Чтение онлайн

Шэнь кивнул. И данная информация сразу прояснила две вещи в его мыслях: первая — он освобождается от ограничений и может хоть разрушить половину Пекина, лишь бы прикончить Северова. И если изначально из имперца хотели вытащить информацию и секреты о его методах, то теперь Мордред говорит — забыть, просто убить безо всяких допросов. А значило это уже второе — Мордред опасается, что Северов вырастет во что-то ТАКОЕ, что уже будет невозможно остановить.

— Передайте своему господину, распоряжение принято к исполнению. Северов будет устранён в пределах оставшегося срока.

— Мой Господин будет благодарен.

— Передайте также, что я рад этому уточнению. Оно соответствует моему собственному пониманию ситуации.

Посланник почтительно склонил голову.

— Передам, Лорд Шэнь. Мой Господин будет ждать вестей.

— Они будут, и очень скоро…

В горах Тибета, где обычные людские пути теряют смысл, куда нет дорог, существовала пещера. О ней знало лишь малое число людей этого мира, и те, кто имел это знание — был посвящён.

Её вход прорезался прямо в чёрной базальтовой скале высоко-высоко, где люди не живут. Здесь висят вечные туманы, не уходящие никогда — ни летом, ни зимой. Вокруг выжженный камень — не потому что кто-то его жёг, а по причине присутствия существа, обитающего внутри, сама порода вокруг не могла вынести силы, что покоится здесь долгие годы.

И сейчас около входа этой пещеры была целая делегация, а возглавлял её очень высокий мужчина. Светловолосый блондин, с ухоженной короткой бородкой золотистого оттенка, с изящными острыми чертами породистого лица, как эталон настоящего аристократа. Таких днём с огнём не сыщешь по всей Поднебесной, да и неудивительно — не принадлежал он к ней никогда, а род его тянется из старой Британии, при чём очееень давно. На первый взгляд — этому мужчине было пятьдесят, не больше. Но если присмотреться к глазам — холодным, льдисто-голубым, повидавшим слишком много, станет понятно, что ему гораздо…гораздо больше. В таком возрасте обычные люди давно лежат в семейных склепах, а не шастают по Тибетским горам.

На нём был длинный синий плащ, опускавшийся до самых щиколоток, с вышивками в виде старых геральдических знаков. Узнать их в Поднебесной не смог бы никто, ведь удивительно, но это были знаки культа, существование которого было лишь мифом. На пальцах британца красовались массивные перстни с камнями, и каждый из них являлся артефактом высшего класса. На руках — белые перчатки тонкой кожи, на ногах — высокие чёрные ботинки английского кроя, с серебряными пряжками. В правой руке — трость, с навершием в виде бронзового шара с гравировкой в виде розы, окружённой пятью лезвиями. Старая семейная эмблема, пережившая десятки поколений.

Стоя во главе делегации, он смотрел на вход в пещеру и понимал, что пришло встретиться с тем, кого весь его род, начиная ещё тысячи лет назад одновременно почитал и боялся. Их Богом.

Позади, ниже по тропе, стояли слуги в числе одиннадцати. Все в одинаковых бордовых рясах с глубокими капюшонами, скрывающими лица. Все босые, молчаливые. А в их плену, связанные, замученные трое Лордов. Два монгола и кореец. Они были взяты несколько недель назад, в короткой операции в степях за пределами китайской границы, параллельно основным делам. Каждый из них стоил армии. Но всё же нашлись руки, сумевшие схватить их и пленить. Теперь же, запечатав силы, поставили на колени перед входом в пещеру, в одном исподнем, с мешками на головах.

Им уже было сказано — куда и к кому их привели.

Но кто мог поверить, что ужасная присказка, легенда, передаваемая из поколения в поколение среди высокоранговых практиков, окажется явью? Гора, где живёт Бог. Когда практик становится великим, то Бог приходит за ним. Однако, сегодня этих троих привели сюда в качестве подношения, не более. Как коз — дьяволу.

Британец сухо произнёс:

— Начинайте.

Старший рясоносец кивнул, вынул узкий крючковатый ритуальный нож.

Десять оставшихся слуг вознесли руки и запели тихую песнь. Звучала она дико, на мёртвом языке, когда-то все люди говорили на нём, теперь же он забыт.

Под песнь и завывания старший крепче сжал рукоять ножа и снял мешок первому. Им оказался мужчина лет сорока пяти на вид, монгол, с широкими скулами и смуглой кожей. Он увидел нож в руке рясоносца, стиснул зубы, что-то промычал, из-за кляпа было трудно разобрать, но явно это было нечто смелое напоследок. И сектант стал резать ему горло. Тот захрипел, сжался, брызнула на земь горячая кровь, но нож продолжал резать плоть, пока голова не была отделена от тела.

Пение стало громче, возбуждённее, выше.

Следом также разобрались и с двумя остальными.

Британец вытер платком каплю крови на щеке, что попало ему на лицо, брезгливо убрал тот в карман. Затем активировал эфир и сделал сложные пасы руками, открывая контурный барьер, дабы пройти в пещеру. Иначе сюда не попасть. Да и сам ключ он лично ни за что бы не подобрал, ибо секрет барьера передавался уже тысячи лет от отца к сыну. Любой, кто попытался бы проникнуть в неё тайно, пожалел бы.

Контур деактивировался. Можно заходить.

Блондин опустил трость на камень. Снял с правой ноги ботинок. Потом с левой. Затем перчатки. Сложил всё это аккуратно на плиту, в том же порядке, как все предыдущие поколения его рода, и босой почтительно вошёл в пещеру.

Та уходила вглубь на десятки метров. При этом стены были покрыты старинными надписями… тысячи тысяч. При чём написаны одним почерком, вероятно одним и тем же человеком, или существом. Символами были исписаны даже потолок с полом. И кругом истлевшие рукописи. Стопки давно пересохшие, устилали всё кругом до самого потолка. Это была кладезь знаний. Целые горы, тонны, накопленные одним существом, впитывавшим все известные эфирные техники и практики мира, будто оно что-то искало, но безответно.

А в центре самого углубления, в ровном свечении расписанных символов на стенах, на плоском булыжнике сидело то самое существо, в позе медитации.

На нём были лишь коричневые хлопковые штаны, подвязанные верёвкой. Сам высокий, что ощущалось даже когда он сидит, не менее трёх метров в высоту. Сухой, как древнейшее дерево. Через белёсую кожу просвечивали тугие, как проволока, мускулы. Грудная клетка, с торчавшими рёбрами, дышала медленно, глубоко, как у спящего тигра. Длиннющие жилистые руки сложены на коленях ладонями вверх. Тощие пальцы с потемневшими от времени ногтями. На черепе ни волоса, лишь пигментные пятна, как следы прожитых веков. Седая борода шла до пупа. Глаза закрыты. Лицо всё в морщинах, при чём давно уже нечеловеческих. По нему было вообще неясно — кто он? Ни азиат, ни европеец, просто очень-очень старый человек.

Британец подошёл к нему. И плевать, что сам был Лордом, перед которым в обыденной жизни склонялись короли, генералы и канцеляристы всех континентов, опустился на колени, после чего поклонился, уперев лоб в каменный пол.

— Первый, — произнёс он благоговейным голосом без сомнений, без хотя бы намёка на собственное достоинство, ибо достойный только Бог перед ним. Абсолютная вера. — Я пришёл к Вам с докладом и подношением.

Существо не открыло глаз, не двинулось.

Но через некоторое время тишины заговорило.