Чтение онлайн

Он повел нас по коридору. Мы завернули за угол и вошли в палату. Сандра Шэйн, сидевшая в постели, выглядела просто замечательно. Ее черные волосы волнами струились по плечам, почти полностью закрывая повязку на ране. Пикантное личико было слегка напудрено и бледно, а черные глаза озадаченно смотрели на нас.

– Привет, - сказала она мне.
– Как вы себя чувствуете?

– Благодарю, паршиво, - проворчал я.
– И чем дольше это будет продолжаться, тем паршивее я буду себя чувствовать. Ну-ка, взгляните на этих двоих ребят. Никто из них не спускался вчера ночью из квартиры Мандерхейма?

– Спускался.

– Этот?
– я показал на Соронова.

– Нет, другой. Мистер Дельброк.

– Вы уверены?

– Да.

Я повернулся к нему.

– Извини, Джош. Ты был моим другом, но ты сам видишь, как все обернулось.

– Нет!
– рявкнул Дельброк.
– Ничего я не вижу.

– Ты убийца, - сказал я.

– Ты что, смеешься? Я думал, ты на моей стороне.
– Он отступил на шаг, и мгновение спустя в его руке появилась пушка.

– Все замерли!
– приказал он.

10

НЕПОДВИЖНАЯ ЛУНА

Этот трюк с револьвером застал всех нас врасплох. Сандра Шэйн начала тихо плакать. Дональдсон, забыв о правилах хорошего тона, начал ругаться. Мой таксист от изумления разинул щербатую пасть. А Соронов, как и положено артисту, начал мелодично позвякивать наручниками.

– Не поймите меня превратно, - твердо сказал Дельброк.
– Этот револьвер у меня только для самозащиты, это не признание вины. Я ни в чем не признаюсь.

– Можешь сознаваться. Против тебя железные улики.

– Черта с два! Ты сам мое алиби.

– К этому мы вернемся позднее, - сказал я.
– Сейчас я хочу прояснить вопрос о мотиве преступления.

– Каком мотиве?
– насмешливо спросил Джош.

– Мотив для убийства Пола Мандерхейма. Он заключается в той сделке, которую ты ему посоветовал заключить. Это, правда, только догадка, но я думаю, что попал не в бровь, а в глаз. Ты узнал, что продается "Квадрэнгл" - недвижимость, имущество, короче, все. Как-то, наверное, осматривая заброшенную студию, ты наткнулся на хранилище старых роликов.

– Откуда ты знаешь?

– Мисс Шэйн сказала, что Мандерхейм упоминал о какой-то сделке, в которой ты принимал участие. Она не знала подробностей, но покупка "Квадрэнгл", по-моему, и была той сделкой. Продолжать?

– Конечно, если это доставляет тебе удовольствие.

– Это публика должна получать удовольствие. В пустой студии валялось целое состояние, спрятанное в немых фильмах, сделанных до того, как появились современные законы об авторском праве. В те дни, когда кино только зарождалось, на фильмы ещё не могло быть авторских прав. Поэтому все картины снимались не только на целлулоидной пленке, но и на бумажной. Бумажные ролики можно было хранить в Вашингтоне.

– Ну, и?

– Со временем целлулоидная пленка портится, бумага - нет. Из-за этого почти вся ранняя голливудская продукция потеряна для истории. Она испортилась до такой степени, что стала негодной. Но у "Квадрэнгл" были бумажные ролики. Их можно переснять на современную пленку, озвучить и выпустить, как новые фильмы. Это может принести кучу денег.

– Переходи к делу, - потребовал Дельброк. Я закурил.

– Поэтому ты убедил Пола Мандерхейма купить "Квадрэнгл". Ты хотел завладеть этими копиями. Ты писал тексты, а Мандерхейм вкладывал деньги. Был сделан один экспериментальный фильм, который случайно увидел Алексей Соронов. За это Мандерхейм вышвырнул его - обнародовать ваше открытие было ещё рано.

– Ну и что? Даже если ты и прав, что с того?

– Мандерхейм, наверное, не захотел делиться и попытался избавиться от тебя. Тебе пришлось убрать его. Ты, Джош, рассчитываешь завладеть всеми доходами от этого предприятия.

– Вздор!

– Тебе не повезло. Конечно, ты не мог предусмотреть, что Сандра Шэйн услышит выстрел и увидит тебя. Поэтому сегодня днем ты попытался избавиться от нее. Ведь, если бы ты попал на скамью подсудимых, она могла дать показания против тебя. Ты попытался также надуть меня и создать впечатление, что убийца хотел убить нас обоих. Ты слегка задел меня, но в этом и состояла твоя ошибка - ясно, что я тебе нужен живой. Вся твоя защита держится на подтвержденном мною алиби.

– Ерунда!
– воскликнул он.
– Я не мог сегодня днем стрелять в нее. Я сидел на заброшенной студии.

– В груде ржавых мотоциклов ты припрятал исправный, - возразил я. Конечно, полиция не следила за мотоциклистами. Тебе даже не нужно было переодеваться, только проявить немного смелости и наглости. Я додумался до этого совсем недавно. Полагаю, ты просто надел комбинезон и приехал в Тауэр-Пэлэс под видом рабочего. Дьявольски смело и нагло.

– Ч-что?
– задохнулся Дельброк. Его уверенность поколебалась.

– Ты был единственным человеком, который знал, что я поеду к Сандре и попытаюсь уговорить её изменить показания. Я сам тебе рассказал об этом. Больше никто, кроме таксиста, который не в счет, об этом не знал. Конечно, Соронов полностью отпадает.

– Ба!
– он поджал губы.
– Все это неубедительно, Шерлок.

– Для меня убедительно. Ты ждал на крыше, когда я к ней приеду. Должно быть, наш разговор показался тебе опасным. Я попросил её опознать подозреваемого, имея в виду Соронова. Ты, наверное, подумал, что разговор идет о тебе, и ничтоже сумняшеся спустил курок, а затем вернулся в свою берлогу, как будто не покидал её.

– Ты не можешь это доказать.

– Когда, приехав за тобой, я зашел на территорию студии, я почувствовал запах выхлопных газов, - сказал я.
– Это доказательство.

– Не для суда. Для суда будет доказательством мое алиби - я провел прошлую ночь на озере Шервин.

– Библейский Джосайя остановил солнце. Тебя тоже зовут Джосайя, только на английский лад, и ты остановил луну, вернее, создал видимость её остановки. Мне помог догадаться таксист. Он спросил, как человек может знать, долго ли он пробыл без сознания, может, минуты, а может, часы.

– Что ты имеешь в виду?

– Когда ты оглушил меня вчера вечером в своем плавучем доме, луна вставала слева от меня, на востоке. Когда я очнулся, она, казалось, была на том же месте, и, кроме того, у меня болела рука.

– Болела рука, - он напрягся.

– Думаю, ты не очень сильно треснул меня по голове, а затем вколол мне какое-то снотворное, чтобы я вырубился на несколько часов. Пока я спал, ты поехал в Голливуд, убил Мандерхейма и вернулся на озеро Шервин. Бедняга Гарри, наверное, заметил тебя, когда ты уезжал или возвращался. Он мог разрушить твое фальшивое алиби, и ты избавился от него. Все это время я находился в бессознательном состоянии. Поэтому я не слышал выстрела. Теперь начинается самое интересное.