Чтение онлайн

– Некоторые вещи никогда не меняются, - проворчала Тея, и я кивнул.

– Теперь я понимаю, насколько тяжелее это было для Камиллы, - задумчиво произнес я.
– Она выходила замуж не просто за мужчину. Она выходила замуж за семью, и на нее возлагались определенные надежды. Они должны были быть богатыми, влиятельными и принадлежать к старинному роду. Это исключало многих мужчин. Мы только что пережили несколько революций. Все - и смертные, и вампиры - обратили свои взоры на Америку. Брак Камиллы был возможностью укрепить позиции семьи.

– Как романтично, - прокомментировала Тея. Я встретил ее взгляд и увидел в нем настороженность и несогласие.

– Я знаю, что это не улучшит твое мнение о моей семье, - признался я, - но мне нужно, чтобы ты поняла, что произошло. Я должен был рассказать тебе раньше, но…

Но я боялся. Боялся не только того, как современная смертная женщина отреагирует на весьма традиционные вампирские ценности, но и боялся столкнуться с прошлым. Мне следовало быть более решительным во время последнего Обряда. Мое молчание стоило мне семьи.

Нежные пальцы обхватили мои, и я понял, что она услышала мои мысли. Тея ободряюще сжала их.

Я сглотнул, язык словно затвердел в горле.
– С самого начала многие претендовали на Камиллу, но один жених выделялся. Уильям Дрейк. Он был старшим в роду могущественных вампиров.

– Вампир?
– в голосе Теи прозвучало удивление.

– Дрейков считали весьма скандальными. Они начали вступать в браки с фамильярами задолго до заключения каких-либо договоров или соглашений. Их кровь была - и остается - мощной. Уильям был самым завидным холостяком сезона, а Камилла - невестой. Все следили за ними. Их свадьба стала событием того сезона. И Камилла была безумно влюблена, очарована его заботой, его знаками внимания, его внешностью.

Я закончил с ее руками, но остался стоять перед ней на коленях. Я не верил, что смогу сдвинуться с места. Не раньше, чем я дойду до трагического конца этой истории. Не раньше, чем расскажу о том, что произошло. Я почувствовал, как между нами проскочила искра магии, словно Тея держала меня за руку - не только для того, чтобы утешить, но и чтобы дать мне силы пройти через это. Я закрыл глаза и потянулся к этому крошечному огоньку, позволяя ему вывести меня из мрачных воспоминаний.

– После свадьбы все изменилось. Сначала Камилла стала реже бывать у нас. Она казалась тихой. Когда мы спрашивали о ней и Уильяме, она лгала. Я знал это, - мрачно сказал я.
– Я чувствовал это, но не понимал. А потом визиты и вовсе прекратились. Мама сказала, что они молодожены и этого следовало ожидать, но вскоре письма тоже прекратились. Когда он перевез ее из Парижа в Англию, не сказав ни слова, мы все начали беспокоиться.

– Потребовалось время, чтобы получить весточку, а когда письма пришли, они были странными. Чужими. В них не было ничего от нежной, доброй Камиллы. Они казались… фальшивыми. Неправильными. Мы узнали, что они планируют переехать в Америку, и пригласили их в гости.

Я закрыл глаза, вспоминая болезненные подробности.
– Они были женаты несколько десятилетий.
– Я взглянул на Тею, но она ничего не прокомментировала.
– И мы много лет не видели Камиллу. Она была просто оболочкой. Она улыбалась в нужные моменты. Она смеялась. Она говорила и танцевала. Но ее не было, и мы все это видели. Уильям был как всегда очарователен и вежлив, поэтому моя мама решила, что Камилла расстроена из-за отсутствия ребенка. Камилла не стала говорить с ней об этом, но поделилась с одной из своих служанок. Служанка рассказала моей матери правду о Уильяме... о побоях, наказаниях и приказах.

– О, Боже, - выдохнула Тея.

Я заставил себя продолжить.
– Мы все пытались поговорить с ней, но она отказалась. Она ни в чем не признавалась, но мне она сказала одну вещь...
– Я до сих пор помню, как в ее глазах вспыхнула боль, когда она произнесла эти слова.
– Я не могу тебе сказать. Он не позволяет мне.
– И тогда мы поняли, что она привязана. И именно поэтому, - сказал я, глядя на бледное лицо Теи, - я отказался спать с тобой и скрепить наши узы.

Тея молчала, и я довел мысль до конца. Больше не должно быть никаких недомолвок. Она должна знать правду. Она должна знать, почему наша любовь обречена.
– Тея, вот почему ты до сих пор девственница.

Через минуту она подняла подбородок, став похожей на королеву, и произнесла.
– Итак, что ты хотел спросить?

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Джулиан

Мои губы угрожали растянуться в улыбке, но я сдержался.
– Мне нравится, когда ты такая властная, котёнок. Мы скоро дойдем до этого, но я еще не закончил свою историю.

Ее глаза прищурились, недовольство перемешалось с любопытством.

– Но твоя мать должна была знать, - сказала Тея, в ее тоне слышался гнев. Я не знал, злится ли она из-за моих прошлых решений или из-за того, к чему они нас привели. Но я понимал, почему она расстроена.
– Если Камилле не позволяли вести светскую жизнь до Обряда, она должна была знать, что Камилла - девственница.

– Знала, но тогда было принято беречь себя для брака. Особенно среди чистокровных вампиров, потому что это делало их более привлекательными для союза.

– Ты имеешь в виду - более управляемыми?
– проворчала Тея.

Я наклонил голову, соглашаясь с ней.
– Большинство пар воспринимали привязанность как брачные узы - даже тогда спаривание было крайне редким явлением. Это гарантировало, что любой союз, заключенный в браке, сохранится.

– Ваша семья сохранила союз с Дрейками?

– Поначалу, - ответил я, чувствуя, как меня охватывает стыд. Увидев выражение ее ужаса, я быстро продолжил.
– Мы думали, что это поможет нам спасти ее. Но разорвать узы невозможно. Только смерть может разорвать их. А потом начались новые войны. Страшные войны. Мою семью разбросало по всему миру. Уильям и Камилла остались в Америке. Она родила ребенка. Мы получили телеграмму с указанием не приезжать. Наш союз с Дрейками тогда закончился. Моя мать обратилась в Совет, и были приняты новые правила, предупреждающие об опасности привязанности. Она потратила десятилетия на то, чтобы изменить старые взгляды на это. Теперь это не только не одобряется, но и почти запрещено. Вампиров могут пытать и даже казнить за то, что они спали с девственницами, если на них пожалуются. Это отвернуло некоторые семьи от традиций и Совета, в том числе и Дрейков.

– Понятно, - осторожно сказала Тея.
– Я не знала, что твоя мать так поступила - и почему.

– Думаю, она чувствовала ответственность за случившееся. Мы все чувствовали.
– Я опустил голову.
– Но мы не могли спасти Камиллу. Мы снова и снова пытались, но нам отказывали. В 1984 году мы получили известие, что она погибла в пожаре вместе с остальными членами семьи - мужем и детьми. Все погибли.
– Я чуть не задохнулся от чувства вины.
– Мы все гадали, не было ли здесь чего-то еще. Возможно, этот пожар устроил кто-то из них, но это не имело значения. Ее больше не было. Мы так и не освободили ее. Мы все справлялись с этим по-разному. Мама запретила кому-либо из нас произносить ее имя.

– Это жестоко!

– Я думаю, это причинило ей слишком много боли. Потеря была долгой и болезненной, и она не теряла надежды, что сможет освободить Камиллу. До самой смерти. У моего отца стало больше романов. У Себастьяна была рок-музыка и кокаин. Бенедикт ушел в политику. Лисандр и Торен просто исчезли. Они появляются лишь время от времени. А я...

– Улегся спать, - закончила она за меня.

– Да. Я скрылся от всех.

– Ты горевал.
– Ее голос был успокаивающим, но это ничуть не облегчило боль, терзавшую меня.