Чтение онлайн

— Есть, магистр!

Пока помощницы склонились над приборами, она быстро прочитала письмо.

«Помню о договорённости… вернусь через неделю… совершить запланированное в спокойной обстановке… без лишних глаз…»

Под зеркальным забралом женские губы дрогнули в улыбке. Совсем лёгкой, едва-едва заметной.

Значит, всё ещё не знает об обычае уралок? Или…

Или знает?!

Она сглотнула. Читает постскриптум.

«Кстати, спасибо. Сама знаешь за что. Ценю.»

Он благодарит за молчание о трансформации. И даже не догадывается, что она готова хранить куда больше его секретов.

— Магистр, второй узел стабилен, — доложила помощница. — Переключать не требуется.

— Хорошо, — Абызова сложила письмо, убрала во внутренний карман плаща. — Лена, проверь температуру кристаллов в пятом секторе. Вера, перекалибруй датчики на западной стене.

— Есть!

Девушки разошлись выполнять задачи. Абызова вернулась к панели управления, но мысли были далеко-далеко.

Две недели. У неё есть время подготовиться. Морально. Физически. Решить, что надеть. Какую причёску сделать. Глупости, но… очень важные глупости!

Её пальцы автоматически вносили коррективы в настройки нового сектора барьера, но разум планировал совсем другое. Где встретиться? В таверне слишком людно, в форте всегда кто-то есть. Нужно место, где никто не помешает. Где она сможет спокойно снять шлем и…

— Магистр Абызова! — Лена вернулась. — Температура в пятом секторе в норме, но есть небольшая флуктуация в четвёртом.

— Покажи данные, — Абызова мгновенно переключилась.

Работа — вот её спасение. Способ не думать о письме, которое жгло грудь через ткань. О том, что через две недели изменится всё. О том, что снять шлем перед мужчиной для уралочки означает стать его женой…

Южные ворота Морозного Клыка

Александр грузил в повозку тюки сена и мешки с зерном для яков, дабы кормить животину в дороге. В третьем лагере, в коем он служил штрафником, сменит их на лошадей, но до туда ещё добраться нужно.

Для себя провиант также не забыл, как и свой багаж.

Закрыв тент, обошёл телегу и взобрался на место возницы. Накинул капюшон зелёного плаща. Затянул подаренный Фреей шарф и, взяв упряжь, хлестанул по бокам яков:

— Но-о-о! Пошли!

И рогатые, фыркнув паром, потопали по утоптанной дороге на выход из города.

Впереди — неделя пути, встреча с бабушкой, оформление документов. И парочка вопросов к старым знакомым.

Примечание: вроде вопросы закрыты (временно), теперь нас ждёт Петербург!))))) Надеемся, Саню снова не посадят и он не приедет на битву в качестве штрафника ХА-ХА-ХА))))) Вот бы Разин офигел)))))))

Вечереет. Я в пути. Яки топают по заснеженной дороге, фыркают паром. Сижу на облучке, ветер трепет капюшон плаща. Холод собака, минус тридцать пять по ощущениям. Благо с серебряным ядром, комфортно как в вечные +25.

Морозный Клык остался позади. Удаляюсь всё дальше и дальше. Впереди — неделя трясучки по зимним дорогам. Ночевка под открытым небом. Красота. Отличное время дабы перезагрузиться. Маленькое путешествие, что полезно для ментального баланса каждому мужику с кучей проблем. Ты просто становишься частью природы, возвращаешься к истокам. Хотя бы отчасти и временно.

Поправляю манжет перчатки, запихивая под рукав. И тут духовное чутьё дёргается. Кто-то следит.

Не оборачиваюсь. Делаю вид, что ничего не заметил. Просто активирую ядро и усиливаю периферийное восприятие.

Трое.

Метрах в трёхстах позади. Держат дистанцию, не приближаются. Движутся треугольником — один по центру на повозке, двое по флангам. Мастера — все трое.

Усмехаюсь. Разин — старый лис. Приставил эскорт значит.

Решаю не играть в кошки-мышки ближайшие восемь дней пути. Слишком нудное занятие. Так что резко дёргаю вожжи влево, направив яков к лесной полосе. Те недовольно мычат, но слушаются.

Проезжаю меж деревьев, скрывшись в гуще, и останавливаюсь. Слезаю, потягиваюсь. Открываю флягу, делаю пару глотков чая. Ещё теплого. Спасибо тетушке Марте — угостила в дорогу. Слышу приближение моих «сопровождающих». Убираю флягу. Неспешно подхожу к дереву справить нужду.

— Господа офицеры, — говорю спокойно, завершая своё дело. — Может, покажетесь? Неудобно как-то получается — вы за мной следите, а я даже не знаю ваших имён.

Секундная пауза. И из-за деревьев выходит высокий мужчина в белом маскировочном плаще. Лет сорок, с рыжей щетиной и обожженным левым ухом. Глаза голубые, внимательные.

— Капитан Воробьёв, спецгруппа «Тень», — представляется он. Голос хрипловатый, чистый столичный говор. — По приказу генерала Разина сопровождаем вас до Петербурга, подполковник.

«Тень»? Слышал о них. Элитное подразделение. Занимаются важными, нестандартными поручениями.

— Понятно. Генерал мог хотя бы предупредить, — говорю без упрёка, просто по факту. — Я был бы не против.

— Приказ был выслать эскорт незаметно, — Воробьёв пожимает плечами. — Но вы нас засекли быстрее, чем ожидалось.

— Здесь хоть и холмы с лесами, но дальше и вовсе снежные степи. Не заметить было бы невозможно, — завязываю шнуровку брюк.

Капитан кивает. Достаёт из-за пазухи фляжку, протягивает:

— Северная водка. Угощайтесь.

Принимаю, делаю глоток. Горло дерёт огнём. Слеза Йёти. Сука. Зарекался же!

— Благодарю. — отдаю обратно это адское горючево. — Раз уж нам по пути, давайте договоримся — вы не маячите прямо за спиной, а я не пытаюсь от вас сбежать. Идёт?

— Разумно, — соглашается Воробьёв. — Будем держать дистанцию в полкилометра. Достаточно?

— Вполне. И капитан, понимаю, ваши люди хорошо подготовлены, но левый фланговый слишком активно использует эфир при перемещении. В лесу — не критично, конечно, но на открытой местности его легко заметят.

Тот улыбается:

— Учту. Лейтенант Бурунов у нас недавно, всего месяц в группе. Ещё учится нашим методам.

— В «Тень» берут новичков? — удивляюсь. — Я думал только проверенных бойцов. Ветеранов.

— Парень с особыми обстоятельствами. Генерал лично рекомендовал.

Понятно. У Разина на всех есть свои планы.