Чтение онлайн

______________

* Супрефект - помощник префекта.

Сменившись, доблестный воин направился в таверну "Черная Венера", чтобы побалакать с моряками и солдатами - завсегдатаями заведения.

Синий человек! Не может быть! Невероятно! Откуда он? Сбежал из зверинца, дикарь, животное о четырех конечностях, татуированный ирокез, будущий обитатель зоологического сада? Или еще того пуще? Кто же он?

Его надо увидеть!

Военные, штатские, моряки - все ринулись в порт, к пароходу, в надежде лицезреть, как Синий человек спускается по трапу на землю.

Куда там! Синий человек, или как его там, не показывался. Скрипели снасти*. Трещали стропы**. Хрипела какая-то лошаденка. Из багажного отделения доставали бесчисленные ящики.

______________

* Снасти - комплект инструментов, приспособлений для чего-либо.

** Стропы - кольцо из каната, цепи или веревки для охватывания груза и подвешивания его к крюку крана при погрузке.

Вслед за пассажирами вышел и один из моряков. Но он переоделся, и никто не обратил на него ни малейшего внимания. Человек быстрыми шагами направился на телеграф и послал депешу* следующего содержания:

______________

* Депеша - спешное уведомление, телеграмма.

"Мадам Обертен-младшей, вилла Монплезир, Оливе, Луаре.

Сегодня же будьте в Гавре*. Болен, обезображен. Любой ценой отыщите меня в отеле "Фраскати". Важное дело. Отца не предупреждайте. К встрече со мной необходимо подготовиться.

Феликс Обертен".

______________

* Гавр - портовый город во Франции.

Отправив телеграмму, моряк поехал на вокзал и заказал на завтрашний ночной поезд спальное купе и багажное отделение. Затем снял номер в отеле "Фраскати" и вернулся на пароход, расталкивая собравшихся на причале зевак.

Наступил вечер. К счастью, полил сильный дождь, и любопытным волей-неволей пришлось разойтись по домам.

В десять часов, когда ливень лил как из ведра, трое мужчин и мальчик в сопровождении капитана спешно покинули "Виль-де-Рио". На всех четверых были резиновые плащи с огромными капюшонами, целиком скрывавшими лица.

Капитан тепло пожал руку одному из них и сказал:

– Прощайте, месье! Удачи вам и доброго здоровья!

– Прощайте, капитан, и спасибо за все! Никогда не забуду вашей доброты и вашего молчания.

Через несколько минут люди скрылись в дверях отеля и заняли снятые днем апартаменты.

Заперли двери. Плащи развесили в прихожей.

Читатель, безусловно, догадался, чьи знакомые и симпатичные лица скрывались под капюшонами. Феликс Обертен, Жан-Мари, Беник и Ивон.

Трое пышут здоровьем. Но парижанин, увы, совсем обессилел и посинел, как никогда.

– Ничего, месье Феликс, - сказал боцман, - мы дома, и все в порядке.

– Страшно признаться, дорогой мой, но я тоскую о бразильских лесах, о моих индейцах и приключениях.

– Ба! Оставьте эти мысли, месье. Разве это жизнь? Так долго не просуществуешь.

– Как говаривал Генипа... Ах! Генипа!.. Это имя странно звучит здесь, в большом городе, среди газовых фонарей, звона электрических звонков, гула железнодорожных составов.

– Это верно!

– Да, Генипа был прав. Там я был Синим человеком, хозяином, богом. Меня уважали и любили. А что ждет меня здесь? Синий человек здесь - монстр... Диковинное животное!

– Вы увидите жену, родителей, вашу малютку...

– Мне страшно показаться им в таком виде!

– Вот еще! Оставьте эти мысли! К тому же у вас кое-что есть с собой.

– Жан-Мари, вам бы с Ивоном нужно вернуться на судно. Капитан ждет. Надо выгрузить ящики и доставить их сюда. Беник останется со мной.

– Есть, хозяин. Мы идем.

Ожидая возвращения друзей, бакалейщик принялся перелистывать справочник железных дорог, а боцман, наконец расслабившись, закурил любимую трубку. Ему очень нравилось в отеле.

"Депеша ушла в два часа... Жена должна была получить ее в четыре, самое позднее в пять. Значит, могла сесть на орлеанский поезд, который отходит в шесть часов и приходит в Париж в четверть десятого. Так... четверть десятого... Нормандская ветка... вот она... Поезд на Гавр отходит только в десять минут двенадцатого. На место прибывает в пять минут шестого утра. Брр! Ну и настроение у нее будет! Чего можно ожидать после ночи, проведенной в дороге?! Ладно! Как говорит капитан, мужайтесь!"

– Беник, надо бы поесть и выпить. А потом я посплю. Эй, дружище!

– К вашим услугам, месье.

– Закажи-ка торжественный ужин. Пусть накроют прямо здесь. А я пойду в свою комнату, чтобы прислуга меня не видела.

Боцман тут же нажал на кнопку электрического звонка, а Синий человек, удрученный своим положением, осторожно направился в соседнюю комнату.

Явился официант. Изучив меню, бретонец немного смутился. И половина названий блюд были ему незнакомы. Тогда находчивый моряк приказал принести все самые дорогие кушанья и самые старинные вина.

– Накройте на четверых. Весь провиант, напитки, посуду, словом, все, принесите сразу. После чего задрайте все люки, то есть закройте все двери и можете быть свободны. Прислуга нам не понадобится.

Вскоре в комнату принесли ящики с золотом, накрыли на стол, и четверо друзей в предвкушении удовольствия уселись ужинать. Чего-чего только здесь не было! Повар постарался на славу.

* * *

Пять часов утра. Беник и Жан-Мари, наевшись до отвала, заснули тут же, в комнате. Феликс съел немного и всю ночь не мог сомкнуть глаз. Его охватило беспокойство. Лежа в кресле-качалке, он тихо покачивался и беседовал с беспрерывно зевавшим Ивоном.

С улицы послышался грохот подъехавшего экипажа. Через несколько секунд в коридоре раздалось нервное торопливое постукивание каблучков. Бакалейщик сейчас же узнал этот звук.

В дверь постучали.

– Ивон, дитя мое, - произнес Обертен севшим от волнения голосом, открой, а потом сразу иди спать. Черт побери! Никак не могу собраться.

В ту же минуту в дверях появилась юркая фигурка. Лицо женщины скрывала вуаль*. В руках она держала плед.

______________

* Вуаль - прозрачная тонкая сетка из тюля, прикрепляемая к женской шляпке и закрывающая лицо.

Войдя, она подняла вуаль, уронила плед, протянула вперед руки и закричала:

– Феликс! Мой бедный друг... Ах! Я уж и не надеялась увидеть тебя!

– Дитя мое... Дорогая моя, - бормотал больной, смущенный и почему-то позабывший тут же обо всех неприятностях, которые когда-либо причиняла ему эта женщина.

Он встал и тоже протянул к ней руки. Свет озарил его лицо! Женщина в ужасе отпрянула, потом, потрясенная, прислонилась к стене и прошептала:

– Боже правый!..

– Чудовище! Я похож на монстра, не так ли?