Чтение онлайн

Клим больше не сдерживался. Я почувствовала, как его тело, секунду назад казавшееся каменным, внезапно прошила дрожь. Он вжался в меня так плотно, что я каждой клеточкой кожи ощутила, как его самообладание дает трещину. Его дыхание стало тяжелым и прерывистым, а сердце под моими ладонями колотилось в том же безумном ритме, что и мое.

В какой-то момент он резко, почти грубо прикусил мою нижнюю губу. Острая вспышка боли на секунду отрезвила меня, но Клим тут же, словно извиняясь, медленно и нежно зализал это место кончиком языка. Это влажное, успокаивающее движение было настолько интимным, что у меня подкосились колени. Я чувствовала, как он буквально впитывает мой ответный стон, не давая ему сорваться с губ.

Я ощущала его реакцию на всё происходящее всем своим существом. Клим, который всегда гордился своим ледяным спокойствием, сейчас едва справлялся с собой. Его ладонь на моей шее горела, а пальцы впились в мои волосы, удерживая голову в нужном ему положении. Поцелуй становился всё более глубоким, жадным, стирая границы между моей яростью и его желанием.

Клим медленно отстранился, но не убрал ладонь с моей шеи сразу.

Его глаза были затуманены, а зрачки расширены до предела. Он тяжело дышал, глядя на мою влажную, припухшую губу, которую только что ласкал языком.

Его большой палец в последний раз прошелся по моей нижней губе, влажной и распухшей от его укусов и жадных касаний. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его глазах больше не было того ледяного превосходства, там бушевал настоящий шторм, который он отчаянно пытался усмирить.

Его грудь тяжело вздымалась, сталкиваясь с моей в такт рваному дыханию.

– Ну что, Николь?
– прошептал он, и его голос был настолько низким и хриплым, что по моей спине снова пробежала волна неконтролируемой дрожи.
– Все еще считаешь, что я тебя заставляю?

В этом вопросе не было издевки. В нем был вызов, заставляющий меня признать очевидное, в этом поцелуе я не была жертвой. Я была соучастницей, которая подавалась навстречу, которая жадно ловила каждое движение его языка, которая сама вцепилась в него, боясь отпустить.

Он резко убрал руку, словно обжегся, и отступил на два шага. Его лицо за долю секунды снова превратилось в непроницаемую маску. Не сказав больше ни слова, он развернулся и стремительным шагом скрылся за поворотом коридора.

Как только звук его шагов стих, силы мгновенно покинули меня.

Ноги, которые и так едва держали, окончательно стали ватными. Я медленно, тяжело скатилась спиной по холодному бетону стены прямо на пол. Колени уткнулись в грудь, а я спрятала в них лицо, чувствуя, как горят губы и как бешено колотится пульс.

В голове набатом стучал его вопрос. Я ненавидела его за то, что он сделал, но еще больше я ненавидела себя за то, что в ту минуту, когда его губы коснулись моих, я не хотела, чтобы это прекращалось. Весь мой гнев, вся моя гордость рассыпались в пыль от одного его прикосновения.

Ваша звёздочка и подписка, лучший способ сказать автору „пиши ещё!“. Подписывайтесь, чтобы мы не потерялись в ленте, ведь впереди у героев самое сложное и самое жаркое)))

Моя комната, моя крепость. Место, где мне не нужно было притворяться сильной или невозмутимой. Я лежала на кровати, и единственным источником света был экран телефона, на котором светилось лицо Марка.

Я жадно всматривалась в его черты, пытаясь вызвать в памяти то чистое, светлое чувство, которое было между нами. Марк был моим якорем. С ним мир был понятным, а любовь, тихой гаванью. Но сейчас, глядя на его фото, я с ужасом понимала, что образ Марка словно выцветает, становится плоским, как старая кинопленка.

А Клим... Клим был пугающе объемным.

Я коснулась пальцами нижней губы, которую он прикусил,. Это место до сих пор саднило. Я всё еще чувствовала вкус его кожи, и этот привкус казался мне ядом, который медленно растекается по венам.

– Не очаровывайся, Николь, -прошептала я в пустую комнату, и мой голос прозвучал как мольба.
– Помни, кто он. Помни, что он сделал. Он эгоист. Он использует тебя.

Я закрыла глаза, но тьма за веками тут же наполнилась его образом. Тем, как он нависал надо мной, как его зрачки расширялись в полумраке, как его тело содрогалось от рваного дыхания, когда он терял контроль.

«Все еще считаешь, что я тебя заставляю?»

– Ненавижу, - выдохнула я, сжимая телефон так, что побелели костяшки.
– Ненавижу за то, что ты прав.

На следующий день, я закрылась в комнате почти сразу после пар. Мир снаружи был слишком громким, слишком реальным, а внутри меня и без того творился хаос. Я бросила рюкзак на стул, села на кровать и, не раздеваясь, уставилась в потолок.

Написала Аня.

Аня:

Не видела тебя сегодня. Ты пропала. Что с тобой?

Я усмехнулась. Что со мной? Да если бы я знала.

Николь :

Ты сейчас занята?

Ответ пришёл почти мгновенно.

Аня:

Для тебя — нет. Говори.

Я глубоко вдохнула.

Николь :

Это из-за Клима .

Три точки печатания висели дольше обычного.

Аня:

Я слушаю.

Я сжала телефон сильнее.

Николь :

Он не такой, каким кажется. И именно это меня пугает.

Пауза.

Аня:

Николь, это Клим. “Не такой”, это уже тревожный звоночек. Что он сделал?

Николь :

Поцеловал меня.

Ответ не пришёл сразу. Я почти видела, как Аня откидывается на спинку стула, переводит дух.

Аня: