Чтение онлайн

Решено! Мне так понравился мундир, что я решил его тут же и примерить. Долго приводить себя в порядок не пришлось. Выбрав одежду, которая была полностью подготовлена для меня, я примерил брюки и мундир и сразу же сделал несколько быстрых движений.

— Порядок, — заключил я, примерно понимая, на что был в нём способен.

Все мои артефакты тоже оказались здесь, на одной из витрин, которые открывались той же пластиной, что и створки. Уже через пять минут, я был полностью готов к труду и обороне. Из клинков взял кровавый. Травить я никого в ближайшее время не собирался, а вот доставить резкую, невыносимую боль в бою — дорогого стоит.

Внезапно мой желудок издал жалобный стон. Верно, я уже даже и не помнил, что и когда ел, не считая концентрата. Божественный клинок спрятался на поясе под мундиром. Его прикрыли ножны с кровавым клинком, после чего я направился наружу, где меня терпеливо ждала Жанна.

— Жанна Михайловна, прошу прощения за задержку, — выбравшись из хранилища, я сделал лёгкий поклон, — Отыскать свои пожитки оказалось не так уж и легко…

— Что вы! — возмутилась помощница, — Мой долг находиться рядом с вами, впредь не стоит извиняться. Я буду ждать столько, сколько потребуется, хоть сутки напролёт! — гордо выпятив грудь, ответила она.

— Это лишнее, — я отмахнулся, — Все мы люди, прошу, — я подставил свой локоть, и она моментально за него уцепилась и даже обрадовалась. — Ведите меня, моя дорогая, в светлое будущее, или куда там по плану?

— Да, — кивнула чуть смутившаяся девушка, и мы направились в обеденный зал, где заседали остальные…

— А вот и наш герой! — поприветствовал меня Потёмкин, подняв чашечку чая. Голос у него был бодрый, но в глазах читалось явное облегчение, словно дождался главного гостя на вечере. — Я проиграл, — усмехнулся он, обращаясь к Романову, — думал, Дмитрий проспит куда дольше.

— Дмитрий — трудоголик до мозга костей, — с лёгкой усмешкой ответил император, откинувшись на спинку стула. — С чего бы ему без дела разлёживаться? Верно, ведь, говорю? — он уставился на меня, желая получить подтверждение.

— Мог бы появиться и раньше, — я ухмыльнулся, подходя ближе. — Но с недавних пор у меня появилась семья… — я развёл руками, — Сами понимаете…

— Понимаем, — пробасил Потёмкин, громко прихлёбывая из чашки. — Дело молодое и богоугодное — Он лениво указал на стол, где уже лежала гора пирожков, плюшек и беляшей. — А мы тут плюшками балуемся и заодно решаем, что делать дальше…

— Возможно, я не вовремя? — осторожно спросил я, останавливаясь возле стула напротив, вглядываясь в лица обоих.

— Смеёшься? — хмыкнул император. — Садись. Это ведь тебя касается.

Так и знал. Без меня, как обычно, не обошлось. Глядя на их сытые, спокойные лица, можно было бы подумать, что дела идут прекрасно. Но я-то знал цену этим улыбкам — сегодня ты с ними за одним столом, а завтра они могут приговорить к смерти тебя с тем же самым выражением на лице.

Усевшись напротив, я попросил прислугу обслужить меня и пока они это делали, император продолжил:

— Для начала, — протянул Романов, задумчиво покручивая чайную ложку, — я бы хотел услышать историю… как ты выразился когда-то, небольшого приключения в другом мире. — Он сделал паузу, будто пробуя слова на вкус. — Туда и обратно, верно? Кажется, так было?

— Так, — коротко подтвердил Потёмкин, не отрывая взгляда от меня.

Вот уж воистину — фиг отвертишься. Я-то надеялся, что обойдётся без подробностей, но, похоже, нет.

— Тебе, Дмитрий, — император нахмурился, — Не пойми меня неправильно, но стоило мне отлучиться, а ты уже успел перетащить сюда десятки тысяч беженцев. Думаю, это… слегка перебор. К тому же подбил на эту авантюру моего главнокомандующего…

Он говорил спокойно, но каждое слово было как удар молотка по наковальне — ровно, сдержанно и, по существу, и что самое главное — парировать было нечем. Кто же знал, что всё это займёт так много времени. А про беженцев… Тут и говорить было нечего, получилось как получилось. Но я всё равно был рад, что у нас всё получилось.

— Ваше Величество, — я вздохнул, потянувшись к блюду с беляшами, от которых шёл аромат свежего теста и жареного мяса, — форс-мажор. — Я развёл руками, будто извиняясь, и цапнул один. — Кто же мог знать, что один из богов решит вырезать всё живое в том мире?

Император приподнял бровь.

— Один из богов? — произнёс он тихо, но так, что Потёмкин сразу понял намёк и кивнул в сторону прислуги.

— На выход! — спокойно приказал Великий князь.

В ту же секунду слуги направились к дверям. Зал мгновенно опустел и наступила гробовая тишина.

— Давай начистоту, нам уже известно, что ты сотрудничаешь с богами. Осталось понять, с какими именно и могут ли у нас возникнуть проблемы… — продолжил Романов без нажима.

Я невольно усмехнулся. — У вас? Никаких, — ответил я спокойно. — Скорее, у нашего мира в целом. Вот там, да, проблемы могут быть. — Я на секунду задумался, медленно помешивая чай. — И, боюсь, очень серьёзные.

— Конкретнее, — потребовал Потёмкин, сложив руки на груди.

— Всё зависит от того, какую сторону выберете вы, — ответил я и откинулся на спинку стула.

Начало разговора мне сразу не понравилось. Да, я прекрасно понимал, что император в своём праве. Он должен интересоваться и беспокоиться жизнью своих подданных. Особенно о тех, кто переходит все границы дозволенного, вроде меня. Потёмкин, конечно, уже успел обрисовать ему ситуацию по ту сторону пробоя, добавив в рассказ свои умозаключения и выводы, так что я не видел смысла повторяться.

Вместо этого я решил сосредоточиться на текущих делах, на том, что всё ещё можно было удержать в своих руках, пока ниточки не расползлись окончательно.

Император молчал, глядя на меня так, словно пытался прочитать мысли, а Потёмкин слегка постукивал пальцами по фарфоровому блюдцу, привычка, означавшая, что разговор будет долгим.

— Дмитрий, — наконец заговорил князь, убрав чашку в сторону, — чтобы выбирать стороны, нужно понимать, с кем или с чем мы имеем дело. — Он чуть подался вперёд. — Если ты расскажешь нам всё, будет проще…

— Понимаю, — я кивнул, обдумывая, с чего начать. — Но, прежде чем я начну говорить, нам стоит договориться о более приземлённых вещах.

Романов поднял бровь, словно удивился моей самоуверенности, но жестом предложил продолжать.

— В первую очередь меня интересует концентрат, — сказал я спокойно. — Тот, что должны были перетащить в наш мир белые кромы.

— Концентрат? — император нахмурился и перевёл взгляд на Потёмкина. — Григорий Иванович?

— Первый раз слышу, — князь покачал головой, но в голосе его чувствовалась настороженность. — Возможно, затерялся среди беженцев. Их было слишком много, Дмитрий, тысячи людей. Чтобы не усугублять ситуацию, мы решили отложить вопрос с расселением. Но сразу скажу, что жить они будут под усиленной охраной, и дальше Иркутской области ни один не уйдёт. Разве что вместе с армией — бок о бок. И то под наблюдением. — Он помолчал и добавил, чуть нахмурившись: — Я бы их и вовсе не выпускал из-под холмов. Ты ведь и сам знаешь, как действует на них вода… а ведь рядом Байкал.