Чтение онлайн

— А чего это хранительница крепости сама по рабочим бегает? — лениво протягивает один из них.

Я спокойно выдерживаю его взгляд.

— Потому что крепость — моя.

Мужчины переглядываются, но никто не спешит ответить. Бородатый качает головой, скрестив руки на груди.

— Нет, лиора. Мы в крепость не пойдём.

— Почему? — спрашиваю, сдерживая раздражение.

— Хватит с нас слухов, — бурчит кто-то сбоку.

— Уж мы-то знаем, что там творится, — добавляет другой. — Последний мастер, что согласился работать в крепости, пропал.

— Пропал? — я нахмуриваюсь. — Что значит «пропал»?

— Ушёл и не вернулся, — пожимает плечами бородатый. — Жена его искала, но только плащ у ворот нашли. Никто не знает, что с ним стало.

— Может, он просто сбежал? — спрашиваю.

— Может. А может, его крепость сожрала, как и всех до него.

Некоторые кивают, соглашаясь, и мне становится ясно, что их уже не переубедить. Слухи здесь сильнее логики.

— Значит, не согласны?

— Не согласны, — бурчит бородатый. — Мы ценим свою жизнь.

Я прищуриваюсь.

— Но вы ведь не отказываетесь от капель?

— Капли хороши, когда их есть кому тратить, — ухмыляется он.

Меня начинает раздражать эта самодовольная уверенность.

Женщина с трудом несёт тяжёлый поднос с новой порцией эля и ставит его на стол под навесом — массивные бокалы гулко звенят друг о друга. Она стягивает полотенце с плеча и замахивается, готовясь врезать бородачу.

— Эйзербет, хватит народ пугать! — ворчит она. — Враки это всё! Никого крепость не жрёт! Фуриел сам пропал — от жёнки сбежал в Одиннадцатый к любовнице. А вы! Сплетники!

Женщина бросает на меня быстрый взгляд, чуть прищуривается, словно решая что-то про себя. Затем её лицо озаряется дружелюбной улыбкой.

— О, добрые люди! Путь держите к крепости? — Голос её становится приветливее. — Не слушайте этих болтунов, сплетни они разносят, будто куры на базаре! У нас комнат полно, регион хороший, добротный. Все уже знают, что хозяйка в крепости новая. Да не простая, ох, не простая! Сейчас, как другие регионы узнают, что она магией воды владеет, так набегут! Ох, набегут!

Женщина прищуривается, словно что-то прикидывая в уме, и с усмешкой бросает через плечо:

— Пойду-ка скажу моему дорогому супругу, что пора цены поднять.

Затем оборачивается к бородачу и грозно произносит:

— Эйзербет, последний раз эль по этой цене! В следующий раз будет вдвое дороже!

— Стерва, — хмыкает бородач, берёт с подноса бокал и делает глоток. Затем, глядя на меня, ухмыляется: — Слышали? Всё равно в крепость не пойдём! К бабе под юбку? Вот уж нет! Неужели не могли достойного наследника найти?

— Тебя, что ли? — хохочет его рыжий сосед.

— А почему бы и нет?! Все знают: мужик лучше бабы!

— И чем же? — не выдерживаю я.

Бородач ухмыляется, отхлёбывает эль и шумно ставит бокал на стол.

— А хоть чем! — самодовольно заявляет он. — Мужик — это сила, ум, надёжность! А баба что? Только языком молоть да торговать.

Я прищуриваюсь.

— Надёжность? — повторяю, кривя губы. — Фуриел был надёжным? Сбежал к любовнице, бросив жену и работу?

За столом — смешки. Кто-то шумно втягивает носом эль, едва не захлебнувшись.

Бородатый хмурится, и тут же качает головой:

— Фуриэл — баба, не мужик, — бурчит он. — Раз от жёнки сбежал.

Я медленно подаюсь вперёд, чуть склонив голову набок, и спрашиваю с мягкой, но ощутимой насмешкой:

— А я, значит, тоже баба?

Бородач приоткрывает рот, но тут его сосед, рыжий коренастый мужик, уже трясётся от смеха.

— Эйзербет, лучше не нарывайся!

— Не нарывайся, — передразнивает бородач, выпрямляясь. — И что, лиора, сделаете? Напугаете нас?

Я чувствую, как внутри нарастает желание ткнуть его носом в собственные слова, но сдерживаюсь.

Магия? Безусловно, она их впечатлит. Но этого недостаточно.

Я медленно выдыхаю, складываю руки на груди, намеренно оттягивая момент ответа.

— Ладно. Не хотите работать — ваше дело.

За столом воцаряется тишина.

— Вот именно, — наконец бурчит бородатый, хватаясь за бокал.

Я спокойно продолжаю:

— Тогда я найду тех, кто согласится. Может, не каменщиков, а кузнецов. Охотников. Людей, которым нужны капли и которые не боятся сказок.

Рыжий покашливает в кулак, будто собираясь что-то сказать, но передумывает.

Другой с заострёнными скулами хмурится, нервно постукивая пальцем по бокалу.

Бородатый сжимает челюсть — и скрипит зубами.

— Через неделю все колодцы крепости заполнятся водой. И догадайтесь, кого я пущу первым к источнику с чистой водой? — добавляю чуть тише, но с нажимом.

Я подмечаю, как рыжий сглатывает.

Вода. В этом мире она на вес золота. Если я сделаю, что задумала, то ресурсы крепости станут доступными для всех.

— Мы… — хрипло начинает кто-то, но осекается.

Я поворачиваюсь, делая шаг назад.

— Через неделю колодцы наполнятся водой, — напоминаю спокойно. — Вопрос в том, будете ли вы первыми в очереди.

Бородатый сжимает кулаки, снова скрипит зубами.

— Лиора… будь оно всё неладно… — он выдыхает. — Нам это не нравится. Крепость нам не по душе.

— Хотим магическую защиту! — вставляет рыжий.

Я едва сдерживаю улыбку.

Остальные медленно кивают. Иногда страх можно победить только более сильным желанием выжить.

Позволяю себе небольшую паузу, затем спокойно говорю:

— Я понимаю ваши опасения. Но знайте: пока вы работаете в крепости, я лично гарантирую вам защиту.

Некоторые смотрят с сомнением, кто-то хмыкает.

— Вы? Защиту? — бородач ухмыляется, кривит губы. — Чем? Словами, что ли? Да от них крепость не устоит! Нам драконарожденный нужен — в нём магии хоть залейся. А не ба… — он осекается, но ухмылка не сходит с лица. — Не вы, лиора.

Я не отвечаю — вместо этого медленно поднимаю руку. Вода внутри меня откликается: холодная, живая, непокорная. Она бурлит, растекаясь по венам, колет кожу ледяными иглами.