Чтение онлайн

Я прислоняюсь спиной к стене.

Мое сердце все еще бешено колотится в груди.

Прислонившись затылком к стене, я смотрю на светлый потолок над головой. Во внезапно наступившей тишине слабо гудит кондиционер.

— Откуда он мог все это знать? — Шепчу я. Обращаясь к Джейсу, или к потолку, или вообще ни к кому. Боль сжимает мое сердце. — Он, должно быть, настоящий экстрасенс. Он никак не мог этого знать. А это значит, что Виктор действительно был здесь и...

Рыдание вырывается из моего горла прежде, чем я успеваю закончить предложение.

— Нет, он не экстрасенс.

Я отрываю взгляд от потолка и поворачиваю голову на звук нового голоса. Джейс тоже оборачивается.

Дженн одаривает меня сочувственной улыбкой, когда они с Авророй идут по коридору и подходят к нам.

— Нет, он не экстрасенс, — повторяет Дженн.

— Но он знал о Викторе, — протестую я, когда они останавливаются передо мной.

Джейс перемещается и встает рядом со мной, но, похоже, он не так сильно хочет выгнать Дженн и Аврору, как Лайонела.

— Вероятно, он увидел в списке гостей, что ты придешь, и навел о тебе справки, — объясняет Дженн. Ее глаза серьезны, но также полны сочувствия, когда она указывает на меня и на главный зал в конце коридора. — Он, вероятно, подумал, что произвести на тебя большое впечатление будет отличной рекламой для его шоу, поэтому он обратил на тебя внимание.

Стоящая рядом с ней Аврора кивает.

— Мы не знали о твоем брате, но как только узнали, что искать, нам хватило всего пары попыток, чтобы найти это.

Достав свой телефон, она показывает мне старую новостную статью из местной газеты, где находился наш летний домик. Я отвожу взгляд от фотографии Виктора, которая там изображена.

— Но там только сказано, что он утонул, — возражаю я. — Откуда он мог знать, что это произошла в реке? Что он прыгнул в нее? Что я тоже там была? Что я пыталась его спасти? — Страх и боль пронзают меня, и я взмахиваю рукой в воздухе. — Он не мог! Только если Виктор был... — Я задыхаюсь от слов.

Дженн и Аврора обмениваются взглядами. На лице Авроры мелькает смущение, но также и огромное сочувствие, когда она поворачивается ко мне.

— Послушай, я... — начинает она, заправляя свои светлые волосы за ухо. — Я была очень близка с нашим дедушкой. И когда он умер, я... Ну, короче говоря, я очень увлеклась этим, — она бросает на Дженн серьезный взгляд. — И я до сих пор верю, что настоящие экстрасенсы существуют.

Дженн просто кивает, как будто не собирается с этим спорить.

Аврора поворачивается ко мне.

— Но большинство людей, и особенно те, кто ведет подобные шоу, — мошенники.

— Но как он мог узнать? — Эмоции впиваются мне в грудь острыми когтями. — Он не мог...

— Он применил технику холодного чтения10, — перебивает Дженн. Ее голос звучит твердо, но не грубо. Не сводя с меня взгляда, она поднимает брови. — Помнишь, что он сказал? Сначала он сказал, что это было озеро. Но потом ты нахмурилась. Слегка. И тогда он назвал реку. Вот тогда-то ты и сглотнула.

Я моргаю, глядя на нее в замешательстве и удивлении.

— Я внимательно наблюдала за тобой, — объясняет она и бросает взгляд на Аврору. — Я узнала все, что могла, об этих видах холодного чтения, чтобы я могла объяснить это Авроре и вытащить ее из... — Прочистив горло, она переводит взгляд обратно на меня. — В любом случае, он не знал о реке, течении и всем остальном. Он догадался, а затем наблюдал за твоей мимикой, чтобы определить, прав ли он. Если ты сглотнула, приоткрыла рот, расширила глаза, нахмурилась или отстранилась, он это заметил и использовал.

Меня охватывает неверие. И в течение нескольких секунд я лишь смотрю на нее.

— Он… Он догадался?

И Дженн, и Аврора кивают. Дженн выглядит решительной, а Аврора смотрит на меня так, словно в точности понимает, что я чувствовала тогда, в том зале, и что я чувствую сейчас.

Меня охватывает ярость. Достаточно сильная, чтобы сжечь все это здание.

— Он догадался, — повторяю я, и в моем голосе слышится гнев. — Он притворился, что мой брат был здесь и разговаривал со мной с того света? Он притворился.

— Да.

Меня захлестывает новая волна ярости. Он заставил меня пройти через всю эту боль и эмоциональные потрясения ради шоу? Он воспользовался моим горем ради денег? Ради рекламы?

— Я хочу убить его. — Эти слова вырываются из моей души с такой силой, что я чувствую вкус крови. Ярость, словно молния, пронзает мое тело, когда я перевожу взгляд с Дженн на Аврору, а затем на Джейса, который молча наблюдает за мной. — Я хочу, чтобы он умер. Мы можем это осуществить?

Боже, не могу поверить, что прошла через все это дерьмо, через все эти эмоции, а все это оказалось ложью. Это было лишь мошенничество. Такие люди не заслуживают...

— Ну, да, — отвечает Джейс. На его лице застыло бесстрастное выражение, он неопределенно указывает на себя, переводя взгляд с меня на сестер Карлайл. — Я мог бы… Я... Ну, ты знаешь.

И при виде этого из меня вырывается прерывистый, но в то же время искренний смех.

Боже, где же этот совершенно необыкновенный человек был всю мою жизнь?

Джейс

Аромат плавленого сыра, трав и свежеиспеченных багетов с чесночным маслом наполняет кухню и гостиную, когда я выкладываю на тарелку приготовленную мной пасту со сливками, а затем разламываю багет пополам, кладя одну половину на тарелку Кайлы, а другую — на свою.

На обратном пути после шоу экстрасенса я заехал в магазин, чтобы купить кое-какие ингредиенты и готовый багет, который можно было запечь в духовке, так как у меня было предчувствие, что Кайле нужно что-нибудь вкусненькое. Она не сказала этого, но я все я видел по ее глазам. К тому же еда — это идеальное лекарство от душевной боли.

Взяв тарелки, я поворачиваюсь к столу. Кайла сидит там с бокалом вина, погруженная в свои мысли. Но она поднимает взгляд, когда видит, что я подхожу к столу.

Счастье отражается на ее лице, когда она опускает взгляд на еду.

При виде этого у меня почти замирает сердце, и я не могу сдержать улыбку, которая расползается по моим губам. Поставив перед ней тарелку, я обхожу стол и опускаюсь на стул напротив нее. Раздается тихий стук, когда я ставлю свою тарелку.

Она берет нож и вилку, но затем замирает. Ее взгляд устремляется на мое лицо, словно она ждет, что я скажу ей, что можно начинать есть. С моих губ срывается удивленный вздох, и я жестом предлагаю ей начать, пока пробую вино.