прижимает обе руки к его груди и отталкивает парня. Они обмениваются словами, но я не слышу, о чем именно говорят.

Я двигаюсь к ним, расталкивая людей со своего пути.

Дианна встает передо мной прежде, чем я успеваю подойти.

— Подожди. Она должна это сделать.

— Кто он такой?

— Ее бывший. Он изменил ей. Эва узнала об этом в ту ночь, когда напали. У нее была тяжелая неделя.

Чувство вины скручивает мои внутренности.

— Этот парень — настоящий кусок дерьма, — продолжает Дианна. — Она не была в него влюблена или что-то в этом роде. Эва никогда никого не подпускает к себе слишком близко, но все же…

Руки Эвы взлетают, когда она кричит на него, и указывает на блондинку, с которой Доминик обнимался несколько мгновений назад.

Он качает головой, вероятно, придумывая ей какое-нибудь жалкое оправдание. Но она на это не купилась. Эва отшвыривает его и начинает пробираться сквозь толпу в противоположном направлении.

Умная девочка.

Затем Доминик хватает ее за запястье и притягивает обратно к себе.

И мое терпение лопается, как нитка.

В два прыжка я оказываюсь рядом и оттаскиваю его назад за шиворот. Тащу парня на другую сторону танцпола и не останавливаюсь, пока не выталкиваю через выход.

Он, спотыкаясь, выходит в коридор и резко оборачивается.

— Какого хрена, братан?

— Держись, блядь, подальше от Эвы.

Доминик приглаживает растрепавшиеся волосы на своей дурацкой, намазанной гелем голове.

— Кто ты, черт возьми, такой?

Собираюсь показать ему, кто я такой, черт возьми, когда рука Эвы обхватывает мой бицепс.

— Он со мной.

Мой член твердеет от этих двух слов.

Рот придурка отвисает, глаза мечутся между нами двумя.

— Эва, ты сейчас серьезно? Он?

Я ухмыляюсь.

— Похоже, твой член-карандаш как у Ричи Рича (прим. пер-ка.: фильм 1994 года с Маколеем Калкиным в главной роли) просто не делает то, что могу я.

Доминик сжимает руки в кулаки и бросается на меня. Одним быстрым движением отталкиваю Эву себе за спину и ударяю кулаком ему в челюсть. Он отшатывается назад, и я упираюсь предплечьем ему в шею, прижимая его к стене.

— Повторяю в последний раз, держись подальше от Эвы. Иначе ты подавишься собственным членом, когда я оторву его и воткну тебе в глотку. Ты понял это, красавчик?