Чтение онлайн

— Неплохо справляетесь для служанки! — бросает он через плечо, и я чувствую, как волна гордости меня захлёстывает.

Мы направляемся к городу, раскинувшемуся неподалёку от крепости. По дороге нам встречается мальчишка, пасущий стадо рогатых существ, похожих на коз, с шерстью, переливающейся всеми оттенками песка. Они неспешно щиплют редкую растительность на каменистом пустыре под их копытами.

Останавливаемся у мальчишки. Эдриан бросает ему серебряный жетон, который тот ловит на лету.

— Присмотри за лошадьми, — спокойно говорит Эдриан.

Мальчишка радостно кивает:

— Не беспокойтесь, будут целы и невредимы!

— Старая валюта, — добавляет лорд Эдриан, видя мой вопрос в глазах. — Жетон в десять капель. Тут, в глуши, иногда такое попадается.

Оставив лошадей парнишке, мы продолжаем путь пешком по узким каменным улочкам.

— Итак, Элис, — начинает он, не сбавляя шага. — Давай поговорим о магии. Твоя внутренняя драконица пока слаба, но уже сейчас ты можешь претендовать на титул драконорожденной. Совету хватит и одного крыла, чтобы подписать документы. Однако, как только ты заявишь о себе, на тебя начнётся охота.

Я хмурюсь. О магии я практически не думала, все эти дни были посвящены выживанию. Но слова Эдриана заставляют посмотреть на ситуацию по-новому.

Может быть, настоящая Ирис не была «сломанной», а просто скрывала свой дар? Или же зелье Эдриана пробудило то, что дремало в ней долгие годы?

— Охота? — переспрашиваю я, стараясь не выдать своего волнения. — Кто охотится на драконорожденных? И зачем?

Эдриан останавливается, его взгляд становится серьёзным.

— Многие жаждут нашей силы, Элис. Одни хотят использовать нас в своих целях, другие — уничтожить, боясь нашей мощи. — Он снова шагает вперёд, и мне приходится поспешить, чтобы не отстать. — В любом случае тебе нужно научиться контролировать свою магию, Элис. Это твой единственный шанс выжить. Особенно учитывая, какой редкой и мощной является магия воды.

Его слова заставляют меня поёжиться.

— А как… как вообще пробуждают дракона?

— Раньше мы могли превращаться в драконов целиком, — говорит Эдриан, погружаясь в воспоминания. — Эта сила была с нами с рождения.

Я удивлённо вскидываю брови, представляя, каково это — ощутить в себе силу огромного дракона с самого детства.

— Но теперь, — продолжает он, — чтобы раскрыть магию, мы нуждаемся в сильном потрясении. Первый полёт. Мы называем это инициацией. Опасность разбиться будит инстинкты, желанию выжить… и магию.

Я невольно сглатываю, представляя, как это должно быть — шагнуть в пустоту, не зная, раскроются ли твои крылья.

— Инициация? — переспрашиваю я, едва дыша.

— Да, но это опасно. Некоторые в погоне за силой, рискуют, не дождавшись второго крыла. Гораздо безопаснее выждать, пока оно проявится хотя бы в зачаточном состоянии.— Эдриан бросает на меня быстрый взгляд. — Итак… ты поняла? Основа — потрясение. Сильные эмоции.

— Поняла. Полёт и потрясение, — повторяю, чувствуя, как где-то внутри шевелится страх. — А если… если прыгать совсем не хочется? Есть ли другой способ?

Эдриан задерживает на мне взгляд, и я чувствую, что он колеблется, прежде чем ответить.

— Иногда полёт заменяют… близостью с другим драконорождённым. Но это огромный риск. Пока твоя драконица слаба, магию могут похитить. Поэтому сосредоточься на полёте, Элис.

Лиорд Эдриан замолкает, и я чувствую, что это ещё не всё. Через мгновение он добавляет:

— А потом… тебе лучше найти могущественных союзников, Элис. Иначе станешь желанным трофеем для каждого, кто о тебе узнает. Магия воды — самая редкая и ценная в нашем мире. Ты — словно живой источник в пустыне. И за такой источник драконорожденные готовы убивать. Поэтому держи свою силу втайне.

Я киваю, чувствуя, как холодеют ладони. Мысль, что я для них всего лишь магический ресурс, пугает, оставляя после себя странное, гнетущее чувство уязвимости.

— Но какая же это тайна, лиорд Эдриан? — спрашиваю я. — Если минимум двое знают о моём… водяном крыле. Хранитель Ривз и вы…

Лиорд останавливается и бросает на меня уверенный взгляд.

— Ривз не расскажет, — говорит Эдриан с мягкой улыбкой, которая греет, но не до конца успокаивает. — Когда-то я качал его вот этими руками. Он — сын своего отца, и для него честь и долг — не просто слова. Ривз знает, кому служит и что значит защищать, даже если ради этого приходится скрывать правду.

Эдриан делает шаг ко мне.

— Я никому не скажу, — говорит он тихо. — Ни о твоей магии, ни о том, кем ты на самом деле являешься… Ты ведь не служанка Элис, верно? — Он чуть прищуривается, словно пытаясь разгадать мою личность. — Зачем ты рядом с Ирис Мелани, на которой собирается жениться мой сын? Мы редко бываем в Цитадели, но, несмотря на обрезанные волосы, ты вовсе не бескрылая. Беглянка? Ссыльная?

Взгляд Эдриана прожигает насквозь. В голове роятся вопросы. Как он узнал? Что он ещё знает?

Хочется сжаться, стать невидимой. Вокруг — домики как с картинки: с черепичными крышами, аккуратными заборчиками, искусственными клумбами. Даже бельё на верёвках казалось развешанным по линейке. И на фоне этой приторной идеальности — я.

В этот момент у кривого дерева, метрах в десяти от нас, раздаётся детский всхлип. Маленькая девочка подпрыгивает и тянет руки к веткам, сквозь слёзы выкрикивая:

— Цифра! Цифра!

Невольно перевожу взгляд на неё, отвлекаясь от тяжёлого разговора. Девочка уже ревёт в голос, и я, пользуясь моментом, делаю шаг в её сторону.

— Что случилось? — спрашиваю, стараясь говорить спокойно, хотя сердце всё ещё колотится где-то в горле.

— Она… она застряла! — сквозь слёзы произносит девчушка с туго заплетёнными косичками.

Я поднимаю голову, вглядываясь в редкую листву. Оттуда выглядывает чёрная, как уголь, кошачья морда с хитрым прищуром. Кажется, сама кошка нисколько не страдает, в отличие от своей хозяйки.

— Не думал, что ты всерьёз говорила про кота на дереве, — раздаётся за моей спиной голос Эдриана.

Оборачиваюсь. Лиорд стоит, скрестив руки на груди, и с лёгкой иронией наблюдает за происходящим.

— Клянусь, это случайность, — отвечаю я, поднимая руки в знак своей невиновности.

— Если я не вернусь домой через две минуты, отец меня выпорет! — Ещё громче рыдает девочка, не обращая на Эдриана никакого внимания.

Чувствую, как напряжение, сковывавшее меня всего минуту назад, немного отпускает. Эта маленькая бытовая драма, разыгравшаяся на фоне моего внутреннего смятения, кажется нелепой и в то же время… отрезвляющей.