Неприятности с нами
Шрифт:
Шестнадцатая глава. Амелия
Снаружи, на патио, в нескольких футах от бассейна установлен большой обеденный стол.
Над ним по диагонали развешаны гирлянды, создающие теплую атмосферу и идеально подходящие для ужина на свежем воздухе под звездами.
Стол оформлен в черно-золотой гамме, что очень подходит для особого случая — дня рождения дяди Рокки. Элементы столового пейзажа темные, но в них все равно чувствуется элегантность. Бутылки вина стоят в холодильниках. Ряды бокалов, фарфора и столовых приборов расставлены так, чтобы разместить всех обедающих. По центру стола проходит золотая дорожка, на которой стоят свечи в фонарях.
— Это великолепно, — хвалит Джесса, садясь напротив меня. Сегодня она выглядит просто потрясающе в черном коктейльном платье, идеально сидящем на ее фигуре. Ее волосы распущены, длинные медово-каштановые локоны каскадом спадают по открытой спине. В ее красивых чертах лица смешались папа и мама, но я вижу в ней больше дядю Ноа: — Ава — королева хостинга.
— Это у нее от мамы, — говорю я, ухмыляясь, пока мама подтверждает комплимент несколькими креслами ниже.
Сегодня все постарались нарядиться. Все мужчины выглядят нарядно в своих костюмах, а женщины так же прекрасны в своих платьях. Конечно, тетя Адриана, будучи дизайнером, безупречна в своем платье.
Остин занимает место рядом со мной, открывает салфетку и кладет ее мне на колени, как и подобает безупречному джентльмену. Я с улыбкой кладу свою руку на его руку, пока мое внимание не отвлекает назойливое хихиканье. Перевожу взгляд на Джиджи, стоящую через стол в желтом платье с низким вырезом и крестообразным узором на груди, едва прикрывающим ее пышную грудь. Само платье привлекает внимание всех мужчин, включая Остина. Для человека с предполагаемой мигренью она выглядит ужасно веселой, когда занимает место напротив меня. Отлично, почему я должна смотреть на нее всю ночь?
На помощь приходит Ава, предлагая ей пересесть на несколько мест ниже. Слава богу. Меньше всего мне хочется развлекать лгунью, одетую как проклятая шлюха.
Мне нужно контролировать себя.
Глубокий вдох.
Это очень некрасиво и никак не способствует развитию стойкости, которая понадобится мне, чтобы однажды стать юристом. Все, что мне нужно делать, — это держать свое мнение при себе и сводить эмоции к минимуму.
Энди садится напротив меня. По крайней мере, он веселый и при необходимости отговорит меня. Я склоняю голову, не обращая внимания на пульсирующую боль от сегодняшней неудачной пьянки, и жалею, что не взяла с собой немного адвила, когда проснулась. Я была слишком занят, пытаясь успокоить Остина, забыв позаботиться о себе, что, несомненно, очень скоро перерастет в нечто большее.
Пока я изо всех сил пытаюсь сдержать пульсацию, мой взгляд устремляется на Уилла, который стоит рядом с местом, где сидит Джиджи. На нем темно-синий костюм, но без галстука, а под белой рубашкой слегка обнажена грудь. Я умоляю себя отвернуться, не обращая внимания на то, как потрясающе красив он выглядит.
Но мои глаза, как мотылек, притягиваются к пламени. Чем больше я любуюсь тем, как сексуально он выглядит, тем сильнее мое тело жаждет прикоснуться к нему.
Я почти чувствую его запах с другого конца стола: мужественный, манящий, возбуждающий все мои чувства. Прикусив губу, я опускаю взгляд и делаю глубокий вдох, вспоминая, что рядом со мной Остин.
Как надоедливый ребенок, Джиджи умоляет Уилла сесть рядом с ней, что он и делает, бросая быстрый взгляд в мою сторону, чтобы через мгновение повернуться в противоположном направлении.
Когда все рассаживаются, официанты подают закуски, пока все говорят между собой. Перебрасываются парой шуток про отца, и Эрик переводит разговор на нечто более спорное — на его любовь-ненависть к челке. Это вызывает дискуссию среди женщин, но я предпочитаю промолчать, не в настроении разговаривать. Мой взгляд невольно перемещается на Уилла. Он, похоже, не замечает, что я сижу с Остином, и занят тем, что шепчет что-то на ухо Джиджи, что вызывает у нее смех.
Я закапываю свою ревность, отвлекаясь на других, но ее томительное присутствие неизбежно. Спал ли он с ней сегодня? И сколько раз они занимались сексом? Эти вопросы, словно яд, текут по моим венам, и я умоляю себя прекратить порочный круг, в который я попала.
Официанты подают основные блюда, и когда передо мной кладут курицу, я вонзаю в нее вилку, не обращая внимания на жжение, которое меня поглощает. Мой желудок начинает твердеть, заставляя меня пить вино, которое стоит передо мной, — последнее, чего я хочу после сегодняшнего дня. Кажется, это не помогает, и мой желудок становится еще более беспокойным.
— Эрик требует, чтобы дядя Рокки развлекал нас речью, — раздается стук вилки о бокал. За столом воцаряется тишина, когда дядя Роки встает с властной ухмылкой на лице. — С чего мне начать?
— Как насчет того, чтобы застегнуть ширинку? — кричит Нэш через стол.
Никки разочарованно качает головой, пока все смеются. Учитывая, что дядя Рокки совсем не выглядит смущенным, я принимаю подмигивание, которое он делает своей жене, за причину, по которой они пришли на ужин последними. Уилл вздрагивает, откинувшись на спинку стула, очевидно, придя к тому же пониманию.
— Во-первых, я должен поблагодарить Аву и ее горячих подружек за то, что они это устроили.
— Не за что, дядя Рокки! — Ава с гордостью поднимает свой бокал.
Дядя Рокки поднимает свой бокал и смотрит прямо на Уилла.
— За моего сына, Уилла, — начинает он, делая небольшую паузу, чтобы затем продолжить, — когда я обрюхатил твою маму на первом курсе колледжа, я никак не ожидал, что у меня будет такой умный сын. Ты заставляешь меня гордиться тобой, и я не сомневаюсь, что после сегодняшнего дня ты «сразишь мир бизнеса наповал». Прости, Лекс.
Отец сохраняет ровное выражение лица, откинувшись в кресле и обняв маму. Он едва признал Уилла, и, насколько мне известно, они не разговаривали с тех пор, как оказались здесь.
— Для меня большая честь быть твоим отцом, Уилл, — он снова поднимает свой бокал, и Уилл повторяет его слова, сохраняя улыбку. — И я надеюсь, что скоро ты подаришь мне внуков. Ты согласна на вызов, Джиджи?
Дядя Рокки разражается хохотом, и все следуют за ним, включая Джиджи, которая выглядит довольной оказанным ей вниманием.
Ну, все, кроме меня.
Я заставляю свои губы изогнуться вверх, осознавая, что на меня смотрят глаза Остина. Джесса смотрит на меня через стол и сочувственно улыбается.
— И моей жене, — продолжает дядя Роки. — Нет слов, детка. Жизнь не стоит того, чтобы жить, если ты не рядом со мной.
Никки улыбается ему в ответ, когда он наклоняется и нежно целует ее. Несмотря на бурный характер дяди Роки, их двоих объединяет любовь, подобной которой нет ни у кого. Они росли вместе с самого раннего возраста, но я не могу не задаваться вопросом, буду ли я так же любить Остина после многих лет брака. Он мой лучший друг, он так хорошо меня знает. Конечно, дружба должна что-то значить в браке.