Чтение онлайн

Вполне довольная жизнью, я вышла в один из внутренних дворов, где, судя по звукам, располагались конюшни, и наткнулась на поэтично матерящегося музыканта Лориэля. При виде меня он проглотил половину тирады и расплылся в улыбке.

– Алёна? Ты где пропадала? Я тебя после бала искал, кое-что показать хотел, а тебя и след простыл!

Я пожала плечами, отказываясь отвечать, и в свою очередь поинтересовалась:

– А ты что тут ругаешься?

Эльф вновь начал зеленеть от возмущения.

– Эта... кобыла! За что?

– Так это тебе Зариэль говорящую лошадь презентовал? – расхохоталась я.

– Что б ему... самому её не взять? – мужественно сдержал себя Лориэль.

– Душка Зариэль лучше знает, кого и кому, – донеслось сзади из стойла. – Не смей его ругать, недоросль.

– Слышит лучше кошки, к тому же, – едва не плача пожаловался мне эльф. – А уж стерва какая! Это у неё Зариэль сейчас душка, а позавчера кривоглазым пнём безмозглым был.

– Ещё бы не пень, – немедленно отозвалась кобыла. – Привёл ко мне в стойло чучело неполноценное. Сводники-недоучки!

Я опустилась на землю, сгибаясь от хохота.

– Какое чучело?! – простонал музыкант. – Одного из лучших жеребцов ей доставили, а она...

– Мне виднее, – безапелляционно заявило животное. – Это вы только на то и смотрите, чтобы баба была, а остальное...

– Нет, я её сейчас лично пристукну! – подорвался красный остроухий.

– Да подожди ты с радикальными мерами, – кое-как справившись с собой, я пошла к стойлу. – Девица, как-никак. Ей капризничать по должности положено.

– Вот и я о том же, – кобыле было явно скучно одной, и она активно поддерживала разговор даже через закрытую дверь. – А они тащат что попало.

При виде меня она приветственно махнула хвостом.

– А, это ты, двуногое недоразумение. Объясни хоть ты этим мужланам, что так такие дела не делаются. Привели, поставили перед мордой – и давай им, размножайся. А что от одного жеребята хромые пойдут, а от другого – вообще толку не будет, потому что мерин это... только с хозяйством...

– А что сразу так было не сказать? – донеслось со двора: оставшись в одиночестве, эльф тоже заскучал. – А то копытами размахалась, стойло снесла, и верещит, как оглашённая.

– А меня спросили? Нет, чтобы по культурному, Милена, красавица, нравится тебе вот это чучело, или какие свои пожелания будут? А они меня привязать вздумали и уроду на поругание отдать без согласия.

– Так тебя Милена зовут? – Лориэль осторожно заглянул в стойло.

– Видела? – немедленно ощетинилось милое животное. – Даже познакомиться не подумали. Вот ты бы что делала?

– В глаз бы дала, – не подумав, ляпнула я, а потом призадумалась. Ну и бред! Если бы я была кобылой? Такую задачку передо мной поставили впервые.

– Так кого к тебе привести-то? – мирно спросил эльф, видимо признав претензии обоснованными.

– А нет тут такого, – недолго думая сообщила лошадь. – В первый вечер – учуяла пару таких жеребчиков! Думала, освоюсь, и познакомимся, а они...

Она натурально пустила слезу.

– Оркская пара стояла в соседнем стойле, – задумчиво протянул Лориэль.

Острые гнедые ушки тут же насторожились.

Оставив их разбираться между собой, я навестила оружейника.

Что он из моих плетей сотворил!!!

Для начала заменил деревянные рукояти на эбонитовые, с удобными углублениями для пальцев, присобачил под большие кнопку, при нажатии на которую вокруг костяшек со щелчком сомкнулись вожделенные кастеты с сантиметровыми серебряными шипами. Так что, я теперь могла кое-кому и морду эффективно начистить. В сыромятную кожу этот маньяк вшил серебряный же, но удивительно гибкий стержень, промежуточный шнур заменил на прочную и тонкую стальную нить, а вот утяжеляющие лезвия оставил без изменения, лишь заточив в волос, и похвалил работу мастера. Ко всему он ещё сделал к ним подобие портупеи, чтобы я могла носить их у бёдер и снабдил защитными перчатками.

– Ты точно умеешь ими пользоваться? – запоздало поинтересовался Аэрлис, наблюдая как я примериваюсь к изрядно потяжелевшим плетям.

– Предлагаешь повысить моё образование? – я не стала жаловаться на вес, резонно предполагая, что вскоре и так накачаюсь.

Тот покачал головой.

– У нас такое оружие не распространено. Разве что, вампиры чем-то похожим пользуются.

– Почему я ни одного не видела? – ну интересно же. О вампирах при мне до сих пор никто не упоминал.

– Они тут не живут. Им слишком жарко. Вот на самом севере, за землями Ворроков им самая погодка,- просветил меня эльф.

– Да сама на карте посмотришь, – вмешался новый голос. Мириэль, младший брат правителя и полусуккуб стоял на пороге кузницы.
– Через час мы выезжаем. Зариэль голубя прислал.

Ох и оперативно собираются эльфы на войну! Не прошло и часа, как отряд остроухих коммандос, набранный из боеспособного населения Цветочного Города и его окрестностей стоял готовым к походу на супостата. Я едва закончила паковать седельные сумки, бессовестно заграбастав все баночки и горшочки стоявшие рядом с водопадом и честно нетронутую бутыль с мёртвой водой, прихваченную в прошлый раз для Моррина.

Для похода мне выделили флегматичную мышастую кобылу, которой, судя по её виду, было пофигу, стоять в стойле или топать к чёрту на кулички. Топать предстояло целый день, и к вечеру мы должны были доехать до первой точки, где мне с Мириэлем полагалось перенестись к месту сходки правителей телепортом, а остальным - добираться туда же своим ходом, заночевав в лесу.

Как мы поехали – любо-дорого посмотреть: в две колонны, все преисполненные осознания важности возложенной на нас миссии, по такому случаю эльфы даже отказались от традиционных фанфар, скупо переговариваясь на ходу. Материализовавшийся прямо на дороге дуб с котом, или кота с дубом – как кому больше нравится – остроухие молча объехали, проигнорировав напутственную речь, с коей кот к ним собирался обратиться. Одна лишь я притормозила рядом с, на глазах начавшим впадать в депрессию, пушистым и возложила на одно из звеньев цепи купленную в той же Москве здоровенную мышь из беличьего меха с пищалкой, что слегка утешило страдальца. Во всяком случае возбуждённое урчание, пищание и звон металла я прослушивала на протяжении следующих десяти минут, пока не отъехала на порядочное расстояние.

Некоторые очень логично спросят, за каким лешим я потащила с собой на войну игрушку для кота. Очень просто: я сама с ней спала. Но очень уж кота жалко стало.

Наш отъезд прошёл бы гладко, если бы не всёслышащая Милена.

Когда все уже сидели в сёдлах, раздался ужасающий треск, ругань конюхов и истошное ржание, и вслед нам выломилась возбуждённая кобылица.

Она остановилась поперёк дороги и, не обращая внимания на синхронно вытаращенные глаза всего отряда, поинтересовалась, почему-то у Мириэля: