Чтение онлайн

— Вы и сами прекрасно знаете, что это вынужденная сделка, — откликаюсь я, — Поэтому, я очень надеюсь, что вы сдержите все свои обещания.

Немного завуалированно, но решаю ему напомнить о наших договоренностях.

— Можете в этом не сомневаться, — усмехается он.

— Тогда, забирайте его, — мотаю головой в сторону Змея и те наемники, которые ехали на запятках, подхватывают фальшивого Свена под руки и волокут его к Аскелату.

И, чем ближе они подходят к Герральту, тем тревожней мне становится.

Я изо всех сил стараюсь не пялиться по сторонам, чтобы не спугнуть заговорщиков, но ожидание того, что в любой момент они начнут действовать, сводит с ума.

Змея подводят практически вплотную к Аскелату.

Вокруг лишь мерно шелестят листья деревьев. Нет никакого намека на то, что на нас готовится нападение.

Впрочем, а готовится ли оно?

Вдруг, заговорщики как-то узнали, что все это лишь спектакль? Или они решат дейстоввать по-другому?

Чувствую как от надвигающейся паники меня начинает трясти. О том, что я сама могу оказаться под прицелом, я вообще стараюсь не думать. Змей клятвенно пообещал, что не позволит, чтобы со мной, их нанимательницей, что-то случилось. Но и он не может знать всего наверняка.

Достаточно будет лишь одной меткой стрелы…

Проклятье! От этих мыслей у меня кружится голова и темнеет в глазах. Однако,я заставляю себя держаться.

Вот-вот они начнут действовать.

Я уверена.

Тем временем, Аскелат хватает Змея за грудки, как если бы это был Сигурд, что-то шипит ему в лицо и заталкивает в свою карету.

Именно в этот момент, со всех сторон раздаются леденящие душу вопли несущихся в атаку людей.

Я даже не успеваю ничего толком разглядеть, как со стороны кареты, обнажив оружие, к нам кидаются остальные люди Змея.

— Мадам, быстрее возвращайтесь в карету! Здесь небезопасно! — выводит меня из ступора один из них.

Запоздало киваю и ныряю в проем. Как раз в тот момент, когда в бок кареты что-то врезается с глухим звуком.

От неожиданности взвизгиваю, захлопывая дверцу. Сердце летит к самым ногам, по спине ползут ледяные мурашки, а в грудь распирает от нехватки воздуха.

Перед тем, как дверь окончательно закрывается, отрезая меня от того ужаса, который сейчас творится на улице, в глаза бросается мощная фигура Аскелата. Его стремительно окружают четверо рослых мужчин, с ног до головы затянутых во все чёрное. Они нападают на него с мечами наголо, тогда как Аскелат резко наклоняется к земле, словно хочет обхватить себя за колени.

А потом, его фигура резко увеличивается в размерах, раскидывая нападавших. Вместо рук и ног на дорогу тяжело ступают гигантские лапы, а из спины вырываются широкие, как два корабельных паруса, кожистых крыла.

Дракон! Аскелат перекинулся драконом!

Да еще каким!

Это величественный дракон, чья фигура одновременно и поражает своей грациозностью и вселяет благоговейный трепет. Чешуя дракона глубоко черного цвета, гладкая и блестящая, словно беззвездное ночное небо, которая, к тому же переливается при каждом движении. Вокруг шеи, на груди и вдоль хвоста тело дракона пронизывают бордово-алые полосы, придающие ему еще более опасный вид.

Его голова украшена массивным гребнем, который выглядит как самая настоящая корона из рубиновых камней. Глаза дракона горят огненными углями, излучая неукротимую силу. А из пасти, усыпанной рядами острых зубов, вырываются оранжевые языки пламени.

Уже захлопнув дверь, я все еще не могу избавиться от неподдельного восхищения драконьей формой Аскелата. В голове сразу всплывает драконья форма Адриана, однако его дракон пусть и не менее сильный и неудержимый, но при взгляде на него не испытываешь и половины эмоций, которые возникают у меня сейчас.

Даже не верится, что есть способ одолеть такое внушительное существо. Но стоит мне только вспомнить про Ярость Преисподней, как в душе все моментально переворачивается.

Это не просто несправедливо, это бесчестно!

Надеюсь, что с ним ничего не случится.

Чувствую запоздалый прилив крови к щекам и мысленно поправляю себя, добавляя что я хочу этого потому что Аскелат — достойный правитель. И если все пройдет хорошо, то так определенно будет лучше как Винлании, так и Мрачным Топям.

Сердце пускается в бешеный пляс. И я уже не понимаю почему — то ли от волнения за судьбу Аскелата, то ли за то, чтобы все получилось и нам хватило сил схватить заговорщиков.

Тем временем, земля дрожит от громкого лошадиного топота, а воздух разрезают яростные вопли. Совсем рядом звучит напряженный звон мечей, снова что-то небольшое врезается в бок кареты. Я вздрагиваю и обхватываю себя руками за плечи. Сколько же их там?!

Пытаюсь хотя бы прикинуть по голосам, но тут же бросаю это дело. Не могу сосредоточиться, а дыхание перехватывает от волнения за Геральда и наемников во главе со Змеем. Я не хочу терять никого из них.

К звону мечей и звукам ударов присоединяется тяжелые хлопки кожистых крыльев и разъяренный драконий рев. Ему в унисон отзываются вопли страха и боли.

Прижимаю дрожащие руки к груди. Боги, пожалуйста, помогите нам!

Некоторое время сижу так, ощущая как меня колотит от страха и переживаний. Пытаюсь отстраниться от жутких звуков сражений, которые доносятся с улицы, пока в какой-то момент не понимаю, что все закончилось.

Я больше не слышу ни криков, ни звона мечей или чего-то еще.

Не веря в то, что самое страшное, наконец, позади, я осторожно отдергиваю занавеску и замечаю как приземляется на землю Аскелат, снова принимая прежнюю человеческую форму. А Змей со своими товарищами связывают людей в черном, которые лежат у самой кареты Геральта.

Взгляд жадно впивается в фигуру Аскелата, ищет все ли с ним в порядке, не успел ли кто-то ранить его тем самым серпом.

Но на теле Аскелата как-будто ни царапинки. Чего нельзя сказать о Змее, у которого на плече расползается красное пятно.

Я тут же распахиваю дверь и выбираюсь из кареты. Аскелат сразу же поворачивается ко мне.

— Мадам Легро, это удивительно… — с легкой ухмылкой качает он головой, — …но все прошло куда лучше, чем я планировал.

— Я рада это слышать, — совершенно искренне отзываюсь я, — Теперь, вы сдержите свое обещание?

Лицо Аскелата кривится как от зубной боли, а сердце в груди заходится бешеным стуком. Больше всего мне сейчас не хотелось, чтобы Геральт оказался таким же подлецом, как Адриан. Для которого даже собственное слово ничего не значит, раз приходится скреплять наш договор печатями.