Чтение онлайн

Рядом с ним – боевики из его личного джамаата. С первого взгляда видно – на каждом море крови. Удивительно, но многие из наиболее опасных террористов и экстремистов – бывшие королевские слуги. Экстремисты убили короля, а его слуги – перешли на сторону экстремистов и начали вершить террор. Уже одно это показывает – насколько больно афганское общество. Автоматы, пулеметы, ракетные установки РПГ-7, я заметил, что часть из них – с приваренным сзади дополнительным козырьком, чтобы стрелять под острыми углами – по вертолетам. У всех у них – большие, бесформенные накидки, как мексиканские пончо, закутывающие человека полностью, с рюкзаком и с оружием. Опытные гады. В основном – наблюдение у нас ведется с воздуха, а по правилам – нельзя открывать огонь, пока не увидел оружие у противника. А как его увидишь, если оно под такой вот попоной.

Каждый из них смотрит на меня так, как будто я причина всех их бед, прошлых, нынешних и грядущих. Каждый – готов броситься на меня и растерзать, повинуясь единственному кивку шейха. То, что я безоружен и пришел с миром их не остановит – они озверели от крови и не знают благородства.

– Ас саламу алейкум – сказал я – мир вам.

Шейх смотрел на меня пожелтевшими от болезни, рысьими глазами.

– Ва алейкум ас салам – сказал, наконец, он – мир и тебе.

Я тайком – выдохнул. Если начал говорить – уже лучше.

– Оставьте нас – приказал шейх

Моджахеды неохотно повиновались – пошли вглубь пещеры. Как минимум один – будет целиться в меня из темноты, уверен…

– Ты – Воронцов – сказал шейх, пристально смотря на меня. Убийца мусульман…

– Я убивал бандитов – возразил я

– Ты убивал мусульман – сказал шейх – и рано или поздно, Аллах призовет к ответу и тебя. Но именно потому – я и доверяю тебе. Как никому.

Шейх закашлялся, кашлял нехорошо – скорее всего, еще и бронхит. Надо бы антибиотиками, антибиотики у них наверняка есть, но пещерная жизнь – не для старого человека. Возможно, он болен настолько, что умрет уже в этом году

– Я мог бы приказать убить тебя – сказал шейх, откашлявшись и сплюнув на снег мокроту – но я не стану этого делать. Ты поможешь мне…

Я впился глазами в комок слизи. Он был подозрительно темного цвета – возможно, внутреннее кровотечение

– Думаешь, когда я умру? – спросил шейх

– Всем нам – отмерено Аллахом.

– Аллахом? Что ты знаешь про Аллаха?

– У нас, русских, есть судьба. Мы верим в нее. А еще мы верим в Ису, пророка, предшествовавшего Мухаммеду.

– Ты ничего не знаешь про ислам, и про веру, русский. Но так даже лучше. Так, я смогу отомстить им.

– Кому – им, шейх?

Вместо ответа – шейх достал из-за пазухи какой-то засаленный пакетик.

– Приблизься. Возьми.

Я сделал, как было сказано.

– Это то, что мне подсыпали в еду. Таким, каким ты меня видишь, я стал только недавно, еще три месяца назад я был здоров. Теперь… хвала Аллаху, я еще достаточно жить, чтобы отомстить этим шайтанам…

В пакетике что-то было. Я не осмелился это пробовать и даже нюхать. Одному шайтану известно, что это.

– Кто это сделал?

– Человек, который пришел с той стороны.

– Из Деобанда?

Шейх снова закашлялся.

– Нет, из Хаккании. Вера – не всегда сила, русский, иногда это и слабость. Когда к нам приходит человек и говорит, что он вышел на пути Аллаха – кому придет в голову проверять искренность его слов?

– Я могу поговорить с этим человеком?

– Сможешь… – шейх сплюнул мокроту – когда Аллах призовет на суд и тебя. Этот человек в аду и смерть его была нелегкой. Но он кое-что сказал, что я хочу донести до тебя. Поступай, как знаешь с этим…

– Что англичане и часть русских сговорились, да? – тихо спросил я

– Встреча была в прошлом году, недалеко от Джелалабада, у плотины. Со стороны англичан там были двое, со стороны русских – намного больше.

– Вы знаете, кто был там со стороны англичан?

Шейх снова закашлялся

– Мой человек наблюдал эту встречу, русский. Откуда ему знать, кого и как зовут? Он помнит только то, что видел.

– Я могу поговорить с ним, эфенди?

Шейх что-то хрипло крикнул вглубь пещеры. Через несколько минут – к нам выбежал подросток, лет четырнадцати, одетый как бандит. Его подбородка – не касалась бритва, но за спиной – уже автомат. На меня он посмотрел с не скрываемой ненавистью…

– Это Салам… – сказал шейх – его так называли, потому что он появился во время, когда правоверные стояли на намазе, давая салам самому Аллаху. Его отец и все братья – стали шахидами на пути Аллаха. Но Салам – продолжает войну. Спрашивай, а я переведу, потому что я, иншалла, знаю русский, а он нет.

– Кого ты видел у плотины рядом с Джелалабадом, этим летом, бача, опиши мне их…

– Это были девять человек, семеро руси и двое инглизи – перевел шейх – руси приехали первыми, а потом приехали и инглизи. На машине руси. Они разговаривали за столом около часа, а потом инглизи уехали…

– Опиши сначала инглизи, бача. Как они выглядели?

– Один высокий, примерно как ты, русский. Второй пониже на полголовы, но крепче телом, а первый худой. Оба бериш. [19] У высокого лицо… как кувшин

– Немного длинное – подсказал я

– Да, длинное. Глаза серые, волосы до плеч – продолжал переводить шейх – Саламу он показался знатным человеком, и Салам уверен, что он инглизи.

Еще бы не знатным… Граф Алан Сноудон, двенадцатый граф Сноудон, князь де Роан, герцог де Субиз, егермейстер Его Королевского Величества Эдуарда Девятого, Короля Англии, Шотландии, Ирландии, и объединенных территорий. Лейтенант двадцать второго полка специальной авиадесантной службы – то ли в отставке, то ли нет. Салам алейкум, граф. Давно я пытался вызнать – куда вы пропали и чем занимаетесь. И я, кстати, предупреждал, что следующий раз не промахнусь. Так что – покорнейше простите…

– А второй инглизи?

– Немного ниже ростом, крепкий. Лицо широкое. Нос немного поврежден, как в кулачной драке. У него черная куртка из быка, дорогая и почти голая голова. Салам думает, что это человек его личного джамаата, телохранитель.

Этого я не знал. Скорее всего – из САС.

– Хорошо, Салам, я понял. Теперь опиши мне руси, которые там были.

Салам начал описывать, я запоминал. Кого-то я узнал, кого-то нет – но это неважно. Если вернусь – посижу с базой данных. Найду всех…

На то, чтобы описать внешность всех семерых – потребовалось больше времени, но описание было точным, почти фотографическим. Я задавал вопросы – и Салам подробно отвечал на них. Как и у всех людей, которые малограмотны – у Салама была великолепная память. В джамаате, в личном джамаате шейха – он служил разведчиком. Что мы можем сделать с четырнадцатилетним пацаном? Даже если он только и мечтает, что убивать нас.

Одно из описаний меня заинтересовало.

– Салим, ты хорошо сделал, что рассказал мне правду. Это хорошо. У тебя есть карандаш и листок бумаги?