Чтение онлайн

— С чего бы мне начать любить это делать?.. — с вызовом сказал Юэн таким тоном, что ответа на данный вопрос слышать он и не ожидал.

В подростковом возрасте ему казалось, что они с Натом очень похожи. Это замечали и они сами, и окружающие. Возможно, именно из-за схожих граней характера подружились. Однако чем больше они общались в последнее время, тем чаще Юэн задавался вопросом: а в чём они всё-таки схожи? Увлечением музыкой (в частности оба предпочли гитару). Некоторыми чертами характера (прямолинейностью, упёртостью, стремлением отстаивать свои позиции и иронией, зябко граничащей с тягой к клоунаде). А в остальном — восприятием мира и отношением к окружающим — разные.

— Вернёмся, — сказал Юэн, поднимая взгляд к лампочке фонаря. Мотылёк, ранее привлечённый ярким светом, исчез. — Ребята наверняка нас заждались.

— Надеюсь, никакого осадка не осталось после разговора? — спросил Нат, когда они шли по коридору. — А то ты какой-то хмурый. Как бы снова не начал молнии глазами метать...

— Нет. На глупых не обижаются.

— Если вдруг что, можешь обращаться. По любым вопросам, — ухмыльнулся Нат, похлопав его по плечу.

— Я понял, — процедил сквозь зубы Юэн, приподнимая подбородок. — Просто не заставляй меня снова тебе угрожать.

Никакой обиды действительно не было. Обида — вообще то чувство, которое Юэн крайне редко испытывал и то по отношению к себе. Он скорее не совсем понимал, с чего Нат вдруг вообще полез со своими выводами. И как он только дошёл до них? В любом случае, долговязый хотя бы был понятливым. Иногда.

А ещё у Ната все назывались просто «девушками» и «парнями». Чаще он заводил несерьёзные отношения с девушками, которые дальше у него подразделялись на блондинок, брюнеток, рыжих и так далее. И не считал важным запоминать имена таких «одноразовых» людей. Будучи подростком, он открыто заявлял, что не видит явных отличий в отношениях между людьми и ему неважно, разного они пола или одинакового, однако при этом каждый раз акцентировал внимание на половой принадлежности. Он любил обобщать и редко выделял конкретных личностей. Юэн был таким же лишь отчасти, и в случае с Бернардом подобное обобщение считал неуместным, если даже не оскорбительным. Может быть, в словах Ната его больше зацепило именно это, а вовсе не то, что друг полез с какими-то выводами.

Вторую часть репетиции новичок вёл себя свободнее, потому что руки его «вспомнили» как играть. Если он останется, то несколько щадящих репетиций должны привести его в строй. Нат и Тим с ним общались неплохо, Юэн по-прежнему не понимал, почему не мог вести себя более-менее дружелюбно. Однако подобное недоразумение вовсе не портило его настроения. Он истошно исполнял любимые песни, с удовольствием осознавая, как ближе к ночи голос охрипнет, а пальцы будут побаливать. На пару песен он даже встал за синтезатор, полагаясь исключительно на свои давние навыки и мастерство импровизации. Вышло неплохо, однако гитара всё-таки была роднее.

В небольшом перерыве между песнями Юэн с бутылкой в руках облокотился на колонку около барабанной установки.

— Эй, Ватсон, как дела? Классная футболка, кстати.

Рикки кратко опустил взгляд на свою красную футболку с принтом анимешной девочки. Или мальчика. Для Юэна подобного рода персонажи в такой стилистике все были на одно лицо.

— Холмс, — на автоматизме поправил Рик. — Спасибо. Дела? Вроде неплохо...

Юэн понимающе закивал, огляделся на Ната, который оживлённо что-то рассказывал рыжему новенькому и Тиму, и вновь на него повеяло ощущением, что ответственность за будущее их пока призрачной группы лежит целиком и полностью на его плечах. Пока выходило так, что Нат всех развлекал, а Юэн пытался поговорить с каждым и узнать его мнение и настрой.

«Может, это и к лучшему», — думал Юэн. В конце концов, ему было даже проще полностью взять на себя роль лидера группы, чем делить это место с кем-то. Нат мог продолжать приводить людей, если Келлен всё-таки откажется. Или если Юэн с ним сцепится на последующих репетициях. Находить возможных участников у него получалось лучше, так как знакомых у него было раза в два или три больше.

— Как у вас с Тимом?

— А что у нас с ним? — спросил Рик, прислонив руку к спортивной повязке на голове. — Ни-никак.

— Ты его будто... побаиваешься?

Рикки тяжело вздохнул, нерешительно посмотрел Юэну за спину, туда, где стояла троица музыкантов, среди которых Тим в сиреневом худи и штанах защитного цвета.

— Если честно, то да... Немного. Он из тех самых...

— Кого?

— Ну... забыл название.

— Без понятия, о чём ты. Если так интересно, можешь спросить у него сам.

— Просто он такой яркий...

Юэн отлип от колонки и подкинул полупустую бутылку с водой, чтобы остальным казалось, будто они просто болтают ни о чём, а не обсуждают кого-то из участников.

— Ему так нравится. А вдруг он тоже удивляется, как можно носить футболки с анимешными... девочками.

Рикки снова опустил взгляд и оттянул края футболки, рассматривая принт и, вероятно, принимая на себя озвученную мысль.

— Слушай, — сказал Юэн, перестав играться с бутылкой, — не буду ходить вокруг да около. Необходимо знать, останешься ли ты с нами или тебе нужно ещё время, чтобы подумать?

Рикки снял спортивную повязку, встряхнул обильной шевелюрой и снова надел. Не было сомнений — он просто тянул с ответом. Взгляд его рассеянно бегал с одной тарелки на другую, а нога отбивала нервный ритм около бас-барабанной педальки.

— Ты давно знаешь этого Тимоти? — спросил Рикки.

— Года три-четыре, наверное.

— А Натаниэля?

Юэн усмехнулся от такой официальности, с которой Рик частенько относился к именам (хотя себя просил называть попроще, а не Рикард). На примере Ната это звучало совсем непривычно. Нату, как и Бернарду, собственное имя не нравилось. «Слишком длинное, — как-то уже давно отзывался он. — И чересчур слащаво-утончённое, будто я ангел какой».

— Лет восемь или девять, забыл уже. Мы в подростковом возрасте познакомились, — после недолгой паузы сказал Юэн.

Рик прокрутил между пальцами барабанную палочку. Сначала правой рукой, потом левой.

— Ты им доверяешь?

— И им, и тебе. Поэтому хочу минимизировать возможные конфликты.

Рик понимающе кивнул и опустил руку с барабанной палочкой себе на бедро.

— Знаешь, а Брэд до сих не примкнул ни к какому коллективу. Он и не хочет. Говорит, что после распада группы Чеда очень многое обдумал и второй раз в такое влипать не собирается.

— Брэдди всегда хотел казаться гуманистом и миротворцем. Но он никогда не мог остановить хотя бы один конфликт. Полагаю, он просто выбрал более комфортный для себя вариант — избегание критических ситуаций. Его право. Но мы ведь сейчас не о нём разговариваем.

— Да-да, знаю, просто... Это немного странно. Когда-то он меня привёл в коллектив, хотя я думал, что никогда не смогу найти с людьми общий язык. Я был уверен, что сдамся первым, но вот я здесь, а он даже дома на гитаре не играет...

Юэн молча пожал плечами. Некоторым людям необходим был пинок со стороны, чтобы вырулить на свою дорогу и покатить дальше по ней самостоятельно. Рикки, вероятно, относился к числу именно таких людей.

— Мне нужно ещё время, чтобы всё обдумать, — сказал он. — Мне нравится атмосфера на репетициях, однако есть моменты, с которыми я ещё не разобрался.