Чтение онлайн

– К своему ужасу, я подозреваю Маслову, – честно призналась она.

– Значит, Федор не лгал, сказав мне, что боится за твою жизнь! – оторопела графиня, вздрогнув от испуга.

– Умоляю тебя, не называй его так! Единственное, что я боюсь, так это его имени и присутствия в доме. Он должен уехать отсюда... к себе в Орловку.

– Он не должен был возвращаться сюда. Конечно, я не обещала ему приехать к тебе, как он просил, но жить в этом доме, глупо и безрассудно! Господи, возможно, и наше присутствие навредит тебе?

– Ну что ты, Надя, нет, конечно. Вас я не боюсь. Я не думаю, что вы совершите что-то опрометчивое.

– Не беспокойся, этот безумец уедет отсюда, предоставь это мне.

– Это единственное, что я хочу, и что мне нужно для счастья, Надя.

– Выходит, твои чувства изменились?

– Абсолютно. Я люблю своего мужа! Я ненавидела князя, когда выходила за него замуж, но ты была совершенно права, Надя, сказав мне, что я полюблю его. Я безумно люблю Александра! Ты мне как сестра, и тебе я могу признаться... Я обожаю мужа! Думаю, я ненавидела его, потому что мое сердце еще не пробудилось и не знало силу истинной любви.

– Разве ты не любила Федора?

– Любила, но не так. Он был моей первой мечтой, девичьей любовью, и любви этой суждено было излиться. Но продлилась она всего несколько недель после свадьбы, пока я не узнала Александра ближе.

– Невероятно! Впрочем, это меня не удивляет.

– Свое сердце целиком и полностью я отдала мужу и сыну. Мне нужно вычеркнуть из жизни прошлое, изгнать призраки, и ты можешь помочь мне в этом. Увези отсюда Федора, увези навсегда... Объясни ему, заставь его понять, что он не должен оставаться в Орловке. Ему нужно уехать подальше отсюда... Помоги мне стать счастливой, Надя!

Расстроенная и смущенная, графиня ласково, как маленькую девочку, погладила Лизу по волосам.

– Александр знает о Федоре и смертельно ненавидит это имя. Он связывает его с прошлым, которое, как он думает, позорит его... Мне не объяснить за несколько минут всего, что было, Надя. Я хочу, чтобы ты поняла лишь одно: если Федор попадет мужу в руки, пощады не жди. Он не проявит к нему сострадания... да и ко мне, вероятно, тоже.

– От того, что ты говоришь, Лиза, у меня мороз по коже, – испуганно пробормотала Надя.

– Это Наташа науськивает Александра, распаляет злость в его крови... потому что влюблена в него... Были в моей жизни горькие дни, Надя, когда я думала, что он тоже любит ее, но теперь я знаю, что это не так. Наташа никогда не была его любовницей, но у нее есть против меня оружие, и она воспользуется им, когда захочет.

Лиза вкратце пересказала подруге пресловутую нелепую сцену у дверей ее спальни. Слушая Лизу, Надя в ужасе смотрела на подругу, широко раскрыв глаза.

– Надя, я должна пойти ва-банк и поговорить с Александром по душам, – продолжала Лиза, – но для этого нужно, чтобы Федор был далеко отсюда, понимаешь? Возможно, меня Александр выслушает и простит... но его... Если муж убьет меня, не так уж важно, но я не хочу, чтобы из-за какого-то нелепого недоразумения он убил твоего брата. Нам с Александром еще предстоит разобраться во всем... но только между собой и только нам двоим.

– Это так, – согласилась с подругой Надя и возбужденно продолжила, – Александр не сможет убить тебя, Лиза, но я отлично понимаю, что Федора он не простит.

– Чай подан, матушка, и господа ждут вас внизу, – сообщила Катя, и ее приход прервал разговор задушевных подруг.

– Ступай вниз, Надя, и скажи, что спущусь через несколько минут, только посмотрю, как сын, – попросила подругу Лиза.

Лиза смотрела на малыша. Он был таким маленьким, слабым и беззащитным, что от нежности и умиления на ее глазах выступили слезы. Сама не понимая, почему, она подошла к иконе Божьей Матери, опустилась перед нею на колени, и на душе вдруг стало удивительно спокойно. Держа ребенка на руках, она чувствовала себя такой же матерью, как и та, пред ликом которой она преклонила колени. Не губами, а душой возносила она к ней свои молитвы.

– Пресвятая Дева, Матерь-заступница, помоги нам с Александром, пошли мира и спокойствия нашему дому!..

Все шло своим чередом: Лиза истово молилась, веселые мужчины вели галантные беседы с Надей, а в самом дальнем углу сада, куда едва доносился разухабистый праздничный галдеж, Наташа в гордом одиночестве деловито размышляла: “ Вот, значит, как! Настоящее имя Ивана Ежова – Федор Лаврецкий! Он приехал сюда под чужим именем, но рана была настоящей. Часть денег нашли, нашли также часы и фамильную печатку рода Орловых, и значит эту печатку он носит на руке по праву владельца земель... Надо же – Федор Лаврецкий! А княгиня знает его настоящее имя, но не хочет, чтобы его узнал Александр”...

Тихо и неторопливо, как зверь, выслеживающий добычу, Наташа кралась вокруг дома, потирая руки от радостного и нетерпеливого беспокойства. Так вот в чем кроется вина Лизы! В этом самом человеке! Только Александр, полностью ослепший от любви, мог не замечать взглядов Ивана Ежова на Лизу!

– Ну что же, теперь у меня есть доказательство, которого мне не хватало! – счастливо воскликнула Наташа.

Она не стала входить в дом, а осталась в саду, боясь, что радость выдаст ее. Наташа опасалась, что по ее глазам прочтут, что она замыслила что-то коварное. Немного погодя, в сад вышли Кумазин и Федор. Надя пересказала мужу свой разговор с Лизой, и Фредерик решил, не теряя времени, помочь жене.

– Завтра же утром мы едем в Орловку, Федор, – начал разговор Кумазин. – Я понимаю, что тебе тяжело, но у тебя нет иного пути, кроме как смириться. Тебе не следовало возвращаться сюда…

– О чем ты, Фредерик?

– О том, что мы с тобой уезжаем, а Надя останется здесь на несколько дней. В Орловке мы спокойно обо всем подумаем. Пора положить конец этому нелепому, бессмысленному фарсу, который не сегодня-завтра закончится плохо. Пойми, Федор, это тупик. У тебя нет выхода, а потому ты скажешь князю, что все изменилось, что ты передумал заниматься землей, и что Орловка тебя не интересует… И знай – без тебя, я отсюда не уеду. Единственное, что ты можешь сделать для Лизы, это поехать вместе со мной и Надей… Если ты так сильно ее любишь, то смирись и пожертвуй собой…

– Ты хочешь, чтобы я бросил ее?! Ни за что!.. Послушай, Фредерик… я…

– Помолчи! – резко приказал Кумазин. Он посмотрел влево и пробежал вперед, раздвигая ветви кустов, но никого не нашел. – Странно… – пробормотал он. – Мне показалось, среди ветвей мелькнула юбка, словно кто-то прятался там и следил за нами, но никого нет... Может, это и нелепо, Федор, но, по-моему, мы не должны лгать и обманывать достойного человека.

– Фредерик, прошу тебя... – взмолился Лаврецкий.

– Но это правда. Александр – честный и благородный человек, и твое присутствие в доме под чужим именем постыдно и непростительно.

– Я же объяснял тебе, что Лиза в опасности, особенно из-за той женщины. Она ненавидит ее! Это она подстроила якобы несчастный случай, чтобы Лиза погибла! Я знаю, что это сделала она… и знаю, что она сделает многое другое!

– К несчастью, ты зашел слишком далеко, чтобы объясняться и раскрывать правду, – задумчиво промолвил Кумазин, – так не заходи еще дальше. Завтра же мы покончим с этим безрассудством. Так, по крайней мере, от нашей поездки в Малороссию будет польза, и я рад, что мы приехали сюда.