Чтение онлайн

— Принеси мне досье этого Воробья. Сейчас же.

— Есть!

Разин проворчал что-то невнятное. Почему он вдруг вспомнил о мальчишке? Волкове. Жаль, что его здесь нет, его навыки стали были как нельзя полезными. Вздох. И архимагистр вновь оглядывает собравшихся. Лица у всех усталые, однако решительные. Профессионалы, на которых можно рассчитывать и доверить судьбу всей Империи.

— Господа, завтра будет тяжелее. Намного. Британцы поняли, что лобовая атака не прошла. И завтра бросят всё, что есть. Сорок четыре тысячи против наших двадцати шести. В бой пойдут высшие практики. Будьте готовы ко множеству дуэлей.

Кивки. Все понимали — завтра самый решающий день. Ведь в бой вступят основные составы мастеров и магистров. Десятки спецов. Обычно подобные битвы магистров проходят меж собой, да и мало кто из пехотинцев решится вмешаться, а значит — большинство командиров будут дуэлировать с командирами Британии. И боевые техники, что будут уходить «в молоко» троекратно будут косить средних практиков, не успевших свалить куда подальше.

— Резервов мало, — продолжает Разин. — Если Британия прорвётся в нескольких местах одновременно, у нас не хватит сил затыкать все бреши. Придётся выбирать, что держать, а что отдать.

Гусев хмуро кивает.

— Так точно, господин генерал.

— Если не удержимся завтра, — Разин тычет на карту, на Морозный Клык, — отступаем в город. Но это будет стратегическое поражение. Британцы получат контроль над рекой. Сойдёт лёд, и направят сюда свои корабли, разбомбить его.

Снова молчание. Все понимают ставки.

— Поэтому, — генерал выпрямляется, — завтра держимся до последнего. Любой ценой. Ясно?

— Так точно, господин генерал! — отвечают офицеры хором.

— Отлично. Отдыхайте. Подъём в пять утра. Офицерское совещание в шесть. В семь начинаем готовиться. Да хранит нас Империя.

— Да хранит нас Империя!

Британский штаб

Штабная палатка британского командования была больше имперской. Намного. Высокие потолки, поддерживаемые массивными деревянными балками. Стены украшены знамёнами полков, участвующих в кампании. Быки, Львы, Грифоны, Розы. По периметру эфирные фонари, излучающие ровный белый свет. В центре — огромный стол из тёмного дуба, на коем распласталась карта местности. Детальная, с цветными пометками. Красные фишки обозначали британские позиции, серые — имперские. И поле боя, отмеченное крестиками в местах особо ожесточённых столкновений.

Вокруг стоят офицеры. Двадцать человек. Полковники, подполковники, майоры. Все в безукоризненных мундирах синего цвета с золотым шитьём. Серьёзные, уставшие, но дисциплинированные. Британская военная элита.

И все взгляды прикованы к единственной фигуре во главе стола.

Женщине.

Генералу Аннабель Винтерхолл, известной всему миру как «Стальная Роза».

Ей сорок пять, хотя выглядит на тридцать. Архимагистр второй ступени, так что неудивительно, что её тело пропитано эфиром настолько глубоко, что старение замедлилось. Волосы цвета платины, собранные в строгий узел на затылке. Высокие скулы, тонкий нос с лёгкой горбинкой хищной птицы. Бледная кожа. Выразительные алые губы. И глаза, что пугали больше всего. Льдисто-голубые, цвета зимнего неба перед метелью. Красива? Определённо, но смотреть на неё — как смотреть на обнажённый клинок: восхищаешься мастерством, но понимаешь, что одно неверное движение, и перережет горло.

Мундир синего цвета облегал её фигуру безупречно. Подчёркивал атлетичное телосложение. Спортивные плечи, узкую талию, длинные ноги. Военный портной явно старался, понимая цену ошибки. На воротнике — знаки отличия.

Она стояла, опираясь костяшками пальцев на стол, смотрела на карту. Молчала. Офицеры — рядом, тише воды, ниже травы, не смея нарушить тишину.

Наконец, Аннабель поднимает голову. Оглядывает собравшихся взором, коим можно было заморозить мясо.

— Итак, джентльмены, — произносит она негромко. — Первый день подошёл к концу. Надеюсь, у кого-то из вас есть хорошие новости. Потому что плохие я не переношу.

Последнее звучит как угроза. Несколько полковников непроизвольно выпрямляются.

Она смотрит на Томаса Хартли, командующего авангардом. Тот делает шаг вперёд, прикладывает руку к груди.

— Генерал. Три волны атак проведены согласно плану. Имперская оборона прощупана по всей линии. Основные узлы сопротивления выявлены и картированы. Артиллерийские позиции противника зафиксированы. Расположение их резервов определено.

— Потери?

— Шесть тысяч восемьсот человек. Убитыми и тяжело ранеными.

Аннабель молчит. Смотрит на Хартли так, будто оценивает, стоит ли он всех этих потерь. В итоге кивает.

— Приемлемо. Разведка боем — дорогое удовольствие, но необходимое. Продолжайте.

Хартли едва заметно выдыхает. Пронесло.

— Имперцы потеряли около четырёх тысяч. У нас, с учётом потерь, сорок три тысячи двести.

Аннабель поднимает руку, дабы тот умолк.

— Статистически нашего превосходства достаточно для победы, — произносит она с ухмылкой, — но недостаточно для моих амбиций.

Ведь её планы простирались куда дальше победы в Долине. Ей нужен был Морозный Клык. И стоит только разбить армию Разина в пух и прах — Клык будет взят. Нужно лишь не дать имперцам возможности на передышку.

Она переводит взгляд на майора Уильяма Грейсона, начальника разведки.

— Майор. Что с нашим подарком имперцам? Статус.

Грейсон — невысокий, худощавый, с лисьим лицом и острыми глазами, выпрямляется по стойке «смирно».

— Генерал. Отряд полковника Маккензи выдвинулся согласно графику. Десять тысяч человек. Лёгкая пехота, конница, полевая артиллерия. Маршрут проложен через восточные леса и предгорья, в обход всех имперских наблюдательных постов.

— Время прибытия?

— Ожидаемо завтра, после полудня. Между двумя и тремя часами дня, генерал. Удар планируется во фланг или в тыл имперцев, в зависимости от развития основного сражения.

Аннабель ухмыляется, от чего парочка офицеров непроизвольно отступают на полшага.

— Десять тысяч свежих солдат в спину измотанному врагу, — произносит она с наслаждением, будто дегустирует дорогое вино. — Имперцы будут обескровлены основным боем, резервы исчерпаны, и тут им в задницу въезжают десять тысяч. Как жестоко… Всё как я люблю.

Она оглядывает офицеров, уже куда жёстче.

— Имперская разведка засекла манёвр?

— Никак нет, генерал, — отвечает Грейсон уверенно. — Полковник Маккензи соблюдает строжайшую скрытность. Движется через местность, которую имперцы считают непроходимой для крупных сил. Никаких костров, никаких разведывательных отрядов вперёд, поддерживают абсолютную тишину. Темп медленный. Имперские дозоры не обнаружат их до самого удара.

— Превосходно, — Аннабель кивает.

Она проводит пальцем по линии от британских позиций к имперским. Ногти длинные, острые, накрашены кроваво-красным лаком.