Чтение онлайн

— Посмотрим, — с холодком ответил Юэн.

— Ладно, — бросил Нат, выпив коктейль едва ли не залпом. — Проводите меня?

— Уже уходишь?

— Ага, а что ещё здесь делать? Я приходил посмотреть на тебя на сцене. Больше ничего интересного нет. Заметил, кстати, как после твоего выступления народ тоже начал потихоньку уходить?

— Надеюсь, это не из-за того, что я их распугал. Не хотелось бы остаться без посетителей.

— Не драматизируй, птичка.

Без куртки на улице было холодно. Юэн приобнял себя за плечи. Нат решил напоследок закурить и отошёл в сторону. Бернард скрестил руки на груди, думая о фотоаппаратах, которые оставил на хранению бармену Кевину, чтобы не толкаться с ними в толпе подвыпивших людей.

— А где твоя девушка, кстати? — спросил Юэн.

— У меня нет девушки.

Натаниэль, видимо, очень много тренировался, потому что теперь у него выходили ровные колечки из дыма и выпускать их ему нравилось будто бы даже больше, чем курить.

— Ты был с блондинкой.

— Ах, эта... — Нат сильно затянулся. — Да мы с ней здесь и познакомились. Вообще забыл, как её зовут, да и пофиг. Слишком болтливая и голос у неё писклявый, у меня уши закладывало.

Нат выпустил остатки табачного дыма из лёгких, как паровоз, который вот-вот начнёт движение, и швырнул окурок в пепельницу.

— Ладно, парни, — сказал он и, вытянув из пачки сигарету, отправил её себе за ухо, — желаю вам хорошо провести вечер.

Юэн провожал Натаниэля хмурым взглядом, пока тот не скрылся за углом дома.

— Эй, — произнёс Бернард, коснувшись его плеча, — что-то ты не в настроении после общения с лучшим другом.

Юэн посмотрел на него и мгновенно переменился в лице. Складка меж бровей разгладилась, уголки губ приподнялись.

— Вовсе нет. Людям надо очень постараться, чтобы испортить мне настроение. Нат тот ещё раздолбай и похабник, но в целом он безобидный.

— А выглядело так, будто разговаривали вы с ним очень напряжённо.

Юэн тяжело вздохнул, сильнее стискивая себя за плечи. Бернард тоже поёжился от холода и приобнял Юэна. На парковке никого не было. Из-за двери приглушённо доносилась музыка.

— Если я магнит для неприятностей, то Нат магнит для скандальных особ, — сказал Юэн. — С ним расстаются с криками и ругательствами. Никакие ультрадраматичечкие пьесы не сравнятся со спектаклями, которые ему закатывают, а он только рад их провоцировать. Поэтому в какой-то мере я беспокоюсь за будущее нашей группы, мы можем разбежаться намного раньше, чем проведём первое совместное выступление. И больше всего в этой ситуации напрягает то, что Нат так умолял меня собрать группу, но в итоге я будто единственный, кому это действительно надо. А для него это словно... попытка убить время от скуки.

— Звучит так, будто ты в этом уверен.

— Если бы подобное произошло всего раз...

— Люди меняются.

— Некоторые нет.

Бернард вздохнул и оглядел пустынную парковку. Фонарь подсвечивал надпись на боковине фургона.

— Давай вернёмся в клуб, холодно вот так стоять.

Когда они попали в технический коридор, одна из дверей которого вела в основной зал, Юэн вдруг потянул Бернарда в сторону, будто увидел кого-то, от кого срочно потребовалось спрятаться. Бернард хотел было спросить, что происходит, но в следующий момент был уже прижат к стенке в полутёмном углу «кармана» рядом с неработающим вендинговым автоматом. Юэн запустил руки ему под джемпер, оттягивая края вверх, и прижался своим оголённым прессом.

— Как же сильно я хотел это сделать... — прошептал он, потёршись кончиком носа о щёку Бернарда и проведя губами по линии его челюсти.

Растянувшись в улыбке, Бернард прикрыл веки, чувствуя, как по коже забегали мурашки и участился пульс. Там, за стенкой, люди и грохочет музыка, а они здесь в пустынном уголке, где их мог заметить кто-нибудь из персонала. И дистанцию, которую желательно бы сохранять, сейчас был велик соблазн сократить. Он аккуратно заключил лицо Юэна в свои ладони и поцеловал, нежно покусывая его губы.

— Ты виноградный на вкус, — сказал Бернард.

— А ты... апельсиновый.

Издав довольный тихий стон, Юэн протиснул ладонь между ними, выше приподнял джемпер Бернарда и свой свитшот, увеличивая таким образом площадь контакта кожи с кожей.

— Берн... — выдохнул Юэн.

— Что такое? — спросил Бернард, большими пальцами поглаживая его скулы.

Юэн уложил подбородок ему на плечо и зацепился пальцами за пояс на его джинсах.

— Я... — прошептал он, однако договорить не успел.

Сквозь приглушённую музыку послышался электронный писк, и одна из дверей в коридоре резко хлопнула. Юэн нахмурился и застыл. У Бернарда бешено заколотилось сердце. Оба затаили дыхание и прислушались.

— Да, теперь могу разговаривать, — раздался знакомый мужской голос, однако владельцем его был точно не Эйс.

Юэн вдруг посмотрел на Бернарда с какой-то довольной ухмылкой и, коротко поцеловав его в щёку, прошептал на ухо: «Это Гэри». Он крепче прижался к Бернарду, когда по коридору разнёсся звук медленно приближающихся шагов.

— Ну, котёночек, я уже скоро буду. Чего тебе купить?

Из-за угла действительно показался Гэри. Однако он медленно прошёл мимо и даже не повернул головы в сторону Юэна и Бернарда, вжавшихся в стенку в укромном тёмном местечке, потому что разговаривал по телефону. Они проследили за тем, как он неспеша приблизился к двери, ведущей на внутреннюю парковку, приложил ключ-карту к считывающему устройству и вышел.

Бернард поймал взгляд Юэна, и они оба рассмеялись.

— Мы будто подростки, прячущиеся от взрослых, которые непременно если засекут, то отругают и посадят нас под домашний арест, — с улыбкой прошептал Юэн.

Бернард усмехнулся и накрыл его руки своими.

— С другой стороны, если нас увидят вместе, отнекиваться уже не будет смысла.

— Ты прав, — закивал Юэн. — Будет даже лучше, если такие подробности всплывут сами собой.

— Ладно, возвращаемся. Мне ведь до конца концерта нужно ещё отснять некоторых исполнителей.

Они как и прежде устроились у ограждения на ВИП-ложе, наблюдая за сценой и разговаривая.

— Птичка, — сказал Бернард.

— Что? — непонимающе спросил Юэн, склонившись к нему.

— Я заметил, что Нат часто называет тебя птичкой. Певчей птичкой.

— Ах это, — небрежно ответил Юэн. — Давнее прозвище. Не знаю, с чего он вдруг начал снова меня так называть. Но пусть...

— Это потому что ты поёшь?

— Да, однако есть и другой подтекст. Это тянется с тех пор, когда он шутил на тему, что может стать моим отчимом. Да, Нат — автор той скверной шутки, из-за которой моя мать его невзлюбила.

— А какая связь между той шуткой и твоим прозвищем?

— У него фамилия Бирд. Натаниэль Бирд. Созвучно с птицей*. Отчим, фамилия. Улавливаешь тонкую иронию?