Чтение онлайн

Возможно, что 22 семьи из колонии Фриденталь и 19 семей из колонии Мариенфельд, которые упоминаются в метрических книгах, там и проживали, а приезжали в Армавир лишь для отправления своих религиозных потребностей. Однако это маловероятно, учитывая, что это были довольно большие колонии, и если предположить, что все их жители регулярно навещали армавирский молитвенный дом, то их число должно быть значительно больше. Более того, некоторые из этих семей имели недвижимость в Армавире. Поэтому, вероятнее всего, это были семьи, которые переехали из Фриденталя и Мариенфельда в Армавир на жительство.

С этими же оговорками приведём список населённых пунктов с указанием числа немецких семей, живших или пребывавших какое-то время в Армавире. Хутора: Баронова - 3 семьи, Миргенова, Устинова, Бесменков, Луфтера, Маркозова, Захаренко по 1 семье; станицы: Лабинская - 2 семьи, Изобильная, Кавказская, Попутная, Прочноокопская по 1 семье; село Шереметьевка - 1 семья; аул Хасав-Юрт - 1 семья; колония Темпельгоф - 1 семья.

Тем обоснованнее выглядит наш вывод о том, что большинство этих семей всё-таки проживали в Армавире, а не приезжали сюда лишь в молитвенный дом, если учесть, что в метрических книгах лютеранской общины нашего города есть сведения о том, что, например, обряд крещения выполнялся на местах постоянного жительства. Так, в Ливонском крестил учитель Сум; в Мариенфельде - учитель Гросмик (Грасмик - ?), он же окрестил младенца и в молитвенном доме в Гулькевичах; в 1904 г. на хуторе Баронова крестил учитель Леглер (в записи упомянут молитвенный дом); в 1908 г. в ст. Ново-Михайловской крестил учитель Дингес (в записи упомянут молитвенный дом).

Начиная с 1909 г. мы стали выписывать фамилии немцев, которые впервые упоминались на страницах метрических книг армавирского молитвенного дома лютеран. Для простоты восприятия мы свели их в таблицу. Обратите внимание на то, насколько в 1917-1918 гг. увеличивается доля мигрантов не из Поволжского региона.

В таблице 7, после упоминания некоторых наиболее распространённых фамилий армавирских немцев мы посчитали нужным указать регион прежнего проживания их обладателей. Места прежнего жительства переселенцев, фамилии которых приведены в колонке справа, можно найти в генеалогическом справочнике.

Таблица 7. Немцы, впервые упомянутые в метрических книгах армавирского лютеранского молитвенного дома с 1909 до 1919 гг.

Год Выходцы из Поволжья Выходцы из других регионов

1909 Каппес, Диттенберг, Шнайдер (Таловка), Дингес, Беккер (Олешна), Шванк, Неб

1910 Каммерцель, Штюрц (Водяной Буерак), Ротганг, Рейтер (Ней-Гуссенбах), Рейсбих Миллер (Вильно), Шенрок, Ярхо (?),

1911 Геймбух, Шмидт (Эренфельд), Клунк, Брестель, Флор (Макаровка), Лаас, Фридрих (Поповкино), Шерер, Штраух, Ланг (Бауэргард), Граф (Константиновка), Креймер (Яблоновка), Эйснер (Розенфельд) Обландер, Эккардт, Фаслер, Нейман, Ориволь, Квасвитцкий

1912 Шнайдер (Лесной Карамыш), Циглер (Кана), Ринг (Гнадентау), Грасмик (Яблоновка), Маргварт, Бириг, Швин, Шпет (Зауморье), Фогель, Руппель (Фриденберг), Гланц, Громбергер, Вейраух, Рудольф, Валлерт, Паули, Энгель Гушпиль, Яковиц

1913 Майер (Ней Боаро), Биттер (Степное), Зигвардт, Менг, Флаум, Гард (Вершинки), Альбах, Демлер, Гоффербер, Гоппе, Май (Починное), Биттер (Степное), Крюгер Реймер, Томик, Болуж

1914 Гутман, Эккердт, Кун (Тарлыковка), Ергер (Эренфельд), Дортман Китлер

1915 Кейль, Мартин (Альт-Веймар), Зейферт Руге

1916 Талингер

1917 Видеман, Лохман, Майор, Лейхнер, Екель (Ключи) Раудсеп, Рацек-Рек, Пюсс, Штутц

1918 Гартман Ляйс, Ясман, Ланге, Гравер, Маттизен, Гоффман (Майкоп)

1919 Люкштедт, Кресс, Руппель (Блюменфельд) Квинт

Разумеется, факт упоминания в метрической книге ещё не означал того, что упоминаемая семья недавно приехала в Армавир. Он говорил о том, что в эти годы впервые произошло одно из трёх самых важных событий в жизни каждого человека: он появился на свет, стал чьим-то супругом (супругой), или, увы, умер. Впрочем, слишком долго не иметь никакого отношения ни к одному из этих событий, не говоря уже о смерти, мало кому удаётся, особенно если учесть высокую рождаемость в тот период. Поэтому мы можем с большой долей вероятности сказать, что большинство из 102 семей, приведённых в таблице 7, оказались в Армавире незадолго до того, как попали на страницы метрических книг.

102 семьи приехали в Армавир в течение, примерно, 10-12 лет. Много это или мало? Позволим себе обратиться к материалам составленного нами генеалогического справочника (см. приложения). В нём упоминается 545 фамилий немцев, внесённых в метрические книги молитвенного дома лютеран Армавира с 1889 по 1924 гг. (после 1919 г. фрагментарно). При этом брачных пар там же упоминается 1 227. Таблицы составлены таким образом, что читатель может самостоятельно посчитать, сколько немецких семей, из числа указанных нами в справочнике, лишь однажды были внесены в метрические книги. Специфика актовых записей, с одной стороны, и особенности обрядов лютеран, с другой стороны, так повлияли на формирование таблиц генеалогического справочника, что, если в графе "Имена" упомянуто более 4-х имён, или (и) в графе "Социальное окружение" приведено две и более фамилии обычным шрифтом или (и) более четырёх фамилий курсивом, то это означает, что данная семья упоминалась в церковных книгах два и более раз. Соответственно, если упоминаний по одному или двум этим параметрам приведено в таблице в меньшем количестве, то это даёт нам основания утверждать, что данная семья лишь единожды была отмечена в метрических записях. Более того, прочерк в графе с немецким вариантом фамилии, в подавляющем большинстве случаев, говорит о том, что данная семья не только упоминается в источниках единожды, но также и то, что это произошло до июля 1897 г., когда записи фамилий на русском стали дублироваться и на немецком языке. Итак, сколько же семей упомянуто единожды? По нашим приблизительным подсчётам, таких семей более чем за тридцать лет ведения церковных книг лютеран в Армавире было не более 327. То есть, мы вправе полагать, что значительная часть из них были мигрантами, лишь временно обретшими в Армавире свой дом. Например, из 14 мещанских семей российских немцев, 13 упомянуты лишь однажды, а из 14 семей иностранных подданных единожды упоминаются 11.

Безусловно, не все семьи, которые попали в названную категорию из 327 фамилий, не прожили в Армавире относительно долгого срока. В заблуждение могут ввести сведения в графе "Социальное окружение", где указывались чаще всего крестные родители ребенка. Дело в том, что иногда среди восприемников при крещении встречались одни и те же лица. Немцы старались разнообразить этих участников обряда крещения, и у разных детей в одной семье были разные восприемники, но некоторые отличались постоянством. Отсюда и впечатление, что восприемников мало.

К этому нужно прибавить, что в общем числе однажды упомянутых выделяется группа из 29 семей, записи о которых встречаются только до 1897 г. Казалось бы, здесь сомневаться не приходится, однако даже среди них мы встретили, как минимум, две фамилии, о которых доподлинно известно, что они длительное время проживали в Армавире. Эта семья Гуве, имевшая недвижимость здесь, а также семья Целлер, к которой принадлежал один из виднейших социал-демократов армавирцев, активный революционер Гергард Целлер, о котором мы подготовили специальный биографический очерк. Именитый армавирец Карл Вильде (о нём мы также расскажем отдельно) вообще не попал на страницы метрических книг в качестве главного фигуранта, и лишь однажды упомянут в качестве восприемника на крестинах ребёнка мещанина из г. Лодзи Отто Альбрехта. При этом хорошо известно, что Вильде был лютеранином.

Эти и другие примеры можно было бы ещё долго пояснять, однако мы прервёмся в надежде, что этого было уже достаточно для того, чтобы показать условность приведённых нами цифр о единожды упомянутых в таблицах генеалогического справочника. При этом следует подчеркнуть, что 218 семей (зачастую представлявших собой, фактически, большие семьи из 3-5 малых семей) это именно то количество, которое прослеживается в источниках регулярно. Это позволяет предположить, что благодаря им сложилось ядро немецкого этнокультурного локуса Армавира. Среди этой части семей формируется слой потомственных горожан, который к 1941 г. насчитывал уже 2-3 поколения. Это обстоятельство позволяет утверждать, что демографическая и этнокультурная основа для формирования и развития немецкой общины в Армавире была. Уверенности придаёт ещё и то обстоятельство, что согласно классификации российских немцев по территориальному признаку, около 90% армавирцев немецкого происхождения были выходцами из Поволжья. Эта часть российских немцев имела некоторые особенности и сохраняла устойчивость вплоть до 1941 г. Другой яркой чертой, вписывающейся в картину относительно сплочённой этнокультурной группы, является то обстоятельство, что подавляющее большинство немцев Армавира были лютеранами или реформатами.

На конфессиональных и социальных особенностях немецкой локальной группы Армавира мы остановимся в одной из последующих частей нашей работы, а пока постараемся проследить динамику миграции немцев в Армавир и из него в советский период (до 1941 г.).

Выше мы уже касались противоречивых данных 1920 и 1923 гг., из которых следует, что численность немцев в Армавире сократилась в сравнении с 1915 г., соответственно, на 831 и 1 415 чел. То есть, складывается впечатление, что немцы в массовом порядке покидали город в период гражданской войны и первые годы советской власти. Однако уже к 1926 г. численность их не только достигла уровня 1915 г., но и превзошла её. Всесоюзная перепись населения 1926 г. зафиксировала 2 913 армавирцев, назвавших себя немцами. У нас есть сомнения в достоверности цифр за 1920 и 1923 гг., но доказать мы этого не можем. Книги актовых записей о рождении архива ЗАГС г. Армавира, действительно, вроде бы, фиксируют снижение рождаемости в начале 1920-х гг., однако, во-первых, это могло быть следствием общего тяжёлого положения в городе, в частности, голода 1922 г., особенно сильно ударившего по горожанам, во-вторых, показатели рождаемости 1926 г. необычайно велики - 180 новорожденных. Это самый высокий показатель за весь межвоенный период. Он выпадает из общей тенденции, что также сложно объяснить.