Чтение онлайн

Делко смотрит на меня. Голодный. Нетерпеливый.

Я не могу удержаться и провожу пальцем по себе, вздрагивая от прикосновения к чувствительному клитору.

Его глаза завороженно следят за моими движениями, и я снова приковываю его внимание к себе, посасывая указательный палец.

— Иди сюда…

Я пробую себя на вкус с дразнящим видом, не боясь пройтись языком по пальцу снова и снова. Я подзуживаю его, распаляю и возбуждаю, пока его глаза совсем не темнеют.

Затем он падает на колени, его рот впивается в меня, и я вскрикиваю, откидывая голову назад. Мои бедра извиваются под его жадными губами, пока язык терзает чувствительную точку.

Он заходит к самому входу в вагину, но не проникает внутрь, выпивая меня до капли. Его язык повсюду, между каждой складкой — нежный и обжигающий. Мои пальцы теряются в его волосах и сжимаются на коротких прядях, пока я извиваюсь под его губами.

То ли притягивая его к себе.

То ли пытаясь оттолкнуть.

Я уже сама не знаю.

Моё тело — это сплошной огонь и конвульсии, и только его руки под моими ногами удерживают меня на месте. Между моих бедер бушует настоящий вулкан, и у меня кружится голова, когда я чувствую приближение разрядки.

Я на краю бездны, почти готова сорваться… Но моё наслаждение внезапно испаряется, когда я слышу приближающиеся шаги.

Она резко поворачивает голову в сторону кухни. Её тело напрягается, мышцы каменеют, и она сжимается, подтянув ноги, словно маленькая мышка.

Я перестаю ласкать её, проследив за её взглядом, и только сейчас замечаю свет в кухне…

Тут же я прижимаю ладонь к её рту, чтобы пресечь любой звук, и удерживаю её неподвижно на ковре.

Я продолжаю работать языком. В полной тишине.

Её глаза расширяются, в них застыла почти мольба. Целый вихрь противоречивых эмоций проносится на её лице: она велит мне немедленно прекратить, но в то же время умоляет не бросать её сейчас.

Мой язык пробует её — медленно, но с неистовой интенсивностью. Её тело натянуто, как тетива лука, вынужденное переживать это наслаждение молча.

В кухне зашумела вода, и я молю Господа, чтобы этот человек — кто бы он ни был — поскорее убрался.

Котенок на грани.

Я чувствую, как её киска дрожит под моими губами, и понимаю, что она вот-вот сорвется. Я убираю язык, мгновенно заменяя его двумя пальцами, входящими глубоко в неё.

Я чувствую, как её дыхание замирает под моей ладонью, которая заставляет её быть тихой и покорной. Я не прекращаю движений, пока её взгляд не затуманивается от пронзительного, ослепляющего оргазма. Она извивается под моими губами, содрогаясь всем телом, и вцепляется в мои волосы, дрожащая, измученная удовольствием, будто пытаясь за что-то удержаться. Она из последних сил хранит молчание, чтобы никого не спугнуть, но внутри неё сейчас бушует настоящий концерт экстаза. Обжигающий и сокрушительный.

Моё лицо так плотно прижато к ней, что я едва не задыхаюсь; я нахожусь в самом эпицентре, чувствуя, как её соки изливаются прямо мне на язык.

Божественно.

Её плоть неистово пульсирует вокруг моих пальцев, которые продолжают свой ритм, уходя всё глубже.

Последняя волна удовольствия накрывает её как раз в тот момент, когда свет гаснет и шаги удаляются к лестнице. Когда наверху хлопает дверь, Котенок разражается беззвучными рыданиями, уткнувшись в мою ладонь, которая всё еще призывает её к тишине.

Я напрягаюсь и замираю, убирая руку, чтобы дать ей вздохнуть. Обеспокоенный, я хмурюсь и приподнимаюсь, позволяя ей опустить ноги.

Ей больно? Я сделал ей больно?

Дыши, Котенок.

Я вынимаю пальцы и уже хочу отстраниться, чтобы осмотреть её, но она хватает меня за руки, притягивая к себе, и я снова оказываюсь между её бедер.

— Нет, останься… Останься…, — шепчет она сквозь слезы.

Она замечает мой встревоженный вид и вытирает лицо.

— Всё хорошо. Это было просто… идеально.

Когда смысл её слов доходит до сознания, мои мышцы расслабляются, и тело обмякает от облегчения.

Я вскидываю бровь и, подавляя улыбку, впиваюсь в её губы. От её помады и туши после всего этого не осталось и следа.

Её руки смыкаются у меня на затылке, притягивая еще ближе. Наши рты встречаются в жадном поцелуе, языки сплетаются — нам всё мало.

Она по-прежнему злится на меня, и я жду, что всё это может прекратиться в любую секунду. Но я не отказываю себе в удовольствии, пока оно длится.

Этого никогда не будет достаточно. Никогда.

Когда она отстраняется, чтобы перевести дух, её взгляд падает на мой подбородок, а затем — на её промокшие бедра.

— Мне жаль…

Мои губы растягиваются в насмешливой улыбке, когда я вижу её смущение при виде моего лица, буквально залитого ею.

Я ложусь рядом и притягиваю её к себе. Моя рука скользит по её спине, я пересчитываю пальцами каждый позвонок до самой поясницы. Она пытается восстановить дыхание, прижавшись к моей груди, а её пальцы обводят контуры моего мокрого пресса.

— Не извиняйся.

Мой член гордо дергается, прижатый к животу.

Это заставляет её тихо рассмеяться, и её пальцы перемещаются с живота на моё достоинство, которое и не думало опадать, терпеливо дожидаясь своей очереди.

Кончик её указательного пальца томно прохаживается по всей длине. Она обводит каждую венку, каждый рельеф, будто впечатывая их в память. Эти ленивые ласки сводят меня с ума.

Желваки на моих челюстях перекатываются, когда я сглатываю.

Черт.

Она поднимает голову, и на её лице расцветает лукавая улыбка — она видит, какой эффект производят её касания.

Не сводя с меня глаз, она обхватывает мой ствол. Он кажется тяжелым в её руке, и она забавляется, взвешивая его, словно игрушку.

Медленно она начинает ласкать меня.

На самом деле, она скорее заново открывает меня для себя, чем просто мастурбирует. Но я не могу не закрыть глаза, отдаваясь ощущениям.

Спустя несколько минут этой очаровательной пытки я понимаю, что неплохо бы привести нас в порядок, прежде чем я окончательно потеряю голову.

Нехотя я перехватываю её запястье, останавливая её, и приподнимаюсь на локте, чтобы поцеловать. Когда я встаю, она садится, застенчиво подтянув колени к груди.